Я проснулась от мерзких, пронзающих уши аккордов мелодии, что раздражала меня ещё со средней школы. Тогда она означала одно: пора подниматься, вытаскивать своё бренное тело из постели и тащиться на учёбу. Звук, который оставил страшный отпечаток и детскую травму. Он сверлил, гремел, навязывал себя, будто не имел ни начала, ни конца. Я раздраженно отключила звонок.

Так. Стоп. Будильник?

Ясность ума вернулась со скоростью колибри. Вот уже несколько лет я не ставила его. Я посмотрела на время: восемь часов утра. Что за бред?!

На экране висело уведомление: «Пропущен будильник «Первый рабочий день»».

Какой ещё, к черту, первый рабочий день?

После недолгого оцепенения я медленно осмотрелась. Это была не моя кровать, не мой рабочий стол стоял по правую руку, и вообще я находилась не в своей комнате.

Окончательно придя в себя, я узнала интерьер. Это была её комната. Пространство, которое я создала для героини моей истории, для Амри.

Я облегченно вздохнула. Просто ещё не проснулась. Я спала и снова проживала сюжет, который мне только предстоит написать. Всего лишь очередной ночной визит в вымышленную реальность. Только… что-то было иначе. Не как обычно. Это первый раз, когда сознание принадлежало всецело мне. Мне не стоило так часто заставлять себя писать историю по ночам. Кажется, я начинала сходить с ума. Иначе как объяснить все эти странности?

По телу пробежали мурашки. Я снова в недоумении оглядела комнату.

Я понимала реальность мира, чувствовала по-настоящему, каждой клеточкой тела. Этот сон отличался от других. Я вдыхала и ощущала как легкие наполнялись воздухом. Улавливала тепло на коже от лучик солнца, что пробивался сквозь шторы.

Что со мной происходит? Я не смогла ответить на этот вопрос и на его замену пришёл другой: как? Как проснуться?

Первым импульсом стало старое доброе «ущипни себя». Я послушно поднесла руку и цапнула себя за запястье. Полагая, что сделала это недостаточно верно, повторила, но уже посильнее. В третий раз я ущипнула себя настолько сильно, что пришлось закусить губу. Изо рта вырвался стон отчаяния.

Безуспешно.

Другой вариант: меня могла пробудить эмоциональная встряска. Точно! Ведь во сне нередко так и происходило. Нужна стрессовая ситуация или монстры. Но в комнате не притаилось ни одного чудища. К счастью, конечно. Иначе это была бы ещё одна проблема, решение которой могло бы привести к фатальному исходу. Шок – самый верный выход. Помимо того, что я получила сейчас, мне необходим мощный выброс адреналина.

Поток бесконечных мыслей прервал внезапный звук из самих глубин ада. Снова будильник. Цербер проснулся, он голоден, и ему нужны души всех невыспавшихся. Я ударом пальца заткнула его, в этот раз насовсем

Сегодня был вторник и, кажется, моей героине, то есть мне, пора собираться на первый рабочий день. Я планировала получить достаточно стресса, чтобы мигом проснуться.

* * *

До прибытия такси оставалось каких-то пару минут, и я потратила их на зеркало. Дернуло же меня создать героиню любительницей стильных и утонченных образов! В отличие от нее, я предпочитала спортивную одежду и, когда прописывала Амри любовь к элегантной одежде, не думала, что это скажется на мне в будущем. Поэтому основу гардероба Амри составляла лаконичная одежда природных оттенков: трикотажные водолазки и футболки в рубчик, которые удобно сочетать с шелковыми юбками и классическими брюками, а также костюмы и платья. У Амри была возможность подобрать наряд, который как нельзя лучше подчеркнет достоинства её фигуры, при этом подарит чувство свободы и непринужденности.

Я надела лавандовый костюм-двойку с белым облегающим топом под пиджаком и обула бежевые туфли. Волосы уложила легкими волнами. Я поправила прядь и вышла из квартиры.

Сознание подсказывало: это сон. Но с каждым шагом меня не отпускала мысль: почему в нем всё так чётко? Раньше сновидения ощущались как воспоминания, которые я проживала через призму. Тогда смутные образы казались нормальным явлением и не вводили в заблуждение. Но теперь окружающий мир перестал напоминать однокадровый фильм от первого лица.

Могла ли я отклоняться от изначального сценария? Вот сейчас и проверим.

Водитель подвез меня ко входу в тёмно-синий небоскреб. Отражая в панорамных окнах солнечные блики, стеклянный гигант упирался в безоблачное небо. Я замерла, всматриваясь в впечатляющий фасад здания.

Я ведь не называла адрес, но всё же я в нужном месте.

Первый этаж бизнес-центра выглядел именно так, как я когда-то описывала его в черновике: уютная кафешка, гардеробные по обе стороны, стойка ресепшн, охрана у проходных и ряды турникетов со считывателями карт. Дальше – просторный холл и стройная шеренга лифтов.

Я вспомнила, как представляла себе систему прохода – постоянные ключ-карты для сотрудников и временные – для гостей. Ключ Амри выдали ещё вчера, поэтому я сразу направилась к лифтам, как только турникет пропустил меня с легким пиком.

Всего здание имело тридцать один этаж, но ей, то есть мне, нужен был девятнадцатый. В лифте я украдкой посмотрела на часы: десять утра. Двери лифта открылись, и я вышла в небольшой коридор с несколькими приемными. Как и было задумано, нужный кабинет находился в самом конце, потому я пошла прямиком к нему.

Предстояло сделать то, что мне очень не свойственно. Нечто неадекватное, истеричное, абсурдное, но необходимое. Я чувствовала всё настолько остро, что внутренне начинала паниковать: точно ли это сон? Почему чётко выраженного желания проснуться оказалось недостаточно? Ведь обычно именно так и происходило: момент, когда ты полностью начинаешь контролировать свои действия и мысли, становился точкой отправки сознания в реальность.

Меня бросило в жар. Чем ближе я подходила к кабинету, тем сильнее накатывала волна тревоги. Что, если моя задумка не сработает? Останусь в этом мире, как это бывает с попаданцами? Но я не в книге. Это всего лишь слишком крепкий, затянувшийся сон. Всё должно получиться!

Я остановилась, глубоко вдохнула и, задержав дыхание, выдохнула медленно, как будто выдувая через себя всю панику. Передо мной, наконец, оказалась дверь в кабинет мистера Мейдена. На мгновение мне показалось, что она отдалилась, как в замедленной съёмке – ускользающая перспектива. Но когда я протянула руку, холод металла послушно лег в ладонь.

Пора.

Мой план казался безумным, но другого способа проснуться я не видела. Я постучала и вошла в строгий кабинет офисного работника: просторная комната со светло-серыми стенами, напротив двери панорамное окно.

Меня окутал дорогой мужской парфюм. И погрузилась в аромат, состоящий из сочного яблока и мяты, легкий и свежий. Я ощутила, как запах осел на коже, проник в лёгкие. Должна ли я так явно чувствовать запахи? Я не успела ответить себе.

Взгляд зацепился за лёгкое движение. В углу, поближе к окну, стоял стеллаж, забитый до отказа коробками, бумагами и другими корпоративными мелочами. На стене – рамки с дипломами и грамотами. И, конечно же, типичный Т-образный стол с типичным массивным креслом типичного руководителя. В другом конце комнаты напротив, по всей видимости, находилось моё рабочее место, почти такое же изящное.

– Добрый день! Я Амри Эйбел…

Мужчина в кресле плавно повернулся ко мне, и слова тут же застряли в горле. На секунду я потеряла дар речи, удивленная тем, какой красивый персонаж у меня всё же получился. Поразительно, но он был именно таким, как я его себе представляла. Как будто кто-то материализовал строчку из моих заметок.

«Молодой человек с атлетическим телосложением, в бордовом костюме-тройке и белоснежной рубашке. Блондинистые волосы уложены назад, но небрежно, придавая внешности легкости и делая взгляд глубоких зеленых глаз более таинственным. Он определенно был в курсе, какой эффект производил на женщин, поэтому держался самодовольно и уверенно», – вспомнила я.

Чертовски идеально воплощенная фантазия. Тео Мейден – как с обложки глянца. Не исключено, что, встретив его в реальности, я бы пересмотрела взгляды вечно пишущего автора, которому важнее личная жизнь героев, чем его собственная. Но как бы хорош он не был, это вымысел. Моя выдумка. Вернее, всего лишь сон. Пора прийти в себя.

Я встряхнула головой, как бы выныривая из мыслей:

– …Ваша новая ассистентка, – наконец закончила я.

Уверенно приближаясь к Тео, я успела осмотреть, что находилось на его части стола, чтобы понять с чем мне придется работать.

– Надеюсь быть вам полезной!

– Амри, добрый день. – Уголки полноватых губ приподнялись в плутовской ухмылке. Он скрестил пальцы перед собой, упирая локти в стол. – Очень на это рассчитываю. Проходите.

И хоть его голос звучал успокаивающе, я не могла отступить, и решительно подошла к его рабочему месту, чтобы сделать первый стрессо-ход.

– Можете не сомневаться, – выдохнула я, ощущая, как внутри пульсирует нервная решимость. – И начну прямо сейчас.

Одним легким движением я смела всё с той части стола, что находилась ближе к Тео. Бумаги разлетелись, канцелярия свалилась с глухим шумом. Кружка с кофе перевернулась, и её содержимое щедро пролилось на брюки Тео.

Он вскочил с кресла почти рывком, но тут же осел обратно, ошеломленный и мокрый.

– Какого чёрта?! – выругался он, выуживая промокший телефон из кармана. – Я немедленно вызываю…

Не дав ему договорить, я продолжила воплощать в жизнь план. Ведь я была уверена, чем больше хаоса натворю, тем действеннее будет пробуждение. Я подошла ещё ближе, схватила с пола бумаги, надеясь, что они имели важность, и начала рвать их на кусочки – все меньше и меньше.

Тео уставился на меня в полнейшем недоумении, а его рука с телефоном так и застыла в воздухе.

– И это, я думаю, вам только мешает, – произнесла я мягко, почти ласково.

Следующим жестом я забрала у него смартфон и, не моргнув, погрузила в графин с водой, что стоял нетронутым на другой половине стола.

– Диджитал-детокс[1], – пояснила я с невинной улыбкой.

– Это какой-то розыгрыш?

К нему резко вернулся дар речи, теперь его голос звучал очень даже угрожающе.

Тео поднялся с места, и вот он прямо передо мной, оказавшись на полголовы выше.

– Или… ты просто больная на голову?

Я разочарованно хныкнула, понимая, что разрушенного офиса оказалось недостаточно для пробуждения. Когда Тео нервно выдохнул, я нутром почувствовала его злость. Волевой подбородок напрягся, губы сжались в жесткую линию. Он неторопливо вдохнул через нос и медленно выдохнул через рот, концентрируясь на процессе. Лицо Тео разгладилось, губы вновь обрели полноту, но в глазах бушевал шторм.

– Девушка… как вас… – Он с трудом пытался сохранить спокойствие, я видела по его двигающимся желвакам на скулах, как он сдерживался, чтобы не сорваться. – Полагаю, испытательный срок закончен. Либо вы покидаете кабинет, либо я вызываю охрану.

Безумным взглядом я осмотрелась вокруг. Ничего не изменилось.

Что же делать?

Я лихорадочно озиралась в поисках ответа. Слева – ничего. Справа – тоже пусто. Прямо – а вот и бинго!

Шагнув вперед, я подалась телом и впечаталась поцелуем в его губы. Тео был немного выше, но чтобы поравняться, мне пришлось привстать на носочки. Пытаясь как-то удержаться в таком положении, я искала точку опоры, и мои руки упали ему на плечи.

Я незамедлительно осознала что натворила, тут же отпрянула и попятилась назад. Страх, стыд и ужас обрушились на меня разом. Я только что поцеловала незнакомого, выдуманного мной мужчину, и при этом моя цель не была достигнута. Мир остался прежним. Осознавая это, я поймала озадаченный взгляд Тео. Он выглядел потрясенным и растерянным.

Нельзя дать ему прийти в себя первым.

– Вы что себе позволяете! – выкрикнула я, размахнулась и влепила ему пощёчину.

Он непроизвольно приложил руку к щеке, всё еще не отрывая от меня ошалелый взгляд.

– Что… я себе позволяю?! – рявкнул он.

Голос его теперь походил на раскат грома.

Он шагнул вперед, нависнув надо мной, и впервые за всё время я ощутила на себе его ярость.

– Да ты… сумасшедшая!

– Сумасшедшая? – Я рассмеялась истерично с хрипотцой. – Да мне просто ничего не помогает! Сейчас покажу тебе сумасшедшую!

Я наклонилась, подбирая степлер, что валялся у самых ног, и проверила, есть ли в нем скобы.

– Ничего-ничего, – я говорила с надрывом. Рука дрожала, но я решительно уперлась ладонью в столешницу и приставила степлер к тыльной стороне ладони. – Это точно сработает!

Металл щелкнул. Кабинет заполнился выразительным стоном боли. Моим стоном. Всё было как в тумане. Пространство плыло. В ушах стучала кровь.

– Проклятье! – Голос Тео прорезал пелену, возвращая меня в комнату.

Я не проснулась.

Степлер с грохотом упал на пол, а я, морщась, вытащила скобу из собственной плоти и тотчас зажала маленькую ранку пальцами.

– Вы… вы только что… пробили себе руку?! Степлером?!

Он говорил на пределе, голос его срывался, движения становились всё более паническими.

– Вам не работа нужна, а срочная психологическая помощь, ещё лучше, если вы обратитесь в психиатрическую клинику!

Фразы его доносились будто издалека. В голову набатом били флешбеки – адский водоворот событий последнего часа. Образовалась оскомина, к горлу подступил ком. Меня мутило, и я невнятно заговорила:

– Знаете… мне… что-то нехорошо, – пробормотала я, а по руке потекла тонкая капля крови. – Может, перенесем мой первый рабочий день на завтра?

Тео стоял в ступоре. Его глаза метались по мне, по полу, по столу. Он открывал рот, будто хотел что-то сказать. И вот Тео было уже решился, как раздался стук в дверь. В следующую секунду дверь распахнулась, и в кабинет вошла Клэр. Она застыла на пороге. Взгляд её скользил от разбросанных бумаг к залитой кровью руке, от графина с утонувшим телефоном к лицу Тео, полному немого ужаса. Я же не была готова к вопросам и, пока появилась возможность сбежать, бросилась к выходу.