Мелли стиснула пальцы.

— Они приходили вчера утром. Госпожа не позволила им войти. Вышла к ним сама.

— Получаю всё необходимое лечение, — повторила я, чувствуя, как от этой лжи внутри всё вспыхивает злостью. Зато мой голос прозвучал спокойно. Почти безразлично.

Все деньги мать отдала сестре. Не осталось даже на приличную сиделку. Я не говорю о лечении и попытке поставить меня на ноги.

Зато вся столица теперь знала, что я окружена заботой и любовью.

— Здесь ещё написано, — торопливо произнесла Мелли, словно пыталась найти в заметке хоть что-нибудь хорошее, — что представитель герцога Эдельгейма отказался давать комментарии на этот счет.

— Разумеется, — скривилась я.

Я перевернула страницу.

И сразу увидела их.

Магический снимок занимал почти половину разворота. Леди Глория стояла возле сцены, всё ещё в танцевальном платье, набросив на плечи светлый мех. Герцог склонился к ней, чтобы что-то сказать. Она подняла лицо и засмеялась. Изображение повторялось: его губы двигались, она смеялась, касаясь пальцами его рукава.

Снова.

Снова.

Снова.

Заголовок обещал:

СВАДЬБА, КОТОРУЮ ЖДЁТ ВСЯ СТОЛИЦА?

— Не читай, — попросила Мелли.

— Почему? — буркнула я, не сводя взгляда с лица герцога. Тот же самый мужчина, который ни разу не навестил меня. Не спросил, как дела? Не дал денег на лечение… Даже спасибо не сказал… Он сейчас готовится к свадьбе. А я лежу прикованной к кровати, забытая и одинокая. Навсегда.

— Потому что они всё выдумывают.

— Читай.

Она тяжело вздохнула.

— «Герцог Эдельгейм вновь посетил закрытую репетицию леди Глории Вандер. По словам очевидцев, после выступления они провели вместе почти час. Герцог преподнёс танцовщице белые розы и лично проводил её до экипажа. Близкие ко двору источники утверждают, что объявление о помолвке может состояться до первого зимнего бала».

Мелли замолчала.

На снимке Глория снова смеялась.

Она была красивой. Не той неподвижной, нарисованной красотой, которую создавали корсеты, пудра и дорогие платья. Её красота жила. Двигалась. Запрокидывала голову, взлетала над сценой, опускалась на сильные, послушные ноги.

Я стала читать дальше.

Рядом со снимком находилась небольшая колонка, обведённая чёрной рамкой.