Меня, всех коллег и клиентов, которые находились в нашей комнате в момент разбора полетов с Евгением отпустили домой, как только всех нас опросили, вызванные начальником охраны, полицейские. В полицию обратились и работники скорой помощи, которые отвезли наших пострадавших в частную клинику, чтобы им оказали медицинскую помощь.
Я вызвала такси и поехала домой. Голова болела от всех дум. Сегодняшний день станет переломным в моей судьбе. Я уже не та наивная девочка, которая верила только в хорошее. Мои родные опекали меня, как изящную раритетную фарфоровую статуэтку. Моя подруга Наталья тоже моей семье в этом помогала, как могла. Благодаря ее взрывному характеру, который опекал меня от неверных друзей, я не ощущала, что в жизни есть предательство, ложь. зло, клевета. Моя дружба ей помогала в школе получать хорошие оценки.
Мой папа по своим связям устроил Натку в университет, в который я прошла своими силами, а Наташа по знакомству. Даже учась на другом факультете я помогала подружке с курсовыми объясняла все непонятные темы, которые мы вместе с ней разбирали у меня дома. Я почти на отлично знала всю ее специфику работы и могла с закрытыми глазами пересказать полностью даже ее дипломную работу. Писать ее помогала Наташе я. Память у меня с детства была отличной. Можно даже не парясь получить второе высшее образование по Наташкиной специальности. Даже на работу подружайка устроилась по протекции нашей семьи. Хоть не по своей специальности, но с хорошей заработной платой. Жизнь казалась мне простой и радостной. Но, как оказалось судьба ведет любого не только по ровной дороге. На жизненном пути по дороге встречаются ямы, ухабы, горки и что самое отвратительное отбитые на голову особи человечества.
Наверно мне надо поговорить со своей семьей и выяснить, почему мама говорила бабушке, что не стоит вызывать гостей с нашей стороны на свадьбу. Я стояла тогда за дверью с тарелкой холодца в руках и невольно подслушивала разговор. Родные думали, что даже помолвки не будет, но она у меня прошла. Правда не так, как я думала об этом в своих мечтах. Бабушка ответила маме, что моя сила не даст произойти плохому. Когда я зашла в комнату и спросила чуть позже, почему не будет моей помолвки с Женей, то мне сказали, что я не так поняла разговор старших.
Открыв своим ключом двери, я услышала, как мой братик Вениамин говорит родителям: — «Вы своей гиперопекой только вредите Мирославе. Ей пора узнать всё, о чем мы все ей недоговариваем. После окончания школы, уже летом, я и Елисей поступим в академию. Как вы собираетесь Мире говорить о том, что мы будем далеко и не сможем общаться с ней по выходным. Первому курсу академии ведь запрещают до Нового года выход в город. Не знаю, может быть у нас даже после первого семестра на зимних каникулах не получится приехать домой.
Ведь наше земное воспитание существенно отличается от привычного на Ливерии. Может быть нам придется хвосты по несданным предметам закрывать. Это же не Вышка, куда мы всем знакомым людям говорим, что только там будем учиться. Сами же говорили, что Мире инициацию давно пора пройти. Ей уже двадцать три года. Когда вы собираетесь снимать с нее установленный на ее теле запретный блок? Думаете ли вы, о том, что чем больше мы от нее скрываем, тем труднее ей будет нас простить?»
Папа спокойно отвечал братишке. «Веня, хватит нагнетать обстановку. Мирочке сейчас надо помочь справится с изменой жениха. Отмена свадьбы может быть сильным стрессом, который сам по себе снимет блок с ее способностей и силы. Нас предупреждали, что сильное волнение ей противопоказано. Она обладает такой силой, что может снять блок самостоятельно. Поэтому мы ее и опекаем. Вас с Елисеем Мире не за что укорять. Мире ставили блок в три года. Вас еще на свете не было. У вас разница в возрасте шесть лет.
Вы только в Ливерии узнали, что у Миры стоит блок и ей нельзя ничего рассказывать о вашей силе, способностях, путешествиях и магической учебе. Поэтому вы ни в чем не виноваты». «Ага, только вот мы уже с семи лет бываем по несколько раз в год в Ливерии и развиваем свои способности и силу. Получается, что мы с Веней десять лет врём и обманываем нашу любимую старшую сестру. А вы ее зельем опаиваете, чтобы она не заметила, что нас в доме нет. Вы то сами свои отлучки в Ливерию на командировки списываете». Ответил папе Елисей.
Я ничего не поняла из их беседы, но мне стало обидно, что не только бывший жених, но и моя семья меня обманывали и предавали. У меня из рук выпала сумка на пол. Чтобы не выдать себя, что я давно тут стою и слушаю не предназначенную для моих ушей беседу громко стукнула входной дверью. Снимая обувь, поднимая одновременно сумку с пола я крикнула- «Роднули, я пришла! Всем большой привет! Голодная, как волк. Мы ужинать будем? А то я даже не обедала. Завтрак у меня был легкий. Еще немного кофе выпила до обеда. В первой половине дня было много работы. А потом все так закрутилось, что даже о еде подумать было некогда. После ужина все разговоры о прошедшем дне. Иначе я в голодный обморок готова упасть».
Все присутствующие выбежали из гостиной встречать меня в холл. Я увидела, что у нас дома были не только мои родители и два брата близнеца одинаковых с лица, но еще и бабуля с дедом и две сестры мамы с полным составом своих семей. Придется сегодня вечером мне не легко. Допросы о том, что было на работе никто не отменит. Пока все новости не узнают, не отцепятся. Еще потом придется слушать, какой Женя по… лец и что надо с ним сделать. Думаю, что тут фантазия моих родных разгуляется по полной. Только вот как мне выудить у всех них то, о чем они говорить не хотят? Я ведь не засну, пока не узнаю куда мои братишки намылились поступать? В какие края они ездили и где находится эта Ливерия?