81

— Я не передавала ключи целителю! — с нажимом повторила Марша. — Тут что-то другое… Ну-ка, рассказывайте, что там с этими петушками?!

Я растерянно повернулась к Нарру, а он пересел ко мне на диван и подтащил меня к себе поближе. Впечатал в свой бок, приобнял второй лапой, чмокнул в макушку и предложил:

— Давай я расскажу. Петушки – ключи от «Сердца бездны» – должны были находиться в разных мирах у разных хранителей. Но почему-то оказались у Полли в ее немагическом мире. Ей их отдала ее бабушка. Потом родители Полли погибли… Только как они могли погибнуть, если это науфы, как ты говоришь, Марша?

— Они и не погибли, их просто отозвали обратно – ребята потребовались в другом месте, где случилась серьезная заварушка. Я возражала, но в Федерации решили, что Полетину уже не надо охранять так тщательно, — ответила Марша и очень зло проговорила что-то на своем тарабарском языке. — Ладно, проехали, как говорится. Что было дальше, при чем здесь ключи-петушки?

— При том, что один из них исчез у Полли и обнаружился в пансионе. Полли его передала помощница целителя Лейла – якобы он принадлежал Аполлинарии Милославич, которая отдала его на хранение целителю Громурусу. Когда тот сбежал, то передал петушка Лейле, чтобы она отдала Аполлинарии.

— Да вы меня совсем запутали! — рявкнула Марша и хлопнула себя по лбу. — Мозг взрывается от ваших «получил-передал»!

— А у меня, думаешь, не взрывается?! — ощетинилась я. Повернула голову к Нарру, и опять мы чуть не столкнулись губами. Попыталась отодвинуться, но он не дал, только наклонился и шепнул на ухо: — Не убегай, Полли. Обещаю, что постараюсь держать себя в руках и не приставать к тебе.

— Ты-то, может, и не будешь приставать, а вот про себя я не уверена… — пробурчала я, но вырываться перестала. Наоборот, крепче прижалась к нему, подпитываясь его спокойствием, и с сожалением сказала: — Плохо, что у Лейлы уже ничего не спросишь про петушка. Откуда он у нее взялся, и зачем она мне его отдала?

— Почему не спросишь? Сейчас с ней... Вернее, с тем, что от нее осталось, работают некроманты, и какая-то информация в любом случае появится, — ответил Нарр. — Но уже известно, что эта Лейла появилась в пансионе ровно в тот день, когда Полли вернулась в наш мир. Мало того, появилась сразу после того, как пропал целитель Громурус. Которого, кстати, так и не удалось отыскать!

— Интересненько… — прокомментировала я и вопросительно уставилась на Маршу.

— Очень интересненько, — хмыкнул Нарр. — Уверен, что Громурус и Лейла – это одно и то же лицо. Охотник, который следил за тобой, Марша. Вернее, наблюдал за телом принцессы Полетины – ждал, пока ее душа вернется в свой «домик». Кстати, это именно он украл дело Аполлинарии Милославич из архива: искал подтверждение, что это и есть Полетина. В связи с этим, офицер Марша Леона, к тебе есть вопросы: что тебя связывало с этим лекарем-Охотником? И почему он таскался за тобой из пансиона в пансион? И вообще, какого хмарга ты по сиротским пансионам шастала?

— Шастала по пансионам, потому что дела службы этого требовали! — отрезала Марша, сердито глянув на Нарра.

— И по газонам по делам службы лазила? — это уже я съехидничала, не смогла удержаться.

— Совершенно верно! Тут особая зона, к которой у Федерации есть свой интерес, тебя не касающийся! — рявкнула стервозина. — А целитель

Тут она замолчала и надолго впала в задумчивость. Сидела без движения и застывшим взглядом смотрела перед собой. Я ждала, пока она хоть что-то скажет, а Нарр, пользуясь моментом, начал жамкать меня то за бочок, то за бедро… При этом вздыхал и так откровенно томился, что я начала возмущаться – у нас тут проблемы межмирового масштаба, а он о всякой ерунде думает!

— Ну какая же ты ерунда, Полли?! — удивился он, когда я шепотом высказала ему все это. — Ты моя драгоценная и желанная. А проблемы уже закончились, осталось только понять, как их последствия разгрести. Но это уже не наше с тобой дело. Ты пока подумай, какую свадьбу хочешь? И где медовый месяц будем проводить?

Выдав все это, Нарр снова прицелился меня потискать, а я почти растаяла и начала млеть... Но тут, наконец, ожила Марша. Пошевелилась, тяжело вздохнула и призналась:

— Да, мой косяк! Когда я в пансион по документам Аполлинарии Милославич попала, мне срочно потребовался эликсир для блокировки драконьей ипостаси Полетины. Ее дракон с каждым годом все сильнее проявлялся, а в тот месяц прямо активировался… Но у меня запасы зелья как раз закончились, а тут в пансионе появился целитель Громурус. Мне он показался подходящим для того, чтобы прижать его слегка и заставить сделать мне это запрещенное зелье…

— Прижала? — насмешливо спросил Нарр.

Марша покосилась на него и скривила лицо:

— Мог бы и не издеваться!

— Не могу, — засмеялся Нарр. — Ну так что, догадываешься теперь, для чего твой Громурус-Лейла-Охотник показал Полли петушка?

— Догадываюсь, — поморщилась Марша и снова замолчала.

— А мне никто не хочет объяснить?! — возмутилась я. Ты смотри, им все ясно, а я сиди тут дура-дурой, и ничего не понимай!

— Я думаю, что Охотник каким-то образом вышел на твой след в немагическом мире, Полли. Он следил за тобой, чтобы удостовериться, что не ошибся, и ты – принцесса Полетина. Уверен, он приблизился к тебе, бывал у тебя дома, видел петушков… Непонятно, узнал он ключи или просто решил, что это ценная для тебя вещь, но одного петушка Охотник забрал…

— И что дальше? — спросила я, потому что Нарр замолчал. Вместо него рассказ продолжила Марша:

— Дальше Охотник вернулся в мир Эрдарис и стал наблюдать уже за твоим телом, в котором была я. Знал, что рано или поздно ты вернешься в него. Подмазался ко мне, тварь… — пропыхтела она недовольно и снова замолчала, таращась в одну точку. Нарр продолжил:

— Когда вы с Маршей внезапно поменялись местами, Охотник это сразу заподозрил – Аполлинария Милославич стала вести себя совсем по-другому. Но уверенности у него не было, естественно. Так что он поменял внешность, пол и, притворяясь пугливой помощницей лекаря, вступил с тобой, Полли, в контакт. Сначала приглядывался, чтобы удостовериться, что это уже принцесса Полетина, а не офицер из Федерации. Потом отдал Аполлинарии Милославич петушка, чтобы посмотреть, узнает она игрушку или нет. Если узнает – это принцесса, не узнает – не принцесса.

— Я узнала, и Лейла это поняла, — прошептала я. — Тогда почему она не схватила меня сразу?

— Потому что утащить тебя из пансиона не так просто – все-таки охрана на нем стоит довольно надежная. Охотнику требовалось время, чтобы подготовиться – он ведь не ожидал, что все произойдет так внезапно, — ответил Нарр. — К тому же шебутная Полли ни минуты не сидела на месте, все время вляпывалась в разные истории и была постоянно в окружении большого количества народу. Когда Охотник был готов, то рядом с тобой уже всегда находился я или Снежок под невидимостью.

— Для чего тогда Лейла дала мне зелье, блокирующее драконью ипостась? — спросила я.

— У меня две версии. Первая – это было не зелье, а что-то другое. Еще одна проверка на тему «Кто находится в теле Аполлинарии Милославич?». Я знала, каким должно быть зелье на вкус, цвет и консистенцию, и не стала бы пить что-то не то. Ты – не знала и выпила со спокойной душой, подтвердив, что ты вернувшаяся принцесса, — объяснила, очнувшись, Марша. — Вторая версия – это было правильное зелье, потому что Охотник не хотел, чтобы ты начала превращаться в дракона – тогда ему было бы сложнее с тобой справиться.

— Ладно, с Охотником мне более-менее понятно, — вздохнула я и повернулась к Марше. — А Доротея-то что от меня хотела? Она же науф, как и ты? Тоже офицер Федерации и дубасила меня в соответствии с законом?

Марша на мои вопросы насупилась, и вместо нее ответил Нарр:

— Это другая история. Она относится к петушкам – ключам от «Сердца Бездны», Артефакту и заговору, который я расследовал в пансионе. Ментальный допрос Доротеи показал: она поняла, что Аполлинария Милославич – это ты, Марша. Вы же сестры, правильно?

— Сестры. Редкое явление среди науфов, но мне не повезло. Каждый науф раз в жизни отделяет от себя часть, как мы говорим, «делает ребенка». В очень редких случаях отделяется два сгустка энергии, начинающие жить самостоятельно. Вот у моего родительского науфа так и вышло… — вздохнула Марша. Ого, и у бестелесных сущностей бывают родственники по маминой-папиной линии?

— Так вот, Доротея тебя узнала и считала, что ты явилась в пансион, чтобы самой завладеть Артефактом. Она тут столько времени вела разведку, подобрала помощниц, все спланировала, и…

— Бац, вторая смена! — пришла мне на ум фраза из старого фильма, времен молодости моих родителей… Которые мне и не родители вовсе… Повздыхав тоскливо, я вернулась к насущному: — Кто был помощником Доротеи? Принц Сарган?

— Нет, он здесь не при чем. Но его мать косвенно поучаствовала в планах Доротеи, хотя у нее была другая цель, — ответил Нарр с досадой.

— Хотела тебя с трона скинуть, а своего сына посадить? — хмыкнула я, вспомнив все наши земные фильмы и сказки на тему братьев-принцев и мачех.

— Угадала, — кивнул Нарр.

А Марша ехидно протянула:

— Слушай, король Нарравар, как ты с ней, такой умной, жить-то будешь? Она же быстрее тебя соображает…