Вот и наша первая потеря

на войне незримой мировой.

Можно жить, любою мерой меря, –

и тебе отмеряют такой.

Что мы можем, стоя нынче в храме?

Лепту дать беспамятной вдове?

Мы ведь все под Богом ходим сами –

хоть в тьмутаракани, хоть в Москве.

Как понять: конец ли это света

или наступает новый век?

Раз весна, то, значит, будет лето;

будет лето – значит, будет снег.

Или дождь. И соберутся птицы.

Но куда податься им теперь?

Сколько это время будет длиться?

Сколько предстоит ещё потерь?

А ведь счастье было. Даже часто –

то с одной, а то со всех сторон…

Нам осталось только обвенчаться

в том же храме. После похорон.