— Ваши медали.
— …
— Настоящее золото, я проверяла.
— …
— Но сдать в ломбард не получится. Мне сказали, что такие вещи не принимают. Можете попробовать расплавить, — заявила наша классная руководительница Елена Гавриловна, как только мы вытащили свои чемоданы на посадочную площадку.
Ник прокашлялся, делая вид, что не расслышал замечание начальницы, и сказал:
— За выдающиеся заслуги перед обществом, решением Академического Совета всем учащимся Факультета Белой Ромашки присуждаются ученические медали Второй степени. — Он выступил вперёд и вручил каждому из нас небольшую, размером с пуговицу на пиджаке, золотистую медальку.
Они представляли собой своеобразный «знак отличия», и, поскольку Академия Лапласа считалась наиболее престижным учебным заведением в мире, ценились как в Империи, так и в Федерации. Многие знаменитые генералы, учёные и политики хранили их в драгоценных шкатулках даже спустя много лет после выпуска, изредка открывая, чтобы показать внукам тот самый «золотой ключик», который когда-то открыл им ворота в высшее общество.
Губы Саши рассеянно приоткрылись, когда она увидела свою медаль; Алекс выпрямил спину; Альфирия смутилась, и даже Зигфрид слегка нахмурился — невозмутимой осталась только Адель, поскольку для неё получение этой награды было само собой разумеющимся. Напротив, возникли бы вопросы, если бы гениальная дочь президента Федерации НЕ смогла её заслужить.
Впрочем, я тоже не стал придавать своей медальке особого значения: покрутил её между пальцами, положил в карман, схватил чемодан и зашагал в общежитие, как только Елена объявила, что на сегодня мы свободны.
Медаль была признанием заслуг и пропуском в высшее общество, однако я уже был его представителем — это раз, а во-вторых, не испытывал по поводу этого обстоятельства ни малейшего восторга. Ещё недавно я размышлял о том, чтобы отказаться от дворянского титула в пользу своей сестры… которой, кстати, в итоге забыл отправить письмо.
Теперь я и вовсе хотел продать всё своё наследство ради баллов. Даже медальку — так что замечание про ломбард было не то чтобы совсем неуместным.
Именно об этом, а также о грядущем эксперименте, в ходе которого я собирался проверить, как именно работают Магазин и Конвертер, были все мои мысли и чувства, пока я поднимался по лестницам и пересекал людные и роскошные коридоры. Между делом я обратил внимание, что остальные студенты были как-то необычайно взволнованны. Я прислушался, уловил слова «председатель» и «выборы» — и всё понял. Именно с этого момента начиналась сюжетная линия выборов председателя студсовета, за должность которого будут сражаться Габриэль Периг'он и Адель.
Меня это не касалось, так что я сразу выбросил данное обстоятельство из головы.
Добравшись до своей комнаты, я бросил чемодан и открыл сундук, в котором лежали мои накопления. Я стал считать золотые монеты, перекладывая их на кровать:
Один, два, три…
460 золотых гилингов. Прибавить к ним 40, которые я брал в поездку, — и получается ровно 500. Достаточно, чтобы обменять 5 баллов с помощью конвертера.
Впрочем, использовать сразу всё было бы опрометчиво. Для начала я отделил 100 гилингов (в процессе подсчёта получилось пять золотых горок) и неуверенно положил на них руку.
Так. Что теперь? Как именно провести конвертацию? Может, их нужно проглотить? В таком случае у меня…
Не успел я закончить эту дурацкую мысль, как появилась табличка:
'Желаете конвертировать валюту в баллы?
Текущий курс: 1 балл = 100 золотых гилингов
Выбранная сумма: 100 золотых гилингов
Да/Нет'
Да.
Вспышка — и золото исчезло. Я посмотрел на вмятину на покрывале, где ещё секунду назад сверкала золотая горка, и немедленно заглянул в свой профиль. Мой взгляд скользнул по списку характеристик к показателю баллов, и…
«Текущие баллы: 10,2»
Ха…
Из меня вырвался печальный вздох. А потом ещё один, когда я открыл Магазин и увидел, что там показатель баллов равнялся «11,2». По всей видимости, только те баллы, которые я зарабатывал, совершая злодейские поступки, были универсальными, в то время как полученные через конвертацию были пригодны только для совершения покупок.
Ладно. На самом деле это всё равно было неплохо. В Магазине продавались тайные техники великих воинов, утраченные кристаллы и родословные, которые могли сделать меня многократно сильнее. Однако всё это были просто надстройки над фундаментом, который представляли собой Резонанс и характеристики.
Видимо, мне и дальше придётся быть злодеем.
Некоторое время после этого прискорбного осознания я просто сидел на кровати и смотрел в окно — на белые облака, проплывающие по голубому небу. Моё состояние можно было описать как «лёгкое уныние». В чувство меня привёл ритмичный и размеренный стук в дверь.
Кто это? Рабле и Гимон пришли извиниться за то, что не встретили своего господина на посадочной площадке?
— Войдите! — крикнул я.
Дверь отворилась. Раздался лёгкий шаг. Я обернулся и с удивлением посмотрел на статного молодого человека с серыми волосами и ясными глазами.
Габриэль Пе'ригон, сын имперского канцлера.
Что он здесь делает? Испытывая лёгкое замешательство, я направился ему на встречу.
— Добрый день и с возвращением, господин Савин… или Антон? Мы с вами уже на «ты», не так ли?
— Я не против, — ответил я сухо, а про себя подумал: «С каких пор?»
— Не волнуйся, я бы не стал беспокоить тебя, уставшего после такого продолжительного перелёта, если бы просто хотел поздравить с возвращением. У меня есть одно предложение. Скажи, Антон, как ты смотришь на то, чтобы стать председателем студенческого совета?..