Мика знал, что женщина наблюдает за ним. Когда бо́льшую часть жизни на твоей спине словно нарисована мишень, приходится развивать шестое чувство, если хочешь остаться в живых.

Он приехал в Энджел-Файр на пикапе фермера, чтобы купить продукты: муку, сахар, патоку, а еще новую пуговицу для своего пиджака. И патроны. На ферме Мика тренировался, стреляя по банкам, развешанным по забору загона. С одним глазом стрелять было труднее, хотя он всегда закрывал второй при стрельбе, так что проблем не должно было быть. Впрочем, особой меткостью Мика никогда не отличался. Зато руки у него никогда не дрожали, когда он целился.

Мика вышел из оружейного магазина с тремя коробками патронов калибра 7,62 мм и направился в небольшой продуктовый магазин через дорогу. Там было прохладно – работал старый настенный кондиционер, к решетке которого были привязаны блестящие ленты, развевавшиеся на ветру. Мика прошел вглубь магазина, мысленно ставя галочки в списке. Мешок сахара. Двухкилограммовый мешок муки. Коробка рисового печенья – у всех есть свои слабости. Ему захотелось выпить, так что он нашел холодильник и взял шесть банок пива, а еще захватил открывашку.

Женщину он заметил, еще когда вышел из оружейного: она стояла на другой стороне улицы, делая вид, что разглядывает мужские рабочие перчатки в витрине хозяйственного магазина; на самом деле ее интересовало отражение Мики в стекле.

Она была высокая (но не тощая дылда, как Минерва, – в ногах чувствовалась сила), с темными волосами, стриженными под каре, в серых брюках и бледно-голубой футболке.

Женщина последовала за ним в продуктовый магазин. Может, просто хотела купить шоколадный батончик или пакетик конфет… В любом случае угрозы она не представляла. Мика видел ее отражение в зеркале, установленном в начале прохода.

Упаковщик сложил покупки Мики в коричневый бумажный пакет. Женщина стояла позади него; в ее корзине было пусто. Спохватившись, она быстро бросила туда пачку жевательной резинки.

Пикап Мики был припаркован сбоку от магазина в тени дуба. Он опустил задний борт и достал из сумки банку пива, затем пробил два отверстия в крышке с помощью открывашки и сделал большой глоток.

Женщина обошла магазин. Она выглядела ошеломляюще. Необычные голубые глаза – яркие, как вода в арктическом озере. Волосы были такие черные, что отражали солнечный свет. Но не это бросалось в глаза при первом взгляде на нее. На левой стороне ее лица – под ухом, вдоль челюсти и вниз по горлу – кожа была пятнистой и изрезанной бороздами, как воск, стекающий с зажженной свечи.

Она остановилась, засунув руки в карманы. Мика ее не боялся, но бросил взгляд ей за спину, ожидая, что кто-то еще подойдет к ней на подмогу.

– Мика Шугру?

Она шагнула к нему. Мика еще никогда не видел таких страшных ожогов. Он не мог представить, как такое произошло и кто мог это сделать. Если бы не этот шрам, ее можно было бы назвать красивой. Хотя, честно говоря, Мика считал, что даже шрам ее не портит.

– Шерри Беллхейвен сказала, что ты будешь здесь, – произнесла она. – В Энджел-Файр, я имею в виду. Не в продуктовом…

Мика знал Шерри Беллхейвен – выполнял несколько заданий вместе с ее коллегой, Лероем Хаггинсом. Беллхейвен работала в банке. Законопослушная женщина, которой очень нравились плохие парни (Мика в том числе). Он считал, что подобные увлечения для нее добром не кончатся.

– Да, я ее помню.

– Я ее сестра. Эллен Беллхейвен.

Эллен вытащила из кармана пачку жвачки и развернула одну пластинку. Мика поставил ногу на задний бампер, упершись локтем в колено. Сделал глоток пива.

– Как она?

– Она в тюрьме. – Женщина скомкала фольгу и бросила на землю. – В Такоме.

Мика промолчал.

– Доверилась не тем людям, – продолжила Эллен Беллхейвен, когда стало ясно, что он не собирается говорить. – Не особо оригинально, да?

Мика допил пиво и бросил пустую банку в сумку. Потом достал еще одну. Эллен наблюдала за ним, будто ждала, что он предложит ей пива. И ведь он угостил бы ее, если бы попросила!

– Она узнала, что ты здесь. От сокамерников.

Восемь месяцев назад Мика отправил Лерою конверт с десятью долларами, которые ему задолжал. Он забыл, зачем занимал эти деньги, но никогда не забывал о своих долгах. На конверте был почтовый штемпель Энджел-Файр. Возможно, именно поэтому эта женщина сейчас стояла напротив него.

Эллен рассмеялась.

– Я ни черта не знаю о тюрьмах! – Она вздохнула. – Меня даже под домашний арест почти не сажали, когда я была маленькой. Всегда вела себя как паинька. А вот Шерри наказывали так часто, что на ее подоконнике остались борозды – она постоянно сбегала на очередные приключения.

Эллен немного отошла от темы. Мика понимал. Нормальные люди обычно так и вели себя в его присутствии.

– Послушай, – сказала она. – Тебя можно… ну… нанять?

Уже не первый человек принял Мику за разнорабочего. Какого черта?! Хотите, чтобы кто-нибудь снял вашу кошечку с дерева? Позвоните пожарному.

– Нет.

– А. Ну ладно… – Она вспыхнула, румянец волной поднялся из-за ворота футболки по шее до ее не обожженной щеки. – Просто сестра сказала, что, может быть, ты мог бы…

– У тебя проблемы?

– У меня? – Она покачала головой. – Нет-нет, у моей сестры. Точнее, у ее сына. Нейта. Можно сказать, его похитили.

– Так позвони в полицию.

– Не могу. Его забрал отец.

– Ты называешь это похищением? Твоя сестра в тюрьме.

– Конечно… – Эллен кивнула. – Кто может позаботиться о мальчике, как не его второй родитель? Дело не в том, что Реджи – это его отец… Не в том, что он похитил Нейта, а в том, куда он его увез.

Мика поднял бровь.

– Маленький Рай, – пояснила Эллен. – Знаешь что-нибудь об этом месте?

Мика покачал головой.

– Это какая-то община, – продолжила Эллен. – Выживальщики вроде… Честно говоря, я не знаю точно, кто они и чем там занимаются. Религиозные фанатики. Реджи чуть не умер два года назад. Он был почтальоном. У него случился сердечный приступ на работе. Врачи применили дефибриллятор, чтобы запустить его сердце. Очнувшись, он начал нести какую-то чушь. Что, мол, прозрел. Шерри утверждает, что он начал без конца говорить о том, что хочет укрепить свою веру.

– Когда я общался с Шерри, она встречалась с Лероем Хаггинсом.

– Я помню Лероя. Неплохой парень, если не считать его криминальных наклонностей.

Мика сделал еще глоток пива.

– Так вот, Реджи – ее новый парень. Шерри перестала знаться с уголовниками. Полностью изменила свою жизнь. Они с Реджи начали встречаться после Лероя. Их отношения продлились несколько лет, и в результате родился Нейт. Я видела Реджи на крестинах Нейта. Лысый парень в очках, сгорбившийся от доставок еженедельной газеты.

– Ты видела его всего один раз?

Она кивнула.

– Я и Нейта не видела с тех пор, как он был малышом.

Эллен, вероятно, ожидала, что Мика спросит почему. Когда он этого не сделал, она все равно начала объяснять:

– У меня в те годы были проблемы. Шерри пошла по прямой и узкой дорожке. Я сбилась с пути, а потом вернулась на него. А Шерри тем временем совсем сошла с ума.

– Так твой племянник…

– В Маленьком Раю. С Реджи. Насколько я знаю, живет с компашкой укротителей змей… – Она опустила голову. – Ты религиозный человек?

Мика покачал головой.

– Я тоже нет. И ладно еще унитарии, методисты, все эти обычные вероисповедания – пожалуйста. Но какой-то лагерь в лесу, люди в странных одеждах, молящиеся по восемь часов в день…

Она в отчаянии развела руками. Мика заметил шрам от ожога на ее левом предплечье, выглядывающий из рукава футболки.

– Прости. Наверное, я тебе уже до смерти надоела с этими разговорами.

– Да нет, жить буду. Мне интересно.

Он немного слукавил. Мика слышал подобные истории десятки раз. Но эти истории рассказывала не загадочная мисс Эллен Беллхейвен.

– Ты пробовала обратиться в полицию?

– Шерри уже обращалась. Как я говорила, Реджи получил опеку над Нейтом после того, как она попала в тюрьму. Он почтальон, черт возьми. Стабильная работа, деньги в банке. Отличный отец. Полиции этого хватает, чтобы считать, что с мальчиком все будет хорошо.

«А может, так и есть? – подумал Мика. – Конечно, ему промывают мозги Священным Писанием, но есть вещи и похуже. Он с отцом, а не нюхает дизельное топливо из банки из-под джема».

– А тебе-то какое дело?

Эллен посмотрела на него с удивлением. Солнечный свет пробивался сквозь дубовые листья и освещал ее привлекательное лицо.

– Ты сказала, что почти не знаешь своего племянника, – продолжил Мика.

– И что?

Мика прищурился, глядя на небо, чувствуя зуд по всему телу. А, к черту.

– Пива хочешь?

Он пробил дырки в банке и поставил ее на багажник. Эллен подошла ближе, чтобы взять пиво. Она провела холодной банкой по лбу, потом вынула жвачку изо рта, приклеила ее к верхней части банки и сделала глоток.

– Спасибо.

Она вытащила из кармана долларовую купюру и бросила ее в пакет с продуктами. Мика достал ее и положил в карман.

– Моя сестра сказала, что ты согласишься сделать это, если я тебе заплачу.

– Откуда у тебя деньги?

– Наш отец преуспел в зарабатывании денег.

– Почему не поедешь туда сама?

– Я думала об этом. Если честно… Меня пугает место, где они находятся. Этот Маленький Рай очень изолированный. Кучка фанатиков, живущих посреди леса. Черт, вдруг я там превращусь в соляной столп?

– Я уверен, что они безобидны. Почему бы тебе не нанять проводника по дикой природе?

Эллен сделала большой глоток и ничего не ответила. Мика понимал: если мальчику что-то угрожает, она захочет забрать его с собой. Никакой проводник не сможет ей помочь в такой ситуации.

– Я пойду, если ты пойдешь, – сказала она.

– Тебе не дадут уйти с ребенком.

– Я заплачу тебе, если ты хотя бы попробуешь! – Она сжала челюсти. – Нет, забудь, что я сказала, – просто доставь меня туда, ладно? Я хочу увидеть это место. Для душевного спокойствия, понимаешь?

Мика закрыл свой единственный глаз. Солнце согревало веко, не закрытое повязкой.

– Нет.

– Ты не можешь?

– Дело не в этом.

Эллен Беллхейвен поставила банку на землю и сунула в рот еще одну пластинку жевательной резинки.

– Почему нет?

Мика встал и поднял задний борт пикапа. Эллен отступила на несколько шагов. Он открыл дверь и сел за руль.

– Эй, – окликнула его она. – Погоди!

Он завел машину и включил передачу.

– Я остановилась в «Грошовой гостинице»! – крикнула она ему вслед. – Просто подумай об этом, ради бога!