Глава 3

Глава 3

Так и не дождавшись от него согласия принять от неё помощь, женщина пожала

плечами и прикрыла глаза. Длинные ресницы дрогнули, и Николай поймал себя на

том, что смотрит на неё дольше, чем следовало.

— Вы меня разглядываете, — сказала она, не открывая глаз.

— А вы — притворяетесь, что спите, — парировал он.

Она открыла глаза, повернулась к нему. Взгляд — в упор.

— Допустим. И что дальше?

— Дальше вы скажете, зачем на самом деле предложили наушник.

— А вы скажете, почему так подозрительны?

— Я первый спросил, — ляпнул, не ожидая от самого себя такого.

Она усмехнулась, услышав его аргумент, но ответила:

— Хорошо. Я не могла заснуть, потому что вы всё время возились рядом. Когда я

садилась на свое место, вы спали. Спали и когда мы взлетали. А потом, вдруг,

проснулись. Вы не пытались пробраться мимо меня, чтобы сходить в туалет, не

вызывали стюардессу с напитками, вы просто не могли устроиться. У меня здесь

музыка для медитации, поэтому я предложила вам наушник. Но стоило мне

вытащить один, как я услышала причину вашей бессонницы.

Она усмехнулась:

— Должна признать, причина веская и очень громкая.

Николай неожиданно хмыкнул и кивнул, соглашаясь со словами своей соседки.

— Не хотите наушник, могу предложить поменяться с вами местами. Так хоть ноги в

проход вытяните.

— А вам непременно надо хоть как-то меня осчастливить? — Цербер впился в

незнакомку взглядом. — С чего, вдруг, мне такой приоритет? От колобка

скоропостижно сбежали, не пожелав принять его внимание, а ко мне такое

участие? Или вы из тех женщин, которые предпочитают всё и всегда делать

сами? Даже выбирать себе партнера на ночь?

— А мы с вами сейчас точно об одном и том же говорим? — женщина удивленно

вскинула брови. — Или от вас тоже только что скоропостижно сбежали? —

отзеркалила она его же сарказм и вдруг спросила: — Вы кого-то боитесь? Или

просто привыкли проверять каждого, кто оказывается рядом и предлагает вам

свою помощь?

“Мудак!” — обругал себя мысленно Цербер, а вслух произнес:

— Извините. Просто я очень устал и планировал в полете выспаться, а тут это

износилование одним человеком всего самолета.

— Ладно. Давайте по-честному. Я не буду делать вид, что сплю, а вы не будете

делать вид, что не смотрите на меня. Идёт?

— Идёт, — неожиданно для себя согласился он. Эта женщина всё больше и больше

нравилась ему.

— Николай, — представился первым.

— А…ина, — представилась она в ответ и протянула ему свою ладонь.

Из-за того, что именно в этот момент мужик опять всхрапнул, имя прозвучало

неразборчиво. Но Николай уловил: женское, мягкое. Кажется…

Он секунду смотрел на её руку, потом пожал. Ладонь тёплая, сухая, нежная кожа,

узкая ладонь, тонкие пальчики. А рукопожатие уверенное, не такое сильное,

как мужское, но и без женского жеманства. “Ах, я думала, он мне ручку

поцелует, а он мне её чуть не сломал!”

“Изящные щиколотки, узкие ладони… Интересно, она везде такая узкая?” —

пронеслось вдруг кометой в его мозгу.

Додумать свою шальную мысль Цербер не успел, потому что в этот момент динамики

ожили и они услышали голос стюардессы:

— Уважаемые пассажиры! В связи с резким ухудшением погодных условий аэропорт

назначения временно закрыт. Наш самолёт совершит посадку на запасном

аэродроме в город Н-ке. Приносим извинения за доставленные неудобства.

Ожидаемое время посадки — через тридцать минут.

По салону прокатился недовольный гул голосов.

Женщина, услышав название города, вздрогнула, но не издала ни одного

недовольного звука. Только медленно повернула голову к Николаю, потом

перевела взгляд в иллюминатор и медленно, словно выравнивая дыхание,

выдохнула.

“Очень интересно… Что за черт? Плохие воспоминания, связанные с Н-ском? Или так

важно было именно сегодня домой вернуться?”

Додумать Цербер не успел, потому что услышал голос соседки:

— Никогда не бывала в этом городе. А вы?

— Бывал.

— И что там интересного?

— Есть пара неплохих ресторанов. Не хотите составить мне компанию?

Она посмотрела на него с прищуром.

— Вы предлагаете вместе поужинать?

— А вы против?

Она сделала паузу, что интересно не театральную. Было похоже на то, что она

действительно взвешивает все “за” и “против”.

— Неожиданно, — ответила наконец честно. — Но, кажется, у меня не так много

вариантов. Ужин в компании случайного попутчика в чужом городе — не самый

плохой способ провести этот вечер.

— Я польщен, — ответил сухо.

— И правильно, — отзеркалила она мгновенно.

“А ей палец в рот не клади!” — усмехнулся мысленно.

Самолёт начал снижаться. За облаками проступали огни незнакомого города.

Николай смотрел на неё, и впервые за долгое время чувствовал не

профессиональное любопытство, а простое человеческое желание узнать, кто эта

женщина. Почему он не может отвести от неё взгляд? И почему эта вынужденная

посадка не вызывает у него ни капли досады, хотя должна бы.

— Вы так и не сказали, чем занимаетесь, — напомнил он.

— А вы и не спросили, — парировала она.

— Спрашиваю.

— Поздно, — она поднялась, когда самолёт зарулил на стоянку. — Сначала ужин.

Потом — личные вопросы.

— Вы всегда так торгуетесь?

— Только, когда мне действительно интересен собеседник, — она взяла свою сумку.

— А вам, Николай, стоит быть осторожнее. Я могу оказаться не той, за кого

себя выдаю.

Он усмехнулся.

— Это вряд ли.

— Почему вы так уверены?

— Потому что я редко ошибаюсь в людях.

Она посмотрела на него долгим взглядом, и в её глазах мелькнуло что-то — то ли

насмешка, то ли странная грусть.

— Увидим, — сказала она и первой направилась к выходу.

Цербер задержался на секунду, глядя ей вслед. Что-то в этой женщине было не

так. Чем-то она зацепила его, разбудила интерес и желание просто пообщаться.

Этот вечер в чужом городе явно обещал стать либо началом чего-то очень

интересного, либо самой большой его ошибкой.

И третьего в данном конкретном случае было не дано.