Я проснулась от того, что солнечный свет, пробиваясь сквозь тяжелые шторы, начал мешать моему сну. Сладко потянувшись, я первым делом проверила, на месте ли дневник Элеоноры, который я засунула себе под подушку, подальше от любопытных глаз. Сегодня мне предстояло со всей скрупулезностью, на какую я была способна, ознакомиться с данной рукописью.

Одевшись в простое светлое платье и прижав ценный экземпляр к груди, я спустилась в гостиную, где встретилась с Марианной.

Она сидела в кресле у камина с чашкой чая в руках и задумчиво глядела в окно.

— Доброе утро, Катрин, — приветствовала герцогиня. — Как ваше самочувствие?

— Спасибо, все хорошо, — вторила я ей в ответ, интуитивно чувствуя, что Марианна хочет со мной чем-то поделиться.

— Сегодня ночью я виделась с Ричардом, — она тепло улыбнулась. — И у меня с ним был долгий разговор.

«Какое совпадение!» — чуть не брякнула я, но всё же успела взять себя в руки.

Она продолжила, и взгляд её вновь стал чрезвычайно серьезным.

— Я рассказала ему всю правду о причинах, побудивших его отца проиграть этот особняк, описала сцену с письмом, свидетельницей которой я стала, и поведала о нашем расследовании и собранной информации, касающейся Квентина и Эвелины Шульц с её малышом.

Я молча переваривала услышанное. Наконец, задала герцогине интересующий меня вопрос:

— И что ответил вам Рик?

— Ричард сказал, что ему придется отлучиться на пару дней, у него какие-то дела в столице, — она посмотрела мне прямо в глаза, отчего я почувствовала себя крайне неуютно. — Но перед этим он взял с меня клятву, что я ни на минуту не спущу с тебя глаз, Катрин. И я заверила сына, что всегда буду рядом с тобой…

* * *

Изучение дневника Элеоноры было прервано приходом полковника Ричарда Брена. Его ранний визит не на шутку напугал меня, и я встретила его с особой настороженностью.

— Что случилось? — спросила я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. — Джефри?

— С вашим женихом всё в порядке, — поспешил успокоить меня полковник. — Его жизни ничего не угрожает. Ранение не опасное, потеря крови остановлена, скоро пойдёт на поправку.

Я облегченно выдохнула, чувствуя, как меня отпускает напряжение вчерашнего дня. Но Ричард ещё не закончил.

— Однако я пришёл сообщить, что полиции известно, кто стрелял в вас, когда Лартон проявил героизм, защищая своей грудью.

— Оперативно, однако, — удивилась я. — И кто это был?

— Опять, Катрин, всё крутится возле вас, — горько вздохнув, он поведал следующее: — Некий Патрик Дугорт попал в поле зрения розыскных служб как последний оставшийся в живых свидетель со стороны обвинения в глупом судебном разбирательстве против маркизы де Ланжерон. Для его защиты негласно были приставлены соглядатаи. Именно этот факт и способствовал быстрому опознанию стрелка, когда тот устроил стрельбу по живым мишеням в городском парке.

Я вспомнила эту холеную, довольную физиономию надменного лжеца и задала самый животрепещущий вопрос:

— Его взяли?

— Нет, — полковник отрицательно покачал головой. — Он хитро ушёл от преследования. Возможно, использовал старинные подземные ходы, которыми напичкан этот город.

Заметно помрачнев, он продолжил:

— Причина покушения пока не ясна, — глянул настороженно в мою сторону Брен. — Но мы рассматриваем две версии.

— Какие? — спросила я, чувствуя, как ладони становятся влажными от напряжения.

— Первая возможная причина — это то, что Дугорд поддался городским сплетням. Вы знаете, Катрин, что говорят о вас в городе?

Я лишь пожала плечами.

— Люди твердят, что вы странным образом расправляетесь с теми, кто давал обвинительные показания на вашем процессе. Уже пять трупов после окончания судебного слушания. Недалёкие горожане шепчутся, что это ваших рук дело.

— Это глупо и нелепо! — вырвалось у меня. — Я никого не трогала!

— Я знаю, — мягко сказал полковник. — Но слухи есть слухи! И Дугорд мог просто запаниковать, опасаясь за свою жизнь, решив, что вы придете за ним следующим.

— А вторая версия?

Он помолчал, и в его глазах мелькнула тень беспокойства.

— Вторая версия куда глубже. Возможно, Патрик имеет непосредственное отношение к злоумышленникам, которые хотят прибрать к рукам этот особняк. Как знать? Но это покушение может быть частью более крупной интриги.

Я озабоченно взглянула на Ричарда Брена, и в моей голове стали всплывать имена Дугласа Милтона, Квентина Миллера, Эвелины Шульц, Джудит Сандерсон…

— Похоже, все нити ведут в одно место, — тихо сказала я.

— Куда? — озадаченно спросил меня полковник.

— В игорный притон «Под счастливой звездой», — и про себя подумала: — Видимо, настало время нанести туда визит.