«Все. Мы закончили с осмотром молодых, да резвых. Можем их отпустить. Станиславна Харитоновна, смотрю у вас тоже в ауре пробитая точка. Давайте мы пройдем с вами в вашу комнату и полечим вас».

«У меня все хорошо. Смотрите за молодежью. Я лучше пойду за Степаном посмотрю. Хоть он вроде говорил, что с ним все в порядке. Вот его точно надо осмотреть и зелье успокоительное в него влить. Вдруг опять в свою боевую форму захочет переметнуться».

«Мы с ним говорили. Он пока в норме. Делами занимается. После вас у нас еще есть пациенты. Не надо нас задерживать. Мы сами только после длительных операций. Дайте нам тоже время на наше восстановление. Нет сил с каждым пререкаться.

Саша, а вы куда намылились из комнаты убежать? Не говорите, что в туалет, как вы надумали мне по ушам пропихнуть такую версию событий. Так у нас каждый второй больной говорит, когда от врачей убегает. Это Мира поверит. Даже не подумала, что в ее комнате есть ванна и унитаз за дверью».

«Я не буду сидеть в этой комнате, пока Мира с кузинами занимается лечением. Я буду стоять у дверей флигеля. Даю честное слово офицера, что не вмешаюсь, если все будет идти хорошо. Но если будет опасность, я даю слово, что буду защищать не только Миру, но и остальных женщин».