57 глава

Я молчала. Зачем мне всё это знать? Чтобы больше мучиться? Да мне уже всё равно!

Грейс не видела, что мне неинтересно. Она решила, что ей нужно забить жирный гвоздь в мой гроб, унижая своими откровениями. Закрыться от слов Торрес возможности не было, а она трещала и трещала, что следила за мной по заказу Дугласа старшего, а теперь станет спецагентом Тайной канцелярии и будет работать в паре с Энтони.

Все люди добрые?

Я ошиблась. Есть среди нас больные, зацикленные на себе человечешки. Были бы мы на Земле, отправила бы Грейс к психиатру.

— А теперь отвечай! Это ты спланировала это мерзкое покушение?

Ну точно больная.

— Нет.

— Врёшь!

Я попыталась пожать плечами. Не получилось.

— Из-за тебя Энтони улетел в замок и сидит там безвылазно! Он не хочет сотрудничать со мной. Я принесла ему столько улик против тебя, а он даже не пустил меня на порог!

— Так прокляни его, может тогда он тебя полюбит, — усмехнулась я, вспомнив историю нашего знакомства.

— Ага, так я тебя и послушала, — выставила на меня обвиняющий палец Грейс. — Это ты его прокляла, поэтому он везде за тобой таскался.

Логично. Что поделаешь?

— Ты теперь сгниёшь в тюрьме! Понятно! Я лично об этом позабочусь! Тебя ничего не спасёт!

Грейс развернулась, взметнув юбками пыль с пола камеры, и пошла к выходу. Я не могла за ней проследить взглядом и не видела, что она делала, лишь слышала, что едва лязгнул замок, девица замолкла и тишина наполнила камеру.

Холод. Спина просто вся озябла. И не повернуться. Не растереть тело руками, не подвигаться, чтобы разогнать кровь.

Ничего. Ещё чуть-чуть.

Удаляющиеся шаги.

Фух. Легче дышать.

Ушла. Вот и отлично. Осталось только отойти от заклинания.

Я прикрыла глаза. Может, получится задремать и набраться сил, а то в таком состоянии всё равно нечего делать, как только наблюдать за тем, как холод наполняет всё тело, заполняя каждый его участок.

Зима. Я стою на остановке с мамой. Она крепко держит меня за руку. От её ладони тепло проникает в меня, доходит до сердца, заставляя его согреться. Мне семь лет. Мама злится.

— Настя! Я разочарована в тебе! Никогда не думала, что моя дочь сломает руку однокласснице только из-за того, что не захотела делиться конфетой. Ты понимаешь, что это низко! Ты поступила, как жадное чудовище! Впрочем, ты всегда была эгоистичной, чему я удивляюсь?

Мама отворачивается в сторону. И отдёргивает от меня руку.

Холод пробирает до костей. Я смотрю на руку мамы. Варежка с красным цветком, я так часто рассматривала эти рукавички, помню каждый стежок и петельку на них.

Я действительно эгоистка. Зачем я попыталась кому-то что-то доказать, что всё не так, как кажется? Сделала только хуже.

Нельзя отказывать людям в их просьбах. Я же могла поделиться последней конфетой. Дома есть ещё.

Я протянула руку, чтобы согреться от любимой руки, но мама сделала от меня шаг в сторону и отвернулась.

Сердце сжалось.

Я отвернулась, чтобы не заплакать. Когда ты не оправдываешь ожидания людей, они от тебя отворачиваются. Больно и страшно. Не хочу быть одна.

Рассматриваю людей, которые стоят рядом с нами. Они стараются не смотреть на меня. Кто-то откровенно отшатывается в сторону, едва заметив мой интерес.

Осуждают. Не понимают. Я сделала зло.

А это кто?!

Внимательно вглядываюсь в силуэт мужчины, стоящего вдали.

Нет. Я не обозналась! Я никогда не забуду эту спину и профиль.

Энтони?

— Настя, наш автобус, — доносится до меня холодный голос матери.

Она строго посмотрела на меня и двинулась к автобусу, так и не взяв за руку. Ветер взметнул снег и бросил его мне в лицо.

— Что?

— Поехали, — процедила мама, не оборачиваясь.

Я повернулась, чтобы ещё раз посмотреть на дракона.

Дракона?! Я где?

Но остановка пуста.

А это и не остановка. Я в снежной пустыне. Одна.

— Мама!

— Энтони!

Снег летит в лицо, пронизывает одежду. Я дрожу, пытаюсь согреть себя, но ничего не помогает. Очередной порыв сбивает меня с ног и упав, я не могу подняться. Озябшие пальцы не слушаются.

Неужели мне никто не поможет?

— Мама! Мамочка вернись! Пожалуйста! Я больше так не буду! Я буду хорошей! Я не буду жадной! Я буду делать то, что у меня попрося-я-ят!

— Ужин!

От громкого голоса просыпаюсь.

Как же холодно!

Открыв глаза, увидела, что в камере темно, лишь сноп света из коридора освещает её. Попыталась встать. Есть хотелось. Но тело не послушалось. Я не могла пошевелиться.

— Подозреваемая! Иди бери еду, чего расселась? — строго спросил мужчина.

Что ему сказать? Что я под заклинанием? Поверит ли, что сотрудница Тайной канцелярии так со мной поступила? Может и обвинит меня ещё в чем нибудь, ведь они уже для себя всё решили.

— Эй, ты там не померла? — испуганно крикнул охранник. — Не дури! Если это твои фокусы, чтобы сбежать…

— Я не умерла. Поставьте еду на пол. Я потом поем. Сейчас не хочется, — пришлось подать голос, а то надумает себе невесть что.

— Тут крысы. Ты если что поторопись.

Я слышала, как стражник звякнул тарелкой, потом тихо выругался и ушел.

Если бы я могла, то меня бы передёрнуло.

Крысы!

Сколько ещё я буду так сидеть? Через некоторое время крыса действительно вылезла из своей норы и тенью пробежала к тарелке с едой.

Я закрыла глаза и представила солнце, море, пляж. Только бы не думать о том, что рядом происходит. Иначе моё сердце не выдержит.

Сколько я так сидела, не сумев двинуть ни рукой, ни ногой, не знаю. Я то провалилась в забытьё, то снова открывала глаза и разочаровывалась, когда понимала, что опять не могу пошевелиться. Кромешная тьма окутывала меня, лишь луч луны неподвижно лежал на полу камеры.

— Ани! — кто-то позвал меня шёпотом. — Ты здесь? С тобой всё в порядке?

Энтони пришёл спасти меня!

— Я здесь! Не могу пошевелиться, я под заклинанием.

Сердце радостно забилось в груди. В глазах защипало от счастья, что он во всём разобрался и пришёл за мной.

— Вот ублюдки!

Сердце ухнуло вниз.

Нет. Это не Энтони.

Это Гари.

Замок звякнул.

Шаги.

Передо мной склонился человек в темном плаще. Он скинул капюшон и заглянул в мои глаза.

Точно. Мой влюблённый коллега.

Сверкает яростным взором, ощупывая моё лицо.

Слёзы заструились из глаз.

Дракону не нужна бракованная истинная.