Как я люблю эту «званскую» жизнь,

но не с пирами, скорей, а с трудами,

с теми, что были ещё при Адаме:

встань с петухами, с курями – ложись.

Корму задай то скоту, то коту

плюс накорми прилетевшую птицу,

синюю, ту, что зовётся «синица»,

то на помойку сходи за версту.

Как я люблю этот дикий завал,

все эти го́вна, горшки и корыта,

эти свинцовые мерзости быта,

как некорректно их Горький назвал.

И, как неточно заметил Исус:

званых, мол, много, а избранных мало:

в Званку зовут ли кого ни попало?

Их избирают за свет и за вкус.

Званые в Званку поэтому те

самые –

праздные в мире счастливцы:

не поленитесь – вглядитесь в их лица

и убедитесь в моей правоте.