Курортный роман — это прекрасно. Жаль, что заканчивается быстро, но на то он и курортный.

Мой завершился просто мгновенно. Шикарный ужин в самом дорогом ресторане городка, ночь в отеле и под утро — досвидули, красотуля.

Я-то надеялась, что еще хотя бы на недельку задержусь с новым знакомым. Погуляем, прокатимся на яхте — у такого богача наверняка же должна быть яхта, купит мне что-то красивое.

А он кофе выпил, пятитысячную бумажку на кровать кинул и свалил. Хорошо хоть, что завтрак входил в стоимость номера. Съела две порции — за себя и за этого козлину.

Мега-быстро завершился мой курортный роман. Можно сказать, даже не успев начаться.

А теперь что мне делать?

Хотела к Марку вернуться, но он меня игнорит. Нового мужика пока так и не нашла.

В прихожей стоит сумка, которую мне Марк подарил. Плохо без него, даже не думала, что буду так скучать по бывшему. И соблазнительные формы свои показать некому. Грудь налитая. Кажется, что она стала еще больше и привлекательнее. Кто-то точно должен заценить.

Снимаю лифчик, прикрываю грудь ладошкой, соблазнительно прикусываю нижнюю губу и скидываю фотку.

От такого он точно должен растаять.

Маркусик, я иногда бываю такой резкой. Прости меня… Люблю!

Для убедительности делаю селфи, пальцами показываю сердечко. Сверлю экран взглядом. Рядом с сообщением появляются две синие галочки — прочитано. И... тишина.

Что за ерунда? Раньше он отвечал мгновенно.

Маркуш, ну правда, хватит дутся. Возвращайся!

Или правильно дуться? Всегда путала эти — тся и — ться.

Блинский, с мягким знаком все-таки. Некогда исправлять. Удаляю сообщение, пока оно не прочитано, и пишу новое.

Что за..? Он меня заблокировал!

Марк, который бегал за мной послушной псиной и выклянчивал секс, кинул мой номер в черный список? Вот ведь тварь!

Первая мысль — мчать к нему домой и устроить разнос. Но потом я постепенно остываю. Не хватало еще, чтобы такая красотка как я за мужиками бегала.

Ладно, пусть немного пообижается, потом посмотрим, кто из нас соскучится быстрее. И я уже знаю ответ на этот вопрос — конечно же, он.

А мне пока надо сдать себя к кому-нибудь на передержку. Хватит уже самой на свои нужды тратиться. Не зря ведь я столько вкладываю в свою внешность — она должна приносить дивиденды.

Заглядываю в расписание коллег — ага, у Сережи сегодня группа прекрасных мужчин плюс несколько индивидуалок.

Пора выходить на охоту! Выберу себе нового ухажера.

Топ покороче, лосины поуже, чтобы попу красиво облегали. Нет, пожалуй, прозрачные возьму. И красные стринги под низ.

Макияж в спортзале не очень приветствуется, но я потеть не планирую, только если кто-то прям хорошенький подвернется. Глаза рисую выразительнее.

Вот теперь я готова! Пантера выходит на охоту.

Тренировка в самом разгаре. Мужики — они и в спортзале мужики. Стоит мне появиться и потянуться, как сразу несколько голов в мою сторону.

— Не отвлекаемся! — басит Сережа. Но разве его кто слушает.

Наклоняюсь, извиваюсь, вытягиваюсь — я сейчас не на разминке, а на пилоне в стриптиз-клубе, посетители окружили меня, раздевают взглядами и мысленно засовывают крупные купюры в трусики.

— К гантелям! — командует тренер. Этот хорек все сделает, чтобы увести от меня потенциальных ухажеров. Вот ведь злопамятный! Подумаешь, переспала с ним разок, когда только пришла сюда работать, а потом отшила. Нечего было врать, что совладелец клуба и новая бэха у входа — это его. Оказался нищебродом-алиментщиком. Такие прыщи у меня сразу в бан отправляются.

Ничего, мы еще повоюем за внимание этих потных мачо.

Специально беру гриф, сексуально оттопыриваю попу и медленно приседаю. Соседняя тренировка сорвана.

— Девушка, а разве таким красивым можно поднимать такие тяжести? — высокий накачанный лысач перехватывает гриф, задевая рукой мою грудь. — Извините.

Да-да, охотно верю, что ты случайно.

— Иногда можно, в умеренных количествах, — еще сильнее втягиваю живот.

— Я вас здесь частенько вижу, — опирается на тренажер, оттягивая футболку вниз. Краем глаза замечаю причину, усмехаюсь и продолжаю приседы. — Вы просто богиня, украшение этого клуба.

— Я работаю здесь тренером. Подрабатываю, — тут же добавляю. — Многие хотят такое же тело, почему бы не помочь девчонкам. Не всем ведь повезло.

— А в свободное время вы чем занимаетесь? Если оно у вас есть, конечно же.

У лысача звонит телефон. Заглядываю на экран — “Светик”.

Ну все понятно, очередная козлина. Дома, наверное, семеро по лавкам, а он ко мне клеится.

Лысач отходит разговаривать со “Светиком”, а ко мне несется Сережа.

— Еще раз на тренировку ко мне припрешься и клиентов моих будешь клеить, я руководству нажалуюсь. Понимаю, что тебе одной под одеялом скучно, но здесь тебе не проституточная.

— В туман свалил! А то я быстренько всем девчонкам расскажу про твою подпольную кличку, господин пятнадцатисекундник!

Сережа не заставляет просить себя дважды и уматывает за лысачом.

Вот урод, сам на випах сидит, у него стоимость тренировки, как половина моей зарплаты! Ну ничего, я найду, как тебе отомстить.

Возвращаюсь в раздевадвалку. Усталость накатывает так, что, кажется, засну прямо сейчас. Присесть некуда — скоро занятие у женской группы. Кто же так сильно душится, дышать нечем. Моих клиенток сегодня нет, новых искать — ни сил, ни настроения. Пойду поваляюсь в тренерской.

Не знаю, чего мне хочется сильнее — поспать или поесть. После небольшого отдыха решаю, что лучше пойти домой.

Заглядываю в кошелек, да уж на приличный обед уже не хватит. Еще Мишке обещала что-нибудь вкусненькое купить.

Захожу в ближайший магазин за чупиком.

Фу, как воняет рыбой и подвальной картошкой. От запаха начинает тошнить. Выскакиваю на улицу, жадно дышу.

Что за хрень? Может, заболеваю? Такого раньше никогда не было. Только во время беременности Мишей.

Беременности?..

Открываю приложение с графиком цикла. До отдыха организм работал, как часы. А вот потом пошли сбои. Могла перегреться, нервы опять же, смена климата. А могла...

Блин!

На последние деньги покупаю самый дешевый тест на беременость. Ждать утра сил нет, спешу домой и сразу же в туалет.

Хоть бы одна, хоть бы одна!

Пританцовываю в истерике, ожидая результата.

Твою мать! Марк же всегда был осторожен. А что там у меня было с богачом с Черноморского побережья? Мы так жарко обнимались в лифте отеля и буквально влетели в номер, что про защиту думать было некогда.

Слезы градом катятся по щекам. Сажусь на корточки. Я Мишу-то не тяну, куда мне вторая лялька.

Артур — так, кажется, зовут этого “ювелира”, и он, вроде, говорил, что не женат. Чем черт не шутит.

Смотрю по своим накоплениям. Сейчас два кредита заплачу, и на билеты уже не хватает. Еще и коммуналка с прошлого месяца не оплачена.

Вздыхаю и иду в прихожую. Сумка от Марка, все мои подружки на нее заглядывались. Сделаю скидку процентов в двадцать, и билеты на руках.

Только кто же такое богатство потянет? Люську сразу отметаю — эта голодранка будет клясться, что отдаст потом, в итоге кинет. Надо кого-то брать из окружения Мари, моих богатеньких приятельниц.

После того, как они заставили меня заплатить за вечеринку в клубе, мы особо и не общались. После разрыва с Марком гулять мне особо было не на что. Ничего, сейчас у меня крутыш появился. И деньги придут вместе с ним. Надо только до него добраться.

— Юль, привет! Это Регина, — улыбаюсь широко, стараюсь передать позитивные эмоции на расстоянии.

— Какая Регина? — недовольно бурчит в трубку.

— В смысле, какая? Мы с Мари вместе тусовались.

Как можно забыть, кто я? Я за свою жизнь встречала только двух Регин, одна из них была старой кошелкой, а вторая — ребенком.

Мое имя и меня заодно всегда запоминают.

— А, да, что хотела?

— Тебе моя сумка нравилась. Помнишь? Готова продать. С хорошей скидкой, — в голосе мед.

— И сколько?

— Двадцать процентов.

— А, ну за двадцать давай. Сколько она там стоила? Полтинник, кажется?

— Ой, нет, ты не поняла. Скидка двадцать процентов.

— Регин, сумку хочу, конечно, но максимум готова десятку за нее дать.

— Но это ведь мало…

Мне на осле прикажешь ехать к морю? А ночевать еще где-то. Питаться опять же. И мать начнет деньги клянчить, если Мишеньку с ней оставлять. Но с ним не поеду ведь.

— Давай хотя бы за двадцатку… — не хочу скатываться до унижений, но выхода у меня особо нет.

— Регин, пятнашка и беру прямо сейчас.

— Маловато.

— Во-первых, ты с ней уже все злачные места обошла. Во-вторых, прости, но ты такое трепло, все вокруг будут знать, что я твою сумку донашиваю.

Вот сучка! И кто тут главная побирушка? Не чурается эти копейки выпросить.

— Ладно, давай за пятнадцать. Но мне нужно прямо сейчас.

* * *

Забираю деньги, сразу на вокзал. Билет беру пока в одну сторону. Может, Артурчик будет так рад, что я сразу останусь у него жить.

Ехать на боковом верхнем не прикольно, постоянно хлопают по ногам дверью. Пыталась поменяться, но никто не верит, что я жду ребенка. Раз живот не торчит, значит, не беременная. А если мне уже сейчас тяжело на верхнюю полку залезать?

Звери, а не люди.

Зачем они вообще в такое время года к морю прутся? Или клуб моржевания все билеты выкупил?

Анапа встречает мерзким дождем. Моя красивая укладка мгновенно умирает, зря сто рублей за душ в вагоне платила. Беру такси и еду к ресторану.

— Добрый день, мне бы Артура увидеть, — торможу официантку.

— Артура Маратовича, вы имеете ввиду?

Мило улыбаюсь и согласно киваю головой.

— Владельца этого ресторана… — что за сотрудник, не знает, как зовут работодателя.

— Боюсь, вы ошибаетесь. Владелец у нас Георгий Натанович, а Артур — это его зять. Он в это время обычно у себя в чебуречной бывает.

— В какой в чебуречной?

— Вам нужно пройти прямо до светофора, а там увидите.

Вот блин! Что за хрень? Он ведь вел себя в этом ресторане как хозяин. И почему это он зять?

Зять ведь — муж дочери. Хотя… кажется, так еще называют мужа сестры. Блин, все равно получается, что он чей-то муж.

Ну ничего, сейчас я покажу этому Артуру!

Топаю к светофору, может, не все еще потеряно. Вдруг там кафе приличное или у него вообще сеть.

Нет, кибитка, сильно воняющая прогорклым маслом.

— Артур, надеюсь ты меня помнишь, — со злостью шиплю. Становлюсь в выгодном ракурсе.

— Конечно, Богиня! Разве тебя можно забыть, — сальная улыбка. Но ко мне даже шага не делает.

Сегодня на нем никакого лоска. Артур в халате, который когда-то был белоснежным, а сейчас состоит сплошь из масляных пятен.

— А у нас с тобой сын будет, — глазки вниз, образ скромницы у меня хорошо получается.

— Какой сын? — взрывается, швыряет нож, который держал в руке. — Я тебя второй раз вижу! Я только жену люблю и пять дочерей своих. Ничего не знаю, иди отсюда. Вот, чебурек бери, беляш бери, и иди.

Подталкивает меня к выходу, по пути набирает кому-то.

Я упираюсь и цепляюсь за дверной косяк. Ну нет, так просто я не уйду. Жена, говоришь? А вот я сейчас найду твою женушку и дочек и расскажу, какой у них папаша потаскун!

— Пошла! Пошла!

Ему все-таки удается вытолкнуть меня за порог. Сейчас как найду камень и в витрину запульну!

Непонятно откуда вырисовываются амбалы, которые были на нашем первом свидании у входа в ресторан. Хватают меня под руки и ведут к машине. Я и пикнуть не успеваю, как оказываюсь внутри салона.

— Вас посадят за похищение! — визжу.

— Рот закрой, — командует один из них.

— Кому ты сдалась, — добавляет второй. — Будешь вести себя тихо, уедешь живой. Поняла?

Ладно, пока затихну. Все равно я сейчас в проигрышном положении.

Приезжаем на вокзал. Фуф, облегченно выдыхаю. Теперь я в безопасности.

— Спасибо, ребятки, что подбросили! Дальше я сама.

Главное — отвязаться от них, а потом разыщу семейку этого Артура. В крайнем случае, наведаюсь к его тестю. Пусть выплачивает мне компенсацию, если не захочет, чтобы его дочура узнала про внебрачного ребенка.

Амбалы не реагируют на мои слова. Под руки тащат к кассе, молчком вырывают сумку из рук и достают паспорт.

— Один билет, пожалуйста, на ближайший. Девушка очень домой торопится.

— Сволочи! Я не уезжаю! — кричу в окошко кассы.

— Уезжает. Один билет.

Меня оттаскивают и спустя пару минут мы уже направляемся на перрон.

— Мне в туалет надо.

— Потерпишь!

— Хоть капля человечности у вас есть?

Сбегу из туалета. Ну и пусть паспорт у них. Скажу в полиции, что украли.

На мое счастье они соглашаются, и мы мини-компанией направляемся к туалету. От запаха меня начинает тошнить.

— Вам туда нельзя, это женский! — пытаюсь закрыть за собой дверь, но амбалы вваливаются следом, окидывают грозным взглядом очередь и она тут же рассасывается.

Караулят меня у кабинки. Слов на этих уродов не хватает!

Тащат к поезду, строго следят, чтобы я села в вагон.

— Нехорошо из семьи мужа уводить. Чтобы ноги твоей никогда тут не было! — дают на прощание напутствие.

Они не уходят, пока поезд не трогается.

Опять у меня верхняя боковушка. Могли бы хотя бы купе мне взять.

Как же хочется есть.

Из пакета, который амбалы сунули мне в руки, несет жареной выпечкой. Достаю беляш и с удовольствием откусываю. Самый дорогой беляш в моей жизни — стоило мне ехать за ним за тридевять земель.

Теперь вся надежда только на Марка.

По крайней мере, пока не родится ребенок, можно убеждать его, что это он папаша.

А вдруг правда он? У меня ведь секс был с обоими в один день. Ну да, предохранялись мы только с одним, но ведь это не стопроцентная гарантия. Даже на коробке про это пишут.

В идеале надо заставить его жениться на мне. А потом уже будет плевать, чей ребенок. Даже если он родится с черными кудрями Артура, можно будет Марка автоматом записать отцом и вытрясти алименты.

Какая же у него фамилия? Так и не удосужилась записать.

Если я у него заблокирована, поищу, где он работает. Или все же загляну домой.

Гуглю все материалы с презентации, на которую он меня не взял. Что-нибудь да вылезет. Пролистала, наверное, двадцать страниц новостей — тишина. И тут на помощь приходит блогер. Под фотографией, где Марк стоит спиной написано, “Марк Аверин с супругой”.

Теперь, Маркуша, тебе от меня никуда не деться.

Еще немного времени на поиски, и я готова к засаде.

В офис меня не пускают без пропуска и предварительной записи. Ничего, мы люди не гордые, ради своего будущего подожду и на парковке.

Как же есть хочется, а от еды тошнит, какой-то замкнутый круг. Прохожу мимо киоска с чебуреками, аж под ложечкой сосет, этот запах сводит меня с ума

Покупаю один — съедаю вмиг, беру еще один. Как будто ребенок требует. Да уж, сразу понятно, чей малыш.

Больше двух часов жду Марка. Вот он на горизонте, как всегда, хорош. Походит к какой-то бабе. Ее лицо кажется мне знакомым, но не могу вспомнить, где я ее видела.

— Марк, — бегу к нему с распростертыми объятиями. — У меня для тебя такая новость!