– Ох, как я голоден! Нужно скорее поесть.

Тхэгён, заигравшись в игру на телефоне, опоздал на обед и теперь спешил в кафетерий. Обычно он бы примчался туда в числе первых, но сегодня оказался там последним из своего класса: ему нужно было победить босса. Хотя Тхэгён опоздал совсем чуть-чуть, его желудок уже громко урчал.

– Я очень проголодался. Положите мне побольше! – сказал Тхэгён, протягивая тарелку стоявшей на раздаче учительнице.

Но на ее лице отразилось волнение.

– Что же делать? Еда закончилась.

– Что? Не может быть!

– Прости. Такого еще никогда не было… Завтра приготовим побольше. Мне правда очень жаль.

Когда Тхэгён закричал, обедавшие в кафетерии ученики посмотрели в их с учительницей сторону. Другим учащимся, которые пришли позже него, тоже пришлось растерянно уйти, услышав новость о том, что еда кончилась.

Тхэгён купил в магазине булочку и начал ее есть, как вдруг к нему подошла Фео. В руках она держала булочку и молоко.

– Одной булочки тебе не хватит. Вот, съешь еще.

– Спасибо. Фео, ты, как всегда, лучше всех. – Тхэгён открыл упаковку булочки, которую дала ему Фео, откусил большой кусок и сказал: – Ребята слишком много съели. Могли бы подумать о тех, кто придет позже, и хоть чуть-чуть оставить. Нечестно же! Завтра приду пораньше и наемся до отвала.

– Почему ты сегодня пришел так поздно? Ты ведь обычно в первых рядах на обед.

– Играл в игру, вот и задержался. – Тхэгён похвастался Фео собранными предметами и рассказал, что все-таки победил босса и повысил уровень. – Так скучно без занятий в нашем клубе. Здорово было заниматься экзорцизмом, обсуждать новые страшилки и запечатывать злых духов с помощью амулетов. Особенно мне нравилось, что после уроков можно прийти в кабинет нашего клуба и увидеть там тебя.

– Что?..

– Н-ну… тебя, Чхансу, Джонгю, Минука – всех. Я всегда рад вас видеть, ха-ха.

– А! К-конечно.

На мгновение между Тхэгёном и Фео повисла неловкая тишина. Тхэгёну было стыдно из-за того, что он, сам того не подозревая, чуть не раскрыл свои истинные чувства. Но кризис всегда открывает новые возможности! Тхэгён решил, что, раз уж так получилось, нужно признаться Фео в любви.

– Фео!

– Мм?

– Слушай…

– О? Глава тоже здесь?

Только Тхэгён собирался признаться Фео, как в магазин вошел Минук. Он купил три упаковки снеков, сказав, что это новинка, и отдал по одной Тхэгёну и Фео. Тхэгён, упустивший возможность поговорить с Фео о своих чувствах, немного рассердился. Он открыл упаковку снеков, которую ему дал Минук, и попытался съесть все разом, но в итоге только подавился.

– Не спеши! А то заработаешь себе несварение.

Фео похлопала Тхэгёна по спине и протянула ему молоко, которое держала в руке. Он сделал глоток и глубоко вздохнул, сказав, что теперь чувствует себя живым. Наблюдавший за этой сценой Минук шутливо сказал:

– Что это между вами? Воркуете, как парочка!

– Ч-что такого? Не могла же я просто сидеть и смотреть, как мой друг кашляет, подавившись едой.

– Глава-а, а почему ты запинаешься? Это на тебя не похоже!

Фео, кажется, смутилась и попыталась сменить тему, заговорив о чем-то другом:

– Я наблюдала за президентом школьного совета с тех пор, как в него вселился призрак, и, похоже, никаких последствий одержимости нет. Давайте впредь будем очень осторожны. А ты, Тхэгён, больше не покупай всякие странные штуки.

Фео ни с того ни с сего отругала Тхэгёна, который сидел рядом и ел булочку, но сразу почувствовала себя виноватой: она отчитала его только для того, чтобы не раскрыть свои истинные чувства. Неизвестно, догадался ли Тхэгён о том, что ощутила Фео, но он запихнул остаток булочки в рот, улыбнулся и сказал:

– Ну, набор для изготовления амулетов не был совсем уж бесполезным.

Он сделал вид, что согласился с Фео, когда она попросила его больше ничего не покупать.

– Надо было просто оставить президента школьного совета одержимым.

– Почему?

– Будь он на нашей стороне, нам было бы проще получить официальный статус, разве нет? Директор слушает все, что ему говорит президент. Если бы мы объединились с прикованным к месту духом, клуб экзорцизма вернулся бы к работе.

– Не думай о таких бесполезных вещах. Мы должны получить признание за свои способности. Снова стать официальным клубом мы еще успеем.

Когда прозвенел звонок, оповещающий, что обед окончен, ребята разошлись по своим классам.

* * *

На следующий день Тхэгён пришел в кафетерий первым и попросил положить ему много риса и гарниров. Сегодня в меню были только его любимые, поэтому он попросил наложить побольше.

– А мы знали, что сегодня ты придешь пораньше. Вчера не смог пообедать, да? – Джонгю и Чхансу поставили подносы на стол и сели напротив Тхэгёна.

– Вчера еда закончилась, поэтому я пытался выжить, поедая булочки. Весь день думал, что умру – настолько был голоден. Так что сегодня наемся до отвала.

Когда Тхэгён уже почти доел, кто-то громко сказал:

– Как это «нет еды»?

В кафетерии поднялся шум. Ребята, стоявшие в очереди на обед, занервничали, а учительница на раздаче извинялась за то, что еда закончилась.

– Еды уже нет? Но обед в самом разгаре!

– Наверное, они неправильно посчитали количество учеников. Завуч наверняка сегодня отругает учительницу на раздаче. Он ведь очень дотошен в таких вещах.

Тхэгён доел оставшуюся еду, радуясь, что сегодня пришел пораньше. В кафетерии было шумно: слышались голос учительницы, извинявшейся перед ребятами, которые не смогли поесть, болтовня обедающих и жалобы тех, кто в итоге остался без еды.

* * *

На следующий день во время утренних занятий вдруг прозвучало объявление:

«Важное сообщение! Сегодня в кафетерии возникла проблема, из-за которой мы не сможем раздать ученикам обед. Приносим извинения за неудобства. Сегодня вам придется приобрести еду в магазине или поесть в ближайших кафе».

Услышав, что сегодня не удастся пообедать в кафетерии, ученики возмутились.

– Говорят, и вчера много кто не смог поесть. И позавчера тоже. Что случилось?

– Ну учителя сами решат эту проблему. Ура! Мы идем на улицу!

* * *

Ребята из клуба экзорцизма ели рамён в магазине возле школы. Когда их клуб снова закрыли, они не могли собираться в школе, опасаясь реакции учителей. Но сегодня из-за проблемы в кафетерии они наконец собрались все вместе в магазине. Организатором этого собрания оказался Чхансу.

– Я узнал кое-что интересное и хочу рассказать об этом вам.

– И что же это?

– Кое-что о нашей школе.

Что же интересного он узнал о школе? Все посмотрели на Чхансу горящими ожиданием глазами.

– Как-то в эпоху Чосон[3] случилась сильная засуха и много людей умерло от голода. Особенно детей.

– И как это связано с нашей школой?

– Как думаете, что стало с теми, кто умер от голода из-за засухи?

Чхансу посмотрел на ребят с таким выражением лица, словно хотел, чтобы они угадали. Фео неуверенно ответила:

– Раз они умерли, наверное, их похоронили?

– Верно. Всех погибших в то время похоронили. Как мы называем такое место?

– Я знаю! Кладбище!

Когда Тхэгён поднял руку и ответил «кладбище», Минук с сожалением пробурчал, что тоже мог догадаться. Чхансу достал из сумки карту окрестностей школы, распечатанную из интернета, и развернул ее.

– Так, вот здесь! Школьный склад и клумба за ним. Раньше в этой части было кладбище.

– Что? Кладбище?

– Я случайно увидел на ютубе страшилку. Там говорилось, что в нашей стране много таких захоронений тут и там.

Похоже, слова Чхансу натолкнули Фео на какую-то мысль, и она произнесла:

– Кажется, я тоже что-то такое слышала. Мол, наша школа расположена на земле, раньше принадлежавшей кладбищу. В старых школах всегда ходят такие слухи: школа стоит на кладбище или во время строительства обнаружили гробы.

– Чхансу, ты думаешь, что это правда? – Джонгю нервно жевал соломинку от своего напитка.

Он тоже слышал что-то похожее, когда поступал сюда. Говорили, что школьный склад построен на месте кладбища, поэтому к нему нельзя даже близко подходить.

– Я опираюсь на точные данные. Пока мне не удалось выяснить, когда кладбище построили и когда оно исчезло, но я точно знаю, что оно действительно существовало.

Тхэгён с интересом повертел распечатанную карту.

– Кладбище… Вам не кажется, что вот-вот произойдет что-то жуткое?

Увидев беспорядок в кафетерии, завуч лишился дара речи. Казалось, здесь произошло нападение дикого зверя: повсюду валялись кухонные принадлежности, а холодильники и ящики были открыты. Ингредиенты для приготовления обеда лежали на полу кухни и кафетерия, и казалось, словно кто-то в них изо всех сил вгрызался.

– Вчера перед уходом я точно заперла дверь кафетерия, и утром она тоже была заперта. Но, открыв кафетерий сегодня с утра, я увидела это… – Голос учительницы, ответственной за питание, дрожал.

За обед учеников отвечала именно она, и отсутствие еды для детей вполне могло стать основанием для ее увольнения.

– Что говорит полиция?

– Им нужно провести расследование, чтобы разобраться…

– На видеокамерах что-то было? Например, кто-нибудь подозрительный? – спросил завуч.

Сторож, немного поколебавшись, ответил:

– Ну… Вчера ночью камеры в кафетерии не работали. Во всей школе сломались только они.

– Эм… Господин завуч, это может прозвучать абсурдно, но… – Учительница рассказала, что вот уже несколько дней еда исчезает с кухни.

Она точно готовила еду на всех учеников с большим запасом, но та бесследно пропадает. Завуч слушал учительницу, не говоря ни слова.

– В первую очередь запретим учащимся пользоваться кафетерием до тех пор, пока полиция не огласит результаты расследования. Будем раздавать ученикам обеды в контейнерах. А учителя пусть следят за тем, чтобы дети не волновались.

Оглядев кафетерий, в котором царил беспорядок, завуч вернулся в свой кабинет и вызвал классного руководителя Фео.

* * *

– Ужасно, что нам запретили пользоваться кафетерием! Фео, и как же быть?

– Мм? В смысле?

– Ты же всегда спешишь в кафетерий, чтобы увидеть мальчика, который тебе нравится. Разве нет?

– К-кто? Я? Я просто голодная, вот и бегу туда.

Миён, видя, как Фео смущается, с улыбкой ее поддразнивала. Но тут пришел староста класса и окликнул Фео:

– Фео, тебя ищет завуч. Иди скорее.

– Завуч?

* * *

Когда Фео подошла к кабинету завуча, собираясь постучаться, дверь открылась и навстречу ей вышел президент школьного совета. Не говоря ни слова, он окинул девочку взглядом, и по его недовольному взгляду Фео поняла, что совсем ему не нравится.

– Выражусь предельно ясно: я не верю ни в какие суеверия. Так что надеюсь, вы не станете мешать учебному процессу своими странными выходками, глава клуба экзорцизма!

Фео была настолько шокирована, что просто смотрела в спину президента школьного совета, не в силах ничего сказать. Ей даже вспомнились слова Тхэгёна, и она с сожалением подумала, что не нужно было изгонять призрака. Затем Фео вошла в кабинет завуча.

* * *

– Хотите, чтобы мы провели расследование и узнали, что произошло в кафетерии?

– Это не официально. Скорее, моя личная просьба.

Во время первой встречи с завучем Фео было тяжело и страшно, но теперь она чувствовала, что он действительно заботится об учениках – в отличие от директора, который думал только об имидже школы.

– Полицейские сказали, что не могут найти виновного. Точнее, они считают, что произошло нечто мистическое. Как бы там ни было, вполне возможно, что виновник не обычный человек. Так мне кажется. В кафетерии остались только следы того, как кто-то голодный ел как сумасшедший. Странно уже то, что он съел столько еды, сколько хватило бы всем ученикам нашей школы на несколько дней. Но больше всего меня беспокоят слова учительницы, ответственной за раздачу.

Фео хотела спросить, что же она сказала, но посчитала, что перебивать завуча будет невежливо, поэтому просто ждала, когда он продолжит, сдерживая любопытство.

Учительница сказала, что вот уже несколько дней приготовленной к обеду еды становилось все меньше и меньше, поэтому многие ребята оставались голодными. Фео вспомнила, как Тхэгён тоже не смог пообедать в кафетерии. Тогда она подумала, что он просто опоздал, вот еда и закончилась, но скрывалась ли здесь другая причина? Завуч сказал, что школа проверила записи с камер, но видео с тех дней не было. Остальные камеры работают нормально, и только те, которые расположены в кафетерии, сломаны.

– Если кто-то ворвался в кафетерий и украл еду, полиция рано или поздно найдет виновника. Но что, если это необычный преступник? Думаю, тогда его не смогут поймать.

– Необычный преступник?

Фео сразу поняла, что завуч имел в виду. Вот почему он позвал ее, главу клуба экзорцизма!

– Знаю, что в прошлый раз вас наказали за самовольное использование актового зала и даже заставили писать объяснительные. Но надеюсь, вы поможете нам сейчас. Мы не можем запрещать пользоваться кафетерием слишком долго. Это моя личная просьба. Конечно, я поставил в известность президента школьного совета о том, что попрошу вас разобраться с этим делом, поэтому он на время закроет глаза.

«Так вот почему президент сказал мне те слова. Ему не нравится клуб экзорцизма, поэтому он был недоволен решением завуча».

– Сможете выполнить мою просьбу?

– Конечно. Я тоже хочу, чтобы кафетерий как можно скорее открылся и мы смогли обедать там с друзьями, – лучезарно улыбнулась Фео.

Участники клуба экзорцизма, собравшись в кафе недалеко от школы, обдумывали просьбу завуча.

– Выходит, он обратился к нам с этой просьбой, решив, что «необычный преступник» может оказаться призраком!

– Но все ли будет нормально? В прошлый раз с прикованным к месту призраком нам повезло не попасться учителям, но сейчас, похоже, будет сложнее… Это же кафетерий. Как мы можем тайно туда пробраться?

– Я тоже так думаю. Пусть это и просьба завуча, но, если что-то пойдет не так, нас точно посчитают проблемными учениками.

Когда Минук озвучил свои опасения, Чхансу добавил, что думает точно так же.

– Мы можем войти в кафетерий, не вызывая подозрений. Одно из наших наказаний – уборка на территории школы. В нее входят и вынос мусора, и чистка туалетов, и поддержание чистоты в комнате отдыха и кафетерии. – Фео помахала листком бумаги с указаниями, которым должны были следовать участники клуба экзорцизма.

Это оказалась распечатка, на которой были указаны виды наказания за своевольное использование школьного актового зала.

– Так, так! Ребята, если мы решим эту проблему, завуч, возможно, встанет на нашу сторону. Тогда появится надежда, что клуб экзорцизма возродится. Если мы поймаем преступника, президент школьного совета тоже больше не сможет смотреть на нас свысока. Что скажете? Разве не стоит попытаться? – уверенно сказал Тхэгён, и Минук, Чхансу и Джонгю в конце концов с ним согласились.

– Но что мы будем делать, когда окажемся в кафетерии? Там уже и так беспорядок, думаете, призрак придет туда снова?

Фео уверенно ответила:

– Говорят же, что преступник всегда возвращается на место преступления. Он придет – этот необычный преступник, которого мы ищем.

Двери кафетерия, запертые на протяжении уже нескольких дней, открылись. Учительница с беспокойством взглянула на ребят из клуба экзорцизма:

– Мне жаль, но, раз завуч сказал вам убраться здесь, я ничего не могу поделать. Муку положите вот сюда, а пасту из острого перца – вон туда. Что ж, рассчитываю на вас.

В кафетерии, где во время обеда всегда толпились школьники, сейчас было удивительно тихо. Кухня, на которой уже несколько дней не готовили, выглядела холодной и унылой. Ребята перетаскивали мешки с мукой и банки с пастой из острого перца туда, куда указала учительница. Их было так много, что приготовленной из них еды точно хватило бы на всех учеников школы. Сделав несколько заходов туда-сюда, ребята наконец все перенесли.

Фео достала барьерный амулет и прилепила его к щели в дверях кафетерия.

– Хорошо. Теперь призрак не сможет сбежать отсюда. Так, давайте выложим все, что мы принесли.

Тхэгён достал жареную курочку и положил ее на стол. Ее аромат тут же распространился по кафетерию. Фео вытащила яблоко и банан. Джонгю – печенье, шоколад, конфеты и булочки, а Чхансу – целую рисоварку. А Минук, кряхтя, положил на стол целую упаковку рисовых лепешек.

– Вчера у бабушки был день рождения, поэтому я взял все, что мы не доели. Сказал, что хочу поесть с друзьями, и мама собрала очень много еды. Попробуйте. Она сама приготовила! Это правда вкуснятина. – Минук откусил кусочек от лепешки и обратился к Фео: – Но, глава, почему ты попросила принести еду? Мы ведь пришли ловить преступника.

– Мне кажется, преступник – это призрак Обжора.

– Обжора? Кто это?

– Так называют призрак человека, который умер от голода. Он всегда голоден и бродит в поисках еды, поэтому его и зовут Обжорой.

Фео показала иллюстрацию Обжоры, которую сохранила на свой телефон. Это оказался очень худой призрак, одетый в лохмотья.

– Обычно призраки пытаются обмануть людей или подшучивают над ними, чтобы выманить душу, но в случае с Обжорой все было не так. Он находится в постоянном поиске еды. Поэтому и появился в кафетерии, где мы обычно обедаем.

– Если Обжоре нужна только еда, значит, он не опасен? Ну и славно.

Джонгю немного расслабился, потому что, к счастью, призрак оказался не опасным.

– Я нашел в интернете, что призрак Обжора уйдет, если наестся досыта. Мы дадим ему еду, он утолит голод и исчезнет. Верно, глава?

Фео кивнула, соглашаясь со словами Чхансу.

– Сначала преступник воровал понемногу еды, приготовленной на обед, но затем начал есть все больше и больше. В конце концов он съел все, что было в кафетерии, но больше ни к чему не прикоснулся – он только ел. Сопоставив все улики, мы можем точно сказать, что виновник – Обжора.

Фео разложила принесенную еду на столе так, чтобы ее было удобно брать. Теперь Обжора сможет все это съесть, утолить голод и уйти самостоятельно. Тогда это дело благополучно разрешится.

– Кстати, я купила нам рамён. Можем позже съесть его вместе.

Фео выложила на стол пять упаковок лапши.

Ребята спрятались неподалеку за кухонной стойкой. Чхансу установил телефон на штатив и начал снимать на видео стол с едой.

– Чхансу, что ты делаешь? Зачем снимаешь?

– Чтобы у нас были доказательства того, что мы раскрыли это мистическое происшествие. Если удастся заснять призрака, это станет очень весомым доказательством. После такого никто не посмотрит на клуб экзорцизма свысока.

– Ого! Какой же наш Чхансу умный!

Постепенно кафетерий заполнил аромат еды, и Тхэгён, чувствуя его, проголодался.

– Слушайте, я есть хочу. Может, заварим рамён?

– Нет! Скоро появится призрак. Потерпи, даже если ты голоден.

– Эх, вот бы что-нибудь съесть! У вас есть конфеты?

Джонгю протянул Тхэгёну леденец:

– Если будешь есть слишком много конфет, испортишь зубы. Знай меру.

Когда Тхэгён начал разворачивать фантик леденца, Чхансу шикнул на него и сказал, чтобы тот вел себя тихо. Тхэгён заворчал в ответ и спрятал конфету в задний карман штанов.

И тут откуда-то послышались звуки, словно кто-то что-то жевал.

– Ням-ням… Ням… Ням…

– Появился!

– Где? Где?

Чхансу указал на экран телефона, который все еще записывал видео. Рисоварка сильно затряслась, а затем с глухим стуком рухнула набок. Рис, высыпавшись на стол, исчезал горсть за горстью.

– Вы видели? Видели?! Рис пропал!

– Тихо! Он может нас заметить!

Еще одна горсть риса исчезла со стола. А потом еще одна. Рис растворялся, как будто кто-то ел его руками.

– Его сейчас ест призрак?

– Похоже на то. Но его не видно.

Тут рисовые лепешки, которые принес Минук, тоже начали двигаться и исчезать одна за другой.

– Но где же призрак? Где этот Обжора? Где он?

Когда Тхэгён высунулся из-за кухонной стойки и взглянул на стол с едой, он увидел маленькую худую руку. Не обращая внимания на ребят, пытавшихся его остановить, он вышел из-за стойки и приблизился к столу, чтобы рассмотреть призрака. Сначала он все так же видел руку, но, подойдя ближе, заметил босые ноги. А когда он подошел еще ближе, увидел худенького мальчика, который, скорчившись под столом, протягивал руки вверх и брал еду.

«Этот мальчик – Обжора? Но он совсем не похож на иллюстрацию, которую показала Фео».

– Так это призрак ребенка, который умер от голода.

Фео вдруг оказалась рядом с Тхэгёном, и теперь его сердце быстро заколотилось: он еще никогда не стоял к ней так близко. Тхэгён кашлянул, боясь, что Фео услышит биение его сердца, и жевавший Обжора, услышав это, взглянул в их сторону. Ребята вздрогнули и быстро пригнулись. Похоже, призрак все-таки их не заметил и снова принялся за еду. Вдруг он вскочил и стал загребать еду со стола – видимо, есть на корточках под столом было неудобно.

– Кажется, он очень голоден. Бедняжка. Взгляни на его одежду! Такие лохмотья!

Чхансу внимательно осмотрел изношенный и порванный наряд призрака. Несмотря на его внешний вид, ребята с легкостью распознали чогори[4] и штаны.

– Как я и думал. Кажется, Обжора жил в эпоху Чосон. Посмотрите на его одежду и прическу.

Волосы Обжоры растрепались, но явно были заплетены в косичку. Услышав слова Чхансу о том, что в школе появился призрак ребенка, умершего от голода в эпоху Чосон, Джонгю и Минук в один голос закричали:

– Кладбище! Он пришел с кладбища? Так ведь?

Тут призрак посмотрел туда, где сидели Чхансу, Джонгю и Минук. Ребята вздрогнули и прикрыли рты ладонями, но Обжора уже их заметил.

– Беда! Он их увидел!

Тхэгён тут же выскочил из укрытия. Стоило ему это сделать, как Обжора повернул голову в его сторону. Исхудавший призрак ребенка, чье тело походило на скелет, глядел на ребят впалыми глазами. Его рассредоточенный взгляд пугал еще больше. Пусть это и призрак ребенка, ребята поняли, что нельзя терять бдительности.

– Он ведь не станет на нас нападать?

Тхэгён, Фео и остальные ребята с беспокойством посмотрели на Обжору. Но того, похоже, они совсем не заботили – он снова принялся за еду.

– Видимо, не зря говорят, что призраки людей, умерших от голода, интересуются исключительно едой. Он только ест и не обращает на нас никакого внимания.

Фео, на миг сильно напрягшаяся, расслабилась, когда увидела, что Обжора никак на них не реагирует.

– Похоже, все может легко решиться! Как только Обжора все доест, он тут же насытится и исчезнет. А мы наконец сможем снова есть школьную еду, верно?

Тхэгён обрадовался от мысли, что снова сможет есть в школьном кафетерии. В последнее время ребятам приходилось покупать еду в магазине и они очень скучали по обедам из кафетерия.

– Когда призрак уйдет, нам все равно придется здесь убраться, так что давайте просто подождем.

Обжора торопливо ел, и все вокруг него стало грязным из-за разбросанных остатков еды. Если ребята разойдутся по домам, не прибравшись здесь, все снова решат, что они баловались, и никому не будет дела до того, что они разбирались с призраком.

Тхэгён достал мобильный телефон и начал играть в игру, которой с недавних пор увлекся. Чхансу закрепил штатив так, чтобы он не трясся, и продолжал снимать призрака на расстоянии. На всякий случай Фео и Минук подготовили запечатывающие и барьерные амулеты, чтобы воспользоваться ими в любой момент.

– Но почему он не ест сладости, которые я принес?

Призрак торопливо ел все, что было на столе, но даже не притронулся к снекам, которые принес Джонгю.

– Так это потому, что еда, которую принес я, вкуснее, вот призрак и ест только ее! Моя мама очень хорошо готовит, – задрал нос Минук, из-за чего настроение Джонгю немного испортилось.

– Он ведь не игнорирует меня, верно?

– Зачем призраку тебя игнорировать? Он просто ест все, что попадается ему под руку, – равнодушно проворчал Тхэгён, продолжая играть в телефон.

А Джонгю наблюдал за призраком, бормоча себе под нос:

– Какой странный. Почему он не ест мою еду?

– Дайте еще…

Ребята вздрогнули от удивления и посмотрели на Обжору. Он уставился на них так, словно говорил, что съел все, что было на столе, и теперь просил добавки.

– Эй, а как же сладости? Ешь давай. – Минук указал на снеки на столе.

Обжора посмотрел на них, а затем снова перевел взгляд на ребят из клуба экзорцизма:

– Есть хочу… Дайте еще…

– Вон сладости! Снеки!

– Дайте еще… Дайте… еще…

– Говорю же, ешь сладости! Вон шоколад. Там полно всего, что еще тебе нужно? – с досадой сказал Минук, но Обжора только повторял одно и то же раз за разом:

– Дайте еще… Дайте еще… Дайте еще… Дайте еще…

– Эм, ребята? У меня плохое предчувствие. Как думаете, я прав? – Минук с неловкой улыбкой оглянулся на Фео и Тхэгёна.

Они тоже ощутили нечто похожее. Что-то было не так.

– Есть хочу… Дайте еще… Еды… Еды…

Когда Обжора приблизился к ребятам, Минук, сам того не осознавая, сделал шаг назад.

– Есть хочу… Дайте еще… Еды… Еды… Есть хочу…

– Извини. Больше ничего нет. Там печенье и шоколад. Разве ты не видишь?

– Дайте мне поесть!!!

Обжора вдруг бросился на Минука. Тот так испугался, что, сам того не осознавая, вскрикнул и скрючился, но призрак не собирался его атаковать: он зарылся лицом в сумку позади мальчика и принялся что-то в ней искать.

– Еды! Еды!

Не найдя в сумке Минука ничего съедобного, он начал рыться в сумках других ребят.

– Как же быть? Похоже, нашей еды ему не хватило. Нужно еще…

– Я схожу в ближайший круглосуточный магазин за кимбапом[5].

– Я с тобой!

Чхансу и Минук открыли двери кафетерия и вышли.

– Есть хочу… Дайте еще… Дайте еще… Дайте еще!!!

Обжора, принюхиваясь, словно искал что-нибудь съедобное, направился к дверям. Тут Фео увидела, что барьерный амулет порван.

– Что же делать? Когда ребята вышли наружу, они порвали амулет!

В этот момент Обжора выскочил из кафетерия.

– Беда! Он выбежал наружу!

– Еда… Еда…

В коридоре кафетерия призрак принюхался, затем оторвал листья от цветка в горшке, пожевал их – и тут же выплюнул обратно.

– Не то!

Продолжая принюхиваться, Обжора направился в комнату отдыха, которую соединял с кафетерием коридор.

Наступил выходной, поэтому учеников не было в школе, в отличие от сторожа и дежурных учителей, которые могли обнаружить призрака. Тхэгён, Фео и Джонгю поспешили за ним.

– Там же осталось столько сладостей. Почему он не обращает на них внимания?

– Может, он не понимает, что это еда, из-за того, что они в упаковках?

– Да ладно! Пусть он и жил в эпоху Чосон, но теперь-то он призрак. Разве он не может сразу понять, что съедобно?

После слов Джонгю Фео оглянулась на ребят, словно что-то поняла.

– Придумала! Джонгю, купи в школьном магазине булочку. Тхэгён, а ты позаботься о призраке.

– Эм, я?

Прежде чем Тхэгён успел отказаться, Фео бросилась обратно в кафетерий.

– Еда… Еда…

Обжора вдруг засунул голову в мусорное ведро, стоящее в комнате отдыха, принялся что-то жевать, но почти тут же вытащил голову и выплюнул съеденное – салфетки, испачканные едой. Призрак рылся во всех мусорках, и вскоре пол в комнате отдыха покрылся слоем грязи.

– Слушай, парень, не делай этого! Давай вернемся в кафетерий. Здесь совсем нет еды.

– Еда? Где?

Обжора отреагировал на слова Тхэгёна и приблизился к нему, но мальчик лишь вздрогнул от этого.

– Где… еда?

– Вон там! В кафетерии! Там много всего вкусного! Ах-ха-ха!

Когда Тхэгён указал на кафетерий, взгляд Обжоры обратился в ту же сторону. Призрак принюхался, а затем бросился в кафетерий.

– Обжора! Тут есть очень вкусный рамён! Съешь его!

Фео заварила рамён и теперь ждала призрака в кафетерии. Обжора, почувствовав запах лапши, без колебаний сделал большой глоток из стакана. Он так жадно ел, что горячий бульон потек по его телу, а лапша полетела изо рта, но, не обращая на это никакого внимания, Обжора просто прожевал то, что попало в рот, и проглотил.

– Ох! Нельзя! Она же горячая! Ты обожжешься! – испуганно вскрикнул Тхэгён, но вскоре понял, что повода для беспокойства нет.

Обжора выпил еще один стакан рамёна залпом. Тхэгён и Фео не заметили, что выражение на лице призрака странно изменилось, когда он дошел до третьего стакана. Когда же он приступил к четвертому, Фео забеспокоилась.

* * *

– Почему Джонгю все не возвращается из магазина? У нас остался всего один рамён.

– Выходной же, поэтому школьный магазин закрыт.

Только теперь Фео это поняла. Приманив призрака ароматом рамёна и снова заперев его в кафетерии, она собиралась выиграть немного времени с помощью булочек, которые Джонгю должен был купить в магазине. Оставалось продержаться только до тех пор, пока Чхансу и Минук не купят кимбап в круглосуточном магазине, но план Фео с треском провалился.

Доев последний рамён, Обжора взглянул на Фео и Тхэгёна:

– Дайте еще…

– П-подождешь немного? Скоро тебе принесут кимбап.

Обжора шагнул к ребятам. Тхэгён и Фео украдкой отступили.

Обычно дети-призраки чрезмерно шутят и не внушают особого страха, но Обжора был другим: он слишком долго существовал в виде умершего от голода призрака, поэтому никто не знал, какие эмоции и страхи накопились в нем за это время. Разумнее всего попытаться его не злить и по возможности успокоить.

– Дайте еще… Дайте еще…

– П-подождешь немного? Скоро будет еда.

– Почему ребят все нет?

Обжора снова сделал шаг вперед:

– Дайте еще… Дайте еще!!!

Призрак вдруг бросился к Фео. Тхэгён изо всех сил потянул ее на себя и едва уберег от столкновения с Обжорой. Призрак с грохотом повалился на пол, но затем снова кинулся к Фео:

– Дайте еще!!!

– Говорю же, мы хотим тебя накормить, но у нас ничего нет!

И тут в кафетерий вошли Чхансу и Минук. Увидев ребят, Тхэгён закричал от радости:

– Еду принесли! Кимбап!

Обжора посмотрел на Чхансу и Минука. Его глаза сверкали.

– Еда!

– О-о-ой!

Призрак бросился к ребятам. Чхансу и Минук вздрогнули, бросили купленные в магазине кимбап и рисовые шарики и отскочили в сторону. Обжора резко схватил с пола еду и принялся жадно ее жевать, как будто был очень, очень голоден.

– Боюсь, этого тоже не хватит. Нужно купить еще!

– У нас нет денег. Мы только что все потратили.

– Как же быть? И у меня закончились карманные деньги на этот месяц…

Вдруг в кафетерий вбежал запыхавшийся Джонгю:

– Глава, прости. Школьный магазин был закрыт, поэтому я купил немного супа с кимчи в ближайшей закусочной.

Услышав о супе с кимчи, Обжора, который только что ел кимбап, посмотрел на Джонгю. А потом призрак почувствовал запах супа, который тот держал в руках, и его глаза округлились.

– Еда!!!

– Джонгю, в сторону!

– Ч-что? А-а-ай!

Джонгю бросил суп с кимчи в призрака. Упав на пол, контейнер лопнул, и красная жидкость залила пол кафетерия. Обжора тут же подбежал и как сумасшедший стал обеими руками загребать пролившийся суп.

– Глава, как нам быть? Похоже, ему нужно съесть больше, чем мы думали. Может, есть другой выход?

Фео жалела, что отнеслась к Обжоре чересчур легкомысленно. Было ошибкой думать, что достаточно просто накормить его досыта. Только сейчас она поняла, что Обжора никогда не сможет насытиться. Призрак человека, умершего от голода, всегда будет испытывать голод, сколько бы еды он ни съел. Вот почему он до сих пор остается здесь.

– Хочу есть… Дайте еще…

Доев суп, Обжора снова взглянул на Фео и Тхэгёна:

– Дайте еще… Дайте еще…

– Больше ничего нет. Мы потратили все карманные деньги на еду для тебя.

– Дайте мне еще!!!

Внезапно Обжора бросился на кухню и начал швырять утварь на пол.

Нюх-нюх! Принюхиваясь, призрак направился к одной из стен кухни, словно оттуда доносился какой-то аромат.

– Почему он идет туда? Там ведь нет еды…

Ребята вспомнили о мешках с мукой и пасте из перца, которые они отнесли в угол по просьбе учительницы.

– Нет! Там мука!

Но было уже слишком поздно. Когда Обжора нашел мешок, он разорвал его и, загребая муку обеими руками, принялся за нее. Его тело и пол покрыл слой муки, а вокруг все так же лежали остатки еды. Вдруг призрак снова принюхался, открыл банку с пастой из острого перца и принялся уже за нее.

– О-ох, с ума сойти! Он открыл банку с пастой из перца! Как призраку это удалось? Он что, человек? Если учительница это увидит, нам конец!

Чхансу, продолжавший съемку, вдруг остановил видео и начал что-то искать на своем телефоне. Тем временем призрак доел всю пасту и снова взглянул на ребят:

– Дайте еще…

– Опять? Но у нас точно больше ничего нет. Смотри. Ничего не осталось. – Минук вывернул карманы, но это не помогло.

– Дайте еще…

Только теперь Фео заметила, что взгляд Обжоры изменился. Призрак был так голоден, что в его глазах читалась свирепая решимость съесть все что угодно. Нужно дать ему еду. Казалось, если призрак ничего не съест, он окончательно рассвирепеет.

Тхэгён увидел упаковки со снеками, которые принес Джонгю. Больше ничего съедобного не оставалось. Он подбежал к столу и открыл одну из них. Комнату наполнил сладкий аромат печенья, и Обжора, почувствовав этот запах, повернулся к Тхэгёну:

– Еда…

– Вот, тут еда. Так что перестань обижать моих друзей и просто съешь это!

Тхэгён открыл все упаковки со снеками и бросил их Обжоре. Призрак, почувствовав сладкий запах, ел печенье как сумасшедший, стоило тому упасть на пол.

– Вкусно… Так вкусно…

– Нравится? Вкусно, правда? Можешь все тут съесть.

Тхэгён открыл все упаковки с печеньем, шоколадом и конфетами. Стоило ему открыть новую, как Обжора тут же подбегал и начинал жадно есть.

– Фух… Как я рад! Пусть он съест сладости и наконец уйдет… – глубоко вздохнул Тхэгён, но Чхансу подошел к нему с застывшим лицом.

– Ребята, кажется, мы упустили кое-что очень важное.

– Упустили что-то важное? О чем ты?

Такого не могло быть. Они точно заранее все разузнали об этом призраке. Так что же они упустили? Когда Фео растерялась, Чхансу протянул ей свой телефон. В нем была открыта вкладка с сайтом о призраках и паранормальных явлениях, на котором была опубликована статья об Обжоре. Фео ее прочитала – и побледнела.

– Фео, ты в порядке? Что там такое? Чхансу, объясни нам.

– Говорят, когда Обжора ест человеческую еду, он обретает физическую форму. Поначалу он как дух и может только ощущать запах еды, но со временем обретает способность пробовать ее на вкус и съедать.

– Эй, слишком сложно! Объясни попроще. Что значит «обретает физическую форму»? – фыркнул Тхэгён на Чхансу.

Но тут Фео проговорила дрожащим голосом:

– Этот призрак оживет и будет ходить по миру. Он станет монстром, пожирающим все на своем пути.

– С-станет монстром?

Руки Фео дрожали. Она думала, что они точно нашли всю информацию об Обжоре, но как могли упустить такое? Она увидела, как призрак ест печенье. Он уже съел слишком много человеческой еды – скоро он обретет физическую форму.

– Что делать? Должен же быть способ его одолеть?

– Нужно просто изгнать его прежде, чем он обретет форму. Или, если не выйдет, запереть где-нибудь.

– Хочешь сказать, нам нужно его запечатать? Тогда давайте скорее сделаем это.

Когда Минук достал запечатывающий амулет, Фео остановила его:

– В этом случае запечатывать надо по-другому. Призраки, с которыми мы справлялись раньше, находились в духовной форме, поэтому на них действовала сила амулетов. А Обжора уже почти материализовался. Сначала нужно запереть остатки его души и только потом использовать амулеты.

Как они не заподозрили неладное? Разве призрак может с такой легкостью есть человеческую еду? Обычно духи питаются энергией пищи и не могут просто взять и проглотить ее физически. Все потому, что материальное и духовное не соприкасаются. Но Обжора ел человеческую еду, да еще и в огромном количестве.

– Нужно сделать это до утра.

– Но где нам его запереть? В какой-нибудь бутылке? В фильмах обычно так делают.

– Посмотрите на его тело. Он ростом с маленького мальчика. Думаю, понадобится большая коробка или что-то типа того.

– Картонная коробка может порваться. Тут есть что-то более прочное?

Тхэгён с ребятами осматривали кафетерий в поисках какого-нибудь сосуда, куда можно запереть призрака.

Фео, оцепенев от шока, замерла с растерянным видом: она думала, что такая опасная ситуация возникла по ее вине. Тхэгён подошел к ней:

– Фео, приди в себя! Разве можно просто стоять на месте? Нужно придумать, как одолеть этого призрака.

– Если бы я с самого начала все тщательно изучила, этого бы не случилось. Я отнеслась к нему слишком легкомысленно. Это моя вина. Я не имею права называться главой клуба экзорцизма. – Голос Фео дрожал.

– Что за ерунду ты говоришь? Фео, ты глава нашего клуба! И для меня ты тоже единственная!

– Что?..

Тхэгён смутился и неловко пробормотал:

– Ты единственная глава нашего клуба. Приди в себя и придумай способ запереть или изгнать этого призрака.

– Дайте еще…

Стоило ребятам услышать голос Обжоры, как по их спинам пробежали мурашки. Он уже съел все сладости?

– Вкусно… Дайте еще…

Выражение лица призрака изменилось – оно стало слишком довольным.

– Судя по всему, он счастлив?

– Ага. Думаю, очень доволен.

Съев все сладости, Обжора казался счастливым, и это дало ребятам надежду. Значит, он почти наелся. Если он съест еще немного, то уйдет, сытый и довольный.

– Проверьте сумки и карманы, вдруг там есть конфеты или что-то еще. Возможно, это наш последний шанс.

Они торопливо рылись в своих сумках. Но Обжора уже успел их обшарить, поэтому там не оказалось ничего съедобного. И тут Тхэгён вспомнил, что в заднем кармане у него лежал леденец. Достав и развернув его, мальчик подошел к призраку:

– Малыш, у меня есть очень сладкая конфетка.

– Конфетка, очень вкусная конфетка.

– Я дам ее тебе, если ты мне кое-что пообещаешь.

– Пообещаю?

– Ага. Ничего сложного. Я отдам тебе конфетку, если ты дашь слово больше не есть чужую еду и отправиться туда, где сейчас живут твоя семья и друзья. Что скажешь? Пообещаешь мне это?

– Уйти к моей семье и друзьям? Пообещать?

– Ого, Ом Тхэгён, а ты не промах! Предложил призраку сделку?

Тхэгён выглядел довольно внушительно, предлагая Обжоре пойти на сделку. Обычно Тхэгён много шутил и действовал, не думая о последствиях, но сейчас вышел вперед, чтобы защитить ребят.

– Если пообещаю, ты дашь мне конфетку?

– Конечно. Я всегда держу слово!

– Обещаю. Теперь дай ее мне.

– Ты дал слово и теперь должен сдержать свое обещание. Понятно?

– Да, понятно.

Тхэгён дал Обжоре леденец, и тот грыз его с таким счастливым видом, словно конфетку ел не призрак, а живой маленький мальчик. Но когда от леденца ничего не осталось, Обжора все так же стоял на месте.

– Эй, малыш, почему ты не уходишь? Ты же дал слово уйти, когда взял у меня леденец. Ну же, сдержи обещание.

– Не хочу.

– Что?..

Ответ Обжоры привел всех в замешательство. Обычно в такой ситуации призраки уходят, но он сказал, что не хочет. Может, ребята ослышались?

– Сладости очень вкусные. Я буду и дальше их есть.

– Что?

– Вкусное печенье и сладкие конфетки… Я буду их есть. Я останусь здесь навсегда.

– Останешься навсегда? Нельзя!

– Теперь я понял, до чего сладости вкусные. Какие конфеты сладкие. Вкусные сладости! Самые вкусные в мире сладости!

Обжора, счастливо улыбаясь, напевал песенку.

– Когда он научился так связно говорить?

– Он почти материализовался, поэтому становится похож на человека. Но не забывайте, что он призрак, просто теперь обладает физическим телом.

Фео взглянула на часы. Через час взойдет солнце. Нужно запечатать призрака до рассвета.

– Раз он не хочет уходить, придется его запечатать. Сейчас у нас есть шанс. Разберемся с ним, пока он потерял бдительность.

И тут… Напевая под нос песню, призрак принюхался – и его лицо расцвело от радости.

– Нашел! Вкусное печенье!

– Что?

Обжора вышел из кафетерия. Ребята забыли прилепить новый барьерный амулет на место порванного. Увидев, в какую сторону двинулся призрак, ребята побледнели:

– Беда! Он пошел в школьный магазин!

– Ох! Нет!

Когда ребята прибежали в магазин, там уже царил бардак: повсюду валялись порванные пакеты от снеков, крошки и осколки разбитого стекла. Обжора сидел на полу и пил напитки, которые только что вытащил из холодильника.

– Вкусно. Очень вкусно. Не знал, что бывает такая вкусная вода. Хочу ее пить. Хочу и дальше ее пить.

– Отлично. Он так занят напитками, что и не заметил нас. На счет «три» окружим его. Раз, два…

Хрусть! Чхансу наступил на крошки снеков на полу. Обжора увидел ребят из клуба экзорцизма, а затем, заметив у них в руках запечатывающие амулеты, резко вскочил:

– Нет! Не пойду! Я буду жить здесь!

– Тебе нельзя здесь жить. Прошу, уходи!

– Нет!!!

Обжора толкнул витрину со снеками.

– Тхэгён, осторожно!

Тхэгён быстро увернулся, и витрина упала туда, где он только что стоял.

– Куда делся призрак? – Тхэгён огляделся, рассерженно пыхтя.

Тут в комнате отдыха раздался звук, словно что-то упало.

– Ах ты, гаденыш-призрак! Мы обязательно тебя поймаем!

Тхэгён рванул в комнату отдыха. Конечно, там тоже творился беспорядок. Стекло торгового автомата со снеками было разбито, и Обжора жадно пожирал закуски, которые достал оттуда.

– Вкусно! Очень вкусно!

– Ты правда не уйдешь?

Завидев Тхэгёна, Обжора вздрогнул и побежал в сторону стола со стулом, но Тхэгён быстро догнал его и вытянул вперед руку с запечатывающим амулетом. Призрак попытался заползти под стол и сбежать уже оттуда, но Тхэгён вновь догнал его и приблизил амулет почти вплотную к его лицу.

– Это наша школа. Сдавайся уже!

– Не хочу! Не уйду! Я буду здесь жить! Я хочу есть много вкусных сладостей!

Запыхавшиеся ребята прибежали в комнату отдыха. Фео держала в руках большую мусорку с крышкой.

– Тхэгён, нужно заманить его в ведро! Осталось совсем мало времени.

Как и сказала Фео, солнце постепенно поднималось над горизонтом.

– Я не уйду! Буду есть сладости! Останусь здесь!

– Ха-а, пожалуйста! Либо уходи, либо полезай внутрь! Выбирай!

– Нет!

Обжора вдруг изменил направление и кинулся к Тхэгёну.

– Нет! Не подходи сюда! Не подходи!

Когда Тхэгён инстинктивно вытянул вперед амулет, призрак вздрогнул и попытался увернуться, но в итоге врезался в стоящий рядом стол и упал.

Бу-бух!!!

Вместе с призраком упал и стоявший рядом рекламный баннер.

Ди-ли-линь!

В этот момент на телефоне сработал будильник. Лучи поднимающегося солнца постепенно рассеивали тьму за окном.

– Фух… Фух… Куда он делся? – Тхэгён, тяжело дыша, огляделся.

Обжоры нигде не было видно.

– Он ушел?

– Он же такой переполох поднял из-за того, что не хотел уходить. Разве он мог так просто уйти? Неужели мы его запечатали?

Пока ребята растерянно оглядывались по сторонам, упавший рекламный баннер вдруг пошевелился. Все с беспокойством следили за ним, как вдруг из-под него показалось что-то белое.

– О-Обжора! Он все-таки превратился в монстра! – в ужасе закричал Минук.

* * *

Гав-гав! Гав-гав!

На ребят лаял белый песик.

– Щенок? Но откуда он здесь?

– Неужели?..

Фео перевернула упавший баннер, на котором был изображен милый улыбающийся песик, – оказалось, это рекламная кампания, посвященная любви к животным. Фео взглянула на щенка перед собой. Он выглядел точь-в-точь как тот, который был изображен на баннере. Фео наконец все поняла.

Чтобы запечатать душу Обжоры, емкость была ни к чему.

Когда солнце взошло, Обжора обрел форму того предмета, с которым он соприкоснулся. Если бы призрак дотронулся до стеклянной банки, он бы обратился в нее.

Когда наступило утро, первым, чего коснулся Обжора, оказалось изображение щенка на рекламном баннере – вот он и принял такую форму.

– Похоже, Обжора превратился в щенка.

– В щенка? Призрак? – Джонгю с недоверием посмотрел на виляющего перед ними хвостом пса.

– Значит, Обжора больше не появится в школе, так? И он больше не будет воровать еду?

Фео кивнула, подтверждая, что теперь, скорее всего, все так и будет. Она взглянула на щенка.

«Неужели внутри этого милого песика душа Обжоры?»

Гав-гав! Щенок залаял, глядя на Тхэгёна. Когда тот взял его на руки, щенок тут же уснул, словно уже давно хотел спать.

– И как с ним быть? – спросил Тхэгён, глядя на остальных. – Нельзя же оставить его здесь.

– Призрак теперь щенок? Эх, ко мне домой его точно нельзя. Вдруг он станет монстром? – Джонгю мотал головой из стороны в сторону, показывая, что он ни за что не сможет приютить пса.

– Раз в нем теперь душа Обжоры, мы не можем отдать его кому попало. Мало ли, что произойдет. Мы должны за ним присматривать, – нахмурился Чхансу.

Какая непростая ситуация!

– Тхэгён, пока возьми его к себе. Кажется, ты ему понравился, – сказал Минук, и остальные согласились с ним, решив переложить ответственность за щенка на Тхэгёна.

– Ребята, но почему именно я? – Тхэгён взглянул на Фео так, словно умолял о помощи, но та только закинула сумку на плечо.

– Сейчас не время для обсуждений. Учителя могут решить, что беспорядок устроили мы, а не Обжора. Если попадемся им, нам конец. Давайте скорее уйдем домой.

Когда Фео быстро побежала, остальные ребята тут же бросились за ней.

– Эй! Вы правда так поступите со мной?! – Тхэгён вздохнул, глядя на спящего у него на руках щенка.

Он забрал щенка к себе, сказав, что тот временно побудет у него.

* * *

Вернувшись на работу в понедельник, учителя обомлели, когда увидели беспорядок в кафетерии, магазине и комнате отдыха. Они проверили записи камер, чтобы поймать виновника, но и на этот раз на видео никого не оказалось. Учительница, отвечавшая за раздачу обедов, сказала, что ребята из клуба экзорцизма собирались убрать кафетерий, но полиция, осмотрев место происшествия, пришла к выводу, что, скорее всего, этот бардак учинил дикий зверь, а не люди. Завуч попросил учителей сохранить происшествие в тайне, чтобы не нарушать учебный процесс. С тех пор еда в кафетерии больше не пропадала и школьники снова начали там обедать.