Дом то появляется, то исчезает из виду, когда по щекам текут слезы.

Я не могу остановиться. Не могу перестать кричать, не могу перестать бороться с Джио, даже когда он крепко держит меня с извинениями на губах и болью в глазах.

Они из него не выйдут. Изнутри доносится звук очередного обвала, и он поворачивает меня, прикрывая от потока осколков.

— Отпусти меня. — Я рычу на него, даже когда меня удерживают еще больше рук, пытаясь остановить меня. Люк обхватывает мое лицо ладонями, умоляя меня, и я тоже кричу на него.

Они не понимают.

И боль… такое чувство, что я этого не переживу, как будто я умираю в том же огне, который пожирает их, на что я вынуждена смотреть.

Я бы предпочла умереть вместе с ними, чем столкнуться с этим лицом к лицу.

Мои колени медленно подкашиваются. Мои крики переходят в рыдания, когда я сворачиваюсь калачиком, обхватив руками живот и прижавшись лицом почти к земле. Тело Пепе лежит менее чем в футе от меня.

Они убили его из-за меня.

Мне очень жаль.

Мне так жаль.

Это сделал Маттео. Обрушил ад на их головы, разорвал на части их семью.

То что он сделал сегодня вечером… Я едва могу дышать, когда думаю об этом.

Но я убью его за это.

— Кэт. — Доносится голос Люка, и я непонимающе смотрю на него. Языки пламени освещают края его тела, когда он сжимает мое лицо, что-то повторяя.

Я моргаю. Рычаг давления.

— Это не козырь, если она мертва. — Он снова трясет меня. — Ты понимаешь? Ее там нет.

Я могу только смотреть на него, пока до меня доходят его слова.

Маттео… он не сможет использовать Алессию как рычаг давления, если оставит ее здесь. И в своей панике и страхе я не задумалась об этом.

У Маттео моя дочь.

Мое горло слишком сжато, чтобы говорить, когда мой взгляд скользит к дому.

Голос Джио звучит хрипло. — Они все еще там.

Доменико. Данте. Я медленно впитываю это знание, пока мир вокруг нас горит.

Смотрю на дверной проем. Жду.

Но они не выходят наружу.

Я бросаю быстрый взгляд на вибрацию в кармане, игнорируя ее.

Через несколько секунд все начинается снова. И еще раз.

У меня перехватывает дыхание, оно застревает в горле, когда появляется тень. Крик о помощи. Джио передает меня Люку, подбегая к двери и вытаскивая оттуда тело.

Мои руки дрожат, когда он наклоняется, чтобы проверить пульс Дома. И Дом шевелится, переворачивается и сильно кашляет.

Рядом с ним Данте баюкает Беа на руках. Так нежно. Он не опускает ее на землю. Не проверяет ее, ничего не делает.

И я знаю.