На следующий день я обзваниваю всех продавцов, и мы начинаем собирать заказ. На всё про всё у нас всего три дня, но мы успеем. Я даю команду выбирать самые качественные, самые красивые цветы. Такой заказ — это большая удача! Я сама тружусь наравне со всеми, не считая это зазорным. Ну, кому как не мне знать, что нужно заказчику?

Я как раз заканчиваю обрезать шикарные голландские розы, когда колокольчик над дверью звякает. Поднимаю глаза, с привычной улыбкой, готовая к любому клиенту.

— Добрый день, — приветствую, но улыбка тут же медленно сползает с моих губ.

Баринов. Он выглядит ещё лучше, чем в прошлый раз — пальто до колен цвета опавших листьев, джинсы и белый джемпер. Безупречный, как будто с глянцевого журнала. Образ дополняют кожаные перчатки. Баринов с интересом осматривает магазин.

— Красиво у тебя здесь, — замечает он, оглядываясь, — мне нравится.

Я продолжаю хмуриться и молчать. Ясно же, что пришёл не просто полюбоваться моим магазином.

— Сама работаешь? Похвально, конечно, но неразумно.

— Почему? — вырывается у меня, прежде чем я успеваю прикусить язык.

— Потому что руководитель должен руководить, — наставительно заявляет он, — А это значит иметь свободную голову, чтобы видеть всю картину в целом. Если руководитель увязает в мелочах, ему некогда придумывать идеи.

— То же мне, коуч нашёлся, — фыркаю я, чувствуя, как раздражение растёт.

— Флористы увольняются? — догадывается он.

— Увольняются, — подтверждаю я, — А ты тут как тут с лекциями о том, как мне правильно работать!

— Я предлагал помощь, — спокойно говорит он.

— Твоя помощь слишком дорого стоит, — отрезаю я, с вызовом глядя ему в глаза. — Мне некогда на тебя тратить время. Уходи! Я и без тебя справлюсь!

— Ну-ну, — насмешливо качает он головой, и это выводит меня из себя.

— Да! — повышаю я голос, ощущая, как гнев подступает всё ближе. — Мне вчера пришёл крупный заказ, так что я ещё побарахтаюсь.

— Надеюсь, ты берёшь предоплату? — его спокойствие прям бесит.

— Конечно, беру! — возмущённо отвечаю я. — Десять процентов от стоимости! Это мой давний клиент, он меня никогда не подводил.

— Лучше бы ты брала пятьдесят, — замечает Влад, касаясь пальцем нежных бутонов.

— Слушай, ты зачем пришёл?! Учить меня?! — возмущаюсь я, с трудом сдерживаясь. — Иди давай, умник, без тебя справлюсь!

И вдруг… Влад перемахивает через прилавок и оказывается совсем близко ко мне. Его движение настолько неожиданное, что я отступаю на шаг, чувствуя, как сердце гулко бьётся в груди.

— Я скучал по тебе, Кира, — он вдруг берёт прядку моих волос и медленно пропускает её сквозь пальцы.

Его глаза — холодные, стальные, цвета пасмурного неба, смотрят на меня с каким-то новым, странным выражением. Оно тревожит. Как будто ему больно смотреть на меня, но он не может оторваться.

— Влад, ты что… — голос дрожит, и у меня вдруг пересыхает в горле.

— Я думал о тебе все эти годы, — его голос низкий, бархатистый, и от него мурашки пробегают по всему телу. Он пугает меня.

— Отстань, — говорю я неубедительно. Я не двигаюсь. Не могу.

Влад медленно берёт меня за подбородок и наклоняется. Его губы касаются моих, и я будто погружаюсь в водоворот воспоминаний. Его серые глаза, знакомый запах… Я снова та восемнадцатилетняя девчонка, восхищённая и трепетная. Мы тогда готовились к свадьбе, и я думала, что вся жизнь будет с этим парнем. Его поцелуи тогда казались началом вечности. Я тянусь навстречу, как в старые добрые времена.

Но звякает входной колокольчик, резко возвращая меня в реальность. Что я делаю?! Я ведь ещё не разведена даже! Мы уже не те подростки…

— Браво! — на пороге стоит Светка с телефоном в руке, в глазах горит торжество. — Я всегда говорила Максу, что ты неверная. Теперь он убедится своими глазами!

Влад нехотя отпускает меня, поворачиваясь к Светке.

— Вла-а-а-дик, какие люди! — с притворным удивлением тянет она, но тут же делает шаг назад.

— А ну пошла отсюда, — говорит он таким тоном, что подружайка бледнеет и пулей вылетает за дверь.

Я успеваю прийти в себя и отхожу подальше от Влада, пытаясь понять, что только что произошло.

— Вы до сих пор дружите? Она же злобная выдра, — сдержанно бросает Влад.

— Нет, не дружим, — качаю я головой.

— Что случилось? — спрашивает он.

— Она родила ребёнка от моего мужа, — не знаю зачем говорю я.

В душе бушует ураган. Поцелуй. Светка. Макс. Ребёнок. Всё смешивается в единый клубок боли и ярости. Но я держусь. Я уже умею прятать свои эмоции глубоко внутри.

— Ого, сильно, — присвистывает он. — Хотя… не удивлён. Она ведь когда-то и ко мне пыталась влезть в штаны, но я отказал. Оболгала меня после этого.

— Почему ты мне не сказал? — шепчу я, не веря своим ушам. Как это возможно? Она уже тогда ненавидела меня?

— Я пытался, но ты не слушала, — пожимает он плечами.

Он прав. Я не слушала. Я верила змее-подружке, которая называла себя моей сестрой. Я думала, что она мне родная. Ну и дура же я! Из-за этого мы с Владом тогда расстались.

— Прости, — тихо говорю я, чувствуя, как сердце сжимается. — Но что случилось, то случилось. Прошлого не вернуть. И, честно, не надо играть со мной. Лучше уйди. Я никогда не соглашусь быть прислугой в твоём доме.

— Хорошо, — его глаза темнеют, и я чувствую, что задела его. — Ты у нас гордячка. Справляйся сама. Только помни, что может наступить момент, когда и я помочь уже не смогу. Не обессудь.

Влад быстро уходит, а я стою, пытаясь унять бешеный ритм сердца. Всё так сложно, всё запуталось. И Влад ещё… Что ему надо? И что мне делать дальше?