— Не подходи ко мне! — в моем голосе отчаяние. Нервы на пределе, а вопросов слишком много.

Мне кажется, пока Клим отсутствовал, я накрутила ситуацию до масштабного размера. Почему он не предупредил меня, что к нам приедет Захаров-старший, зачем эта встреча.

О том, что он хочет отдать ему меня, я просто старалась не думать, не хотела принимать это, но все равно думала.

— Арина! Что за истерика? — уже не так нежно спрашивает Клим, тесня меня к стене.

— Почему к нам в дом приезжал Захаров-старший? Зачем? Ты хочешь отдать ему меня!? — последнее я говорю с надрывом, по щекам уже бегут слезы, обхватываю себя руками.

— Что ты несешь! — хочет поймать меня в свои руки, но я опять ускользаю от него. — Арина, не зли меня!

Я вижу, что он злится, но сейчас мне без разницы, сейчас плохо мне.

— Скажи! — требую. — Ты хочешь отдать меня ему?!

Он все же ловит меня у стены, фиксируя, не давая выбраться. Прижимая к себе как можно сильнее. Сдаюсь, у меня больше нет сил, только всхлипываю в его руках.

— Не смей больше бегать от меня! — он поднимает мой подбородок грубо, чтобы смотрела на него. — И никогда не суйся в мужские дела, Арина, это первый и последний раз, когда я прощаю тебя! Я говорил, что защищу тебя, значит так и будет, остальное тебе знать не надо.

Силы покидают меня, слишком много перенервничала. Кажется, весь комок нервов наконец-то взорвался, но не в истерику, а в усталость.

— Просто, я видела его… он был тут… — сипло говорю я, больше не сопротивляясь.

— Да, он был здесь, а ты в это время должна была спать, — уже более спокойно.

— Не могла уснуть без тебя, — говорю тихо истинную правду. — Пожалуйста, скажи, зачем он приезжал, мне нужно знать… — поднимаю на него глаза, говоря все с мольбой.

Клим молчит, а потом произносит.

— Он предложил мне отдать тебя в обмен на твоего отца, — после этих слов я вздрагиваю, но он прижимает меня сильнее. — Я не принял его предложение и никогда не приму. Теперь он знает, кто настоящий убийца его сына. Теперь он будет мстить мне.

— Зачем? Зачем ты раскрыл ему правду? — немного удивляясь произношу я, теперь вся его злость перекинется на Клима.

— Арина, я сказал, не лезь в мужские дела, — предупреждающе произносит он.

Понимаю, что больше я ничего не смогу узнать, но то, что он не отдаст меня Захарову-старшему, уже успокаивает меня. И, возможно, большего мне не надо.

— Хорошо, я поняла, — произношу покорно. — Ты устал? Давай тогда спать.

Высвобождаюсь из его рук и уже хочу направиться в кровать, но его рука резко обвивает мою талию, а вкрадчивый голос дает понять, что мой поступок не останется безнаказанным.

— Ты будешь наказана, Арина. На колени! — четкий приказ.

Рука Клима дёрнула к себе, впечатав тело в твёрдые кубики пресса. Смотрю в его глаза, темные зрачки почти перекрыли радужку так, что его глаза кажутся особенно черными. Но почему то мне не страшно. Облегчение, всплеск адреналина, возбуждение — смертельный коктейль для тела. Не сопротивляюсь.

Покорно спускаюсь вниз к его ногам, не переставая смотреть в его глаза.

— Хочу попробовать твой ротик. Возьми его, — новый приказ.

Дрожащими руками расстегиваю ремень, ширинку, отодвигаю боксеры и выпускаю наружу его внушительный, уже возбужденный член. Рассматриваю его, понимаю, что он очень большой, как он мог поместиться во мне. Наливная головка и бархатистый ствол. Обхватываю его одной рукой, но пальцы не смыкаются до конца.

— Я жду, Арина, — холодный приказ Клима, но я слышу в его нотках такое же возбуждение. — Открой ротик, оближи его.

Глубоко вдыхаю, чувствую запах его парфюма и ментола. Мое любимое сочетание.

Открываю рот и провожу по головке языком, слизываю выступающую каплю влаги. Солоноватый, а еще он горячий, у меня нет брезгливости и отвращения, сейчас он словно экспонат для меня, который хочется изучить.

Немного всасываю и вижу, как Клим сжимает зубы, в его глазах огонь, он шумно втягивает воздух, словно держится из последних сил. Ласкаю его член языком, всасываю, обвожу ствол, немного сжимая, и слышу рык. Который отдается где-то внизу живота. Я возбуждена, мои соски уже хорошо просвечиваются под тонкой майкой, и я вижу, как взгляд Клима падает на них.

— Сними, хочу видеть твою грудь, — почти рык.

Быстро избавлюсь от майки и опять беру его член. Я так увлекаюсь, что даже не обращаю внимания на то, что Клим на пределе.

— Все, хватит играть, — хрипло говорит он.

И в тот же момент я чувствую давление на голове. Он наматывает мои волосы на кулак. Сам входя в мое горло. Давлюсь, потому что его движения слишком интенсивные, не могу дышать.

— Расслабь горло, Арина, — приказывает он, немного замедляясь, давая мне вдохнуть хоть немного кислорода. И потом опять глубоко входя в мое горло. Стараюсь приноровиться к его темпу, хотя выходит с трудом. Но вот он хрипит, член во рту увеличивается, и он кончает, бурно изливаясь.

— Глотай! — рычит он, и я сглатываю сперму.

Он вытаскивает член и несколько капель падает на мою грудь и шею. Словно в замедленной съемке Клим подносит свои пальцы, собирает капли, а потом подносит к моим губам.

— Оближи, — слышится хрипло. Делаю, как он говорит, будто под гипнозом облизываю. Сама наслаждаюсь этим, теку от его взгляда.

— Встань! Сними оставшуюся одежду, ложись животом на кровать! — Подает мне руку, помогая подняться.

Мои ноги дрожат, внизу пожар, там все слишком влажно, и это доставляет дискомфорт. Снимаю шортики и ложусь, краем глаза вижу, как Клим идет к шкафу.

Мои чувства обостряются, когда я не слышу его, не знаю, что он делает. Дыхание прерывистое, а возбуждение доходит до предела.

Шуршание фольги и кровать сзади меня прогинается. Его сильные руки хватают меня за бедра, поднимая попу, а голову тянут вниз, заставляя прогнуться. Я в самой унизительной позе. В его подчинении.

— Идеально, — ведет рукой Клим по моему позвоночнику, вызывая табун мурашек по моему телу.

Клим раздвигает мои ноги шире, проходя рукой по складкам.

— Ммм… уже течешь…

Да, уже давно, еще немного и я просто кончу от его касаний. И он словно чувствует это, убирая руку, а я глушу очередной стон разочарования. Но это сменяется моим вскриком, когда он входит в меня одним толчком, резко и глубоко. Комкаю простыню, сейчас я на пределе.

Клим наматывает на кулак мои волосы, тянет, насаживая на себя, начинает грубые хаотичные движения. Это жестко, до стука кровати об стену и звуков ударов наших бедер. До моих криков, раздающихся эхом по комнате.

Слышу ответный рык Клима, и его толчки становятся еще интенсивнее. Завтра я возможно не смогу свести ноги, но мне плевать, мне кажется, я умру, если он остановится. Но он не делает этого.

Финал приходит очень быстро, задыхаюсь и кричу, по телу проносится волна удовольствия, сметающая все на своем пути. Падаю, потому что тело уже не слушается меня. Чувствую его толчки в себе, и он тоже кончает глубоко во мне с глухим рыком, падая, придавливая меня, но это приятная тяжесть.

Мы тяжело дышим, приходя в себя. Клим сам переворачивает нас, вынуждая оседлать его. Все повторяется, уже более медленно, эмоции немного утихают, и мы без сил ложимся на постель.

— Скоро все это закончится, — хрипло произносит Клим мне, когда я начинаю засыпать.

Что это значит? Что между нами все тоже закончится?..