Сначала ничего не происходило, я даже заскучать успела, разглядывая тесное магово пристанище. Как он тут столько времени просидел, не представляю. Я бы, преврати меня кто в этакое, пошла в лес, выла бы там, народ заплутавший пугала… И уж точно не пряталась бы в каменной пещере вдали от солнечного света.

Не успела я помечтать вволюшку о том, каким бы я прекрасным чудищем была, как господин Айвен дернулся рядом раз-другой и затрясся что есть мочи на своей подстилке. А потом открыл мутные глаза и заревел.

– Господин маг, не орите так, пожалуйста, – попыталась заглянуть ему в лицо. – Я вам зелье дала, должно помочь. Наверное.

Он застонал, заколотил руками, отталкивая меня. Но я видела, как меняется бычья голова, как проступают человеческие черты.

– Не дергайтесь вы, – сцепив зубы, пыталась я его удержать. – Вон же, лицо начало проявляться! Потерпите чуток, снова красавчиком станете, девчонки рады будут.

– Ы-ы-ы, – ответил мне маг и хлестнул рукой, отталкивая.

И так я об стену спиной приложилась, что аж звезды перед глазами запрыгали, а маг, тем временем полностью вернув человеческий вид, застонал уже жалобно, выгнулся дугой, скребя скрюченными пальцами по камню, потом упал обратно и подозрительно затих.

– Господин маг? – позвала я нерешительно.

Подходить к нему было боязно, а ну как еще раз двинет? Но мы, ведьмы, перед трудностями не пасуем. Подползла к нему, ткнула пальцем – не пошевелился, даже грудь не вздымалась. Я нахмурилась, начиная волноваться, подобралась, положила руку ему на сердце – и, задержав свое тяжелое дыхание, чтоб не сбивало, поняла, что ничего не слышу. Сердце Айвена не билось.

– Да как же это?

Я судорожно начала вспоминать, что там в зелье было. Обычные травы, слюна гарпии для усиления и закрепления, но так я ее уже на людях проверила – нормально все было! Теперь меня начало трясти. Выходило, что не с чего ему помирать-то! Но ведь лежит и не дышит! Как есть, назло мне умер!

Я представила, как к нам после смерти мага комиссия едет из Ковена, как я стою перед судьями и оправдываюсь, что не убивала, как исключают меня из школы, навсегда лишив возможности получить диплом ведьмы, и запирают, будто преступницу, как выгоняют лешего из леса за пособничество… Как сообщают бабушке…

И от ощущения грядущих неприятностей я в такое неистовство впала!

Вскочила я, села сверху на господина мага, пальцы к его вискам приложила, наклонилась и позвала так, как только проклятые ведьмы, давным-давно магами истребленные, могли. Клялась я бабушке никогда эту силу не использовать, чтобы ни в коем случае не знал о ней никто, не догадывался даже, но теперь уж не до семейных тайн!

Не отозвался маг – ушла душа. И я увидела, как распустилось в его груди смертельное проклятие. Вот чем на самом деле его Владислава наградила, прикрыв безобидным колдовством! И ведь получалось у господина Айвена блокировать ведьмины чары, пока я ему случайно на пути не попалась и не начала помогать, сбивая всю защиту. Не заметила сразу, не сообразила… Теперь понятно, почему он в пещере сидел – каменная толща сдерживала смертельное плетение, давала магу время! И тут снова я своим зельем запустила процесс. Это я! Я его убила!

Я всхлипнула, скатилась с мага, схватила меч и зарычала, страх прогоняя. Не умрете вы сегодня, господин Айвен! Слишком многое на кон поставлено.

Встала над телом и, закусив губу, мечом себе ладони разрезала. Знала бы я, что тупым краем так больно пилить кожу, наточила бы заранее! Начертила на маговом лбу кровью знак призыва, обхватила его лицо ладонями, наклонилась к губам и позвала. Не могла душа его на зов крови не отозваться. Не было еще такого человека, который бы силы моей наследственной не послушался!

Потемнело в глазах, перехватило дыхание, но я держалась, не отпускала! И только когда почувствовала, как растворяется в груди Айвена черный кокон проклятия, как делает он судорожный вдох, отцепилась и повалилась рядом, отключаясь.

* * *

– Очень бы вас попросил, госпожа ведьма, руки с меня убрать и отодвинуться. Что за балаган вы тут устроили?

Я с трудом разлепила глаза, не сразу сообразив, где я и кто со мной говорит. Перед лицом была изрядно замызганная мужская рубаха, за которую я крепко держалась. Мужчина, прилагавшийся к этой рубахе, лежал тут же, в ней, и, кажется, был не слишком доволен. Я покряхтела, расцепила закаменевшие пальцы и села. Порезанные ладони пульсировали от боли, и я еле сдержалась, чтобы не заскулить.

– А? Что вы сказали?

Маг подтянулся на лежанке, уперся спиной в стену и ответил:

– Я спросил, что вы тут устроили? Я очнулся, вы лежите, забравшись на меня чуть ли не с ногами, и дрыхнете!

Я посмотрела на него изучающе, отмечая чрезмерную бледность и испарину. Но на умирающего он был уже не похож.

– Ну, надо же мне было где-то спать. В пещере холодно, осень же почти…

Айвен брови поднял, но промолчал. Иной раз против хороших доводов и не поспоришь.

– Это вы сделали?

– Не я! – ответила я тут же. – А что сделала?

– Хватит дурака валять, Забава, я серьезно! Вы проклятие сняли? – спросил маг.

– А если и я, то что?

Я все пыталась сообразить: помнит он произошедшее или нет?

– Как же с вами, ведьмами, сложно-то, – он потер лицо руками. – Загадки вечно какие-то, интриги, тайны…

– Ну, с вашим братом тоже непросто, – обиделась я. – Силушка богатырская вместо мозгов и гордыня непомерная.

Сказала и отвернулась, нахохлившись. Ведьмин огонек так и висел под потолком, освещая нам своды пещеры. Если уж я его в забытье удержала, значит, силы мои вернулись полностью. Еще бы, такая подпитка природным даром случилась…

– Здесь пахнет смертью, – тихо сказал маг.

– Ну, не знаю, когда я пришла, так уже было, – дернула я плечом.

Айвен тяжело вздохнул, запрокидывая голову.

– Я не буду сообщать в Ковен, Забава. И рассказывать о вашей дикой выходке в городе, когда вы начали колдовать, не удосужившись выяснить, с чем имеете дело, тоже не буду. Только скажите мне, как у вас получилось снять проклятие?

Я повернулась, разглядывая мага. Интересно, как бы он поступил, если бы я правду сказала? Ведьм, которые могли путь на тот свет открыть, маги уничтожали даже с большим энтузиазмом, чем чудовищ вроде Лиха. И мы ведь магам не переходили дорогу, не мозолили глаза, жили себе спокойненько, никого не трогали. А то, что некоторые мертвых поднимали пачками и войско из нежити себе создавали, – так в семье не без урода. Тем более мои предки ни в чем таком замешаны не были, потому и выжили…

– Нечаянно, – развела я руками. – Не знаю как. Под действием неконтролируемого вдохновения.

Господин маг аж зубами заскрипел.

– Вы же понимаете, что я проведу расследование и не успокоюсь, пока не докопаюсь до сути.

Я помолчала, вспоминая, могла ли где-то наследить… Выходило, что нет, раз он сам ничего не помнит. И кивнула.

– Копайтесь, – разрешила я. – Только недолго, вас там на улице ждут.

И добавила ехидно:

– Женщины.

– Ка-какие женщины? – удивился маг. – Откуда женщины?

Я зажмурилась, еле сдерживая улыбку, и ответила:

– Жертвы ваши, конечно же. Каждому чудовищу жертвы полагаются, не знали?

И, пока он соображал, я встала и меч свой подняла, незаметно вытирая лезвие о штаны. Кажется, погорячилась я, обещая лешему с этим магом договориться, – не будет Айвен мне помогать Владиславу искать. Такие, как он, с ведьмами никаких дел не имеют. Слишком много гонора. Только вот что мне теперь с Лихом делать?

Я замерла у выхода, задумалась. Маг в это время поднялся, кряхтя, будто столетний дед, и прислонился к стене:

– Вы по-человечески вообще можете объяснить? Что там за женщины меня ждут?

– Шесть невероятных красавиц и три злые гарпии. Все по вашу душеньку, – ответила я. – Не получится улизнуть. Уж вы мне поверьте, там долго готовились…

– Вы устроили? – нахмурился он.

Я фыркнула.

– С чего бы? Хотя, гарпий, пожалуй, я, – задумалась. – Иначе они бы раньше не выдержали и сами в пещеры полезли вам мстить. Вот объясните, как можно разругаться с гарпиями? Они же легенда! Сколько полезной информации и ингредиентов!

– Ага, – скривился Айвен, – легенда с очень скверным характером. Их не зря из столицы изгнали. Было за что!

– Кто бы говорил, – удивилась я. – Вы вон тоже не зайка.

Маг хмыкнул, от стены оторвался, постоял на месте, покачиваясь, и позвал:

– Ну, тогда пошли, что ли? Раз все ждут…

Ведьмин огонек и тут не подкачал, вывел нас к выходу без проблем. Признаться, путь назад я изначально не планировала, и про то, как оно все могло сложиться, если б ко мне силы не вернулись, я старательно не думала. Зачем переживать о том, чего не случилось?

Маг шагал все увереннее и увереннее, видно, свежий воздух, доносившийся с улицы, придавал ему сил. Или это был запах жареного мяса, который ввинчивался в нос и вызывал бурное слюноотделение? Поэтому под конец он уже чуть не бежал и из пещеры шагнул первый, но у выхода остановился и замер. Несколько мгновений ничего не происходило, а потом Айвена заметили.

– Ой, смотрите! Идут! Идут!

– Так это же просто маг!..

– А почему один? А где?..

– Ты куда ведьму нашу дел, ирод? – рев Добронравы я бы узнала из тысячи.

– Да я… – начал господин маг, но договорить ему не дали.

Кажется, на улице намечался скандал, и я не отказала себе в удовольствии чуть помедлить и не выходить следом за Айвеном.

– Ой, девки, что же это делается-то? Опять мы без ведьмы остались!

Зашумел на улице народ, зароптал.

– Да и не чудище это больше, а просто наш маг! – крикнул в толпе звонкий девичий голос. – И зачем мы тогда гото-о-вились?

– А рубаха-то у него! Рубаха в крови вся!

– Ой, убил он ведьму! Как есть убил!

– Бей мага! – вдруг выкрикнул какой-то смельчак.

А я отступила назад, решив, что господин Айвен сам разберется со своими подопечными, которых так усердно защищает от злой нахальной ведьмы, и тихо позвала лешего, чтобы он меня забрал из этого балагана и прямиком в избу перенес. С меня на сегодня хватит.