Как же приятно просыпаться чистым в тёплой мягкой постели. Ещё приятнее сделать это рядом с прекрасной полностью обнажённой девушкой, с которой у тебя перед сном был секс! В нашей комнате было тепло, а в кровати на пуховой перине — прямо даже жарко, потому во сне Маша выбралась из-под одеяла, и теперь я мог вволю ей полюбоваться. Светло-пшеничные волосы разметались по подушке короной, тонкая, правда, далеко не осиная талия, во сне рыцарь прикрыла грудь рукой, зато округлые, идеально-гладкие ягодицы так и манили за них ухватиться. Собственно, я не стал себе отказывать в удовольствии, второй рукой проведя по рельефному животику. Да-а, такой прессухой не то что Кара — я сам похвастаться не мог!
Моя ладонь проскользнула ниже — нежная бархатистая кожа без единого волоска словно магнитом притягивала пальцы и буквально заставляла гладить и ласкать женское тело вновь и вновь. От Печати Подчинения, регулирующий помимо всего прочего рост волосяного покрова по всем телу, мой бывший оруженосец была освобождена три года назад. Однако Стихия Света в умелых руках прекрасно заменяла и бритву, и химчистку, и ванну. Даже могла ограничено лечить… вот только не всё, далеко не всё. Я нахмурился: пальцы нащупали на внутренней стороне бедра спящей красавицы давно заживший шрам. И как пропустил? Вроде везде смотрел… Нет, так не пойдёт.
Раньше мне потребовался бы скальпель, теперь хватило одной магии. Сила заструилась с кончиков пальцев, упёрлась в кожу, попыталась по ней растечься — но я надавил, и светящаяся зелень стала проникать сквозь естественный барьер любого мага. Пусть даже если маг называется Рыцарем Света.
— Обязательно было будить? — не открывая глаз сонно пробурчала будущий Паладин Света, доблестная леди Мария. — Или тебе вчерашнего не хватило?
Я фыркнул. Мне «не хватило», как же. А кто пол ночи мне всё более и более хриплым голосом шептал «ещё!»? Стихия Жизни может творить чудеса, а помноженная на соответствующие знания — способна заставить эти чудеса повторяться вновь и вновь. Но ведь и в этом случае надо меру знать.
— Уже закончил, — я полюбовался на внедрённый конструкт из сияющих изумрудных линий. Организму нужно было разрушить соединительно-тканный рубец вокруг давней раны и равномерно зарастить его здоровыми клетками, а кое-где — заново прорастить нервные окончания и сосуды. Обычно на это уходят дни и недели, а чтобы все сработало за пять минут — нужна энергия, запас которой я и оставил. А ещё нужно, чтобы излечиваемый маг полностью доверял виталисту — иначе всё закончится на попытке продавить чужую Стихию. Нет, можно и силой продавить — иначе бы на тварей магия вообще не действовала. Но всё равно чужое колдовство долго не удержится, ломаясь и деформируясь под напором магических сил организма-реципиента. Вместе с зачарованным куском поражённых магом биологических тканей, обычно.
— Зря стараешься, — Маша окончательно проснулась, села, подогнув одну ногу и вытянув другую, чтобы рассмотреть место лечения. А я вдруг начал ощущать сомнение, что вчерашнегомне действительно хватило. — Через год встретимся — и не заметишь, что вообще что-то убирал.
— Не зря, — с нажимом возразил я. — Говорил же уже: каждый шрам нарушает трофические процессы…
Мой бывший вассал была слишком культурной, чтобы попросить меня заткнуться. Но у неё был в запасе безотказный способ. Р-раз — и я уже прижат к простыне, точнее, вдавлен в неё, а губы надёжно заняты процессом, полностью исключающим какие-либо осмысленные звуки. От девушки хлынула волна Света, и я постарался расслабиться, уговаривая Жизнь пропустить дружественную Стихию.
Как я и сказал — нужно полное доверие. Попади любой другой виталист в схожую ситуацию — не исключаю, что, простите за натурализм, обгадился бы от ужаса. Ведь Свет не только Печати может лишить — он и загадочный источник магии в организме одарённого может затушить. Впрочем, светлый рыцарь ничего подобного не хотела — всего лишь небрежным усилием заменила утренний душ и чистку зубов. Когда Свет погас, я сам создал что-то вроде волны из Жизни: а это вместо утреннего кофе. Вот завтрак лучше не заменять: белки, жиры и углеводы из магии возникнуть не могут. Но завтрак, пожалуй, подождёт.
— Ммм, — Маша оторвалась от меня, облизнув губы, но не делая попытки встать. Наоборот, поёрзала, и констатировала факт. — Всё-таки не хватило…
— Просто ты слишком красивая, — любовница мне подыграла, но всё равно пришлось сгруппироваться, чтобы рывком поменять позицию, и подмять её под себя, не размыкая объятий.
Не знаю, стоит этим гордиться, но я уже научился быстро просекать, какая девушка что в постели любит. Рона вон всегда была готова к позе наездницы, Каре, как я заподозрил, для секса очень нужен был экстрим — уж очень она наслаждалась процессом на стене. А кое-кто, не будем показывать пальцем, обожал, чтобы её трахали сзади, одновременно удерживая за длинные чувствительные звериные уши! Маша же…
Повезло мне, что дочка кузнеца была вполне себе средневековой дамой и о том, что «лишний вес — это же ужас-ужас!», не подозревала. Впрочем, её вес был совсем не лишним — мышечная масса критически важна для подвижности в тяжёлых доспехах. Я с полсотни шрамов с её кожи свёл — а что было бы, если от части ударов она не могла бы уворачиваться? Стоило так же учитывать, что девушка была повыше меня ростом и с детства привыкла махать кузнечным молотом — потому и раньше не казалась трепетной ланью.
К счастью, мясо на монастырских харчах и под присмотром взрастивших не одно поколение Светлых Рыцарей наставников наросло как надо. Это раньше из-за слишком широких плечей девушку можно было перепутать с парнем — если одеть соответствующе. Теперь же… Крутые бёдра могли заставить греческую мраморную статую позеленеть от зависти, и про задницу я уже говорил. Сверху тоже всё стало просто прекрасно, отчего фигура Маши приобрела законченную гармоничность…
Правда, гармоничность — гармоничностью, а подковы Светлый Рыцарь могла теперь на раз-два гнуть! Не пальцами, к счастью, двумя руками, но… Да и полуторник в её руках ласточкой порхал. И судя по кое-каким слухам, с кулака в морду прописать за комплимент или там косой взгляд леди-рыцарь могла получше иного задиры-мужика. Ничего удивительного, что со мной ей захотелось почувствовать себя слабой и хрупкой женщиной. Н-да, пришлось постараться. Особенно вчера, ага. Но, как вы, наверное, уже догадались, я был не против. Совсем не против.
— Проводишь меня до казармы? — вполголоса спросила Маша.
— Полчаса у меня точно в запасе есть, — я погладил грустно глядящую на меня Милку по морде, потом забрал у конюха повод своей лошади. — А если что — не переломится Ромар, подождёт.
Трактирный служка ещё сильнее выпучил глаза: штабная крепость на третьей линии только казалась огромной, а так — деревня деревней. Все про всех всё знают — и особенно на слуху фигуры калибра замкома тылового штаба. Или, например, такие как лейтенант Арн: звание, вроде бы, невысокое, но ведь он сынсамого! И вполне, говорят, папеньки достоин… тьфу. Вот уж последнее, чего я от своей здешней жизни хотел — обрасти такойславой. Г-герой, мать его!
— Как только обживусь на новом месте — сразу же попробую наладить связь, — посулил я девушке, когда мы бок-о-бок выехали со двора. Вообще по крепости запрещалось передвигаться верхом кому попало, но у моего статуса были и положительные стороны.
— Письма — это гораздо лучше, чем ничего, — через силу улыбнулась рыцарь.
— Два года, — в очередной раз пообещал я ей. — Стажировка закончится — и я сразу приеду к тебе.
— Жить на два дома — так себе идея, — покачала головой дочка кузнеца. — Особенно если этот второй дом — рядом с паладином, которого в любой момент могут послать куда угодно. А в первом — Рона, которую за пределы республики не вывезти.
— Я решу эту проблему. Не знаю, как — но решу, — твёрдо пообещал я ей. — Возможно, мне удастся убедить твоё руководство, что отдавать столько лет службе Свету — это перебор.
— Да уж, — она фыркнула, но потом задумалась и признала. — Хотя… ты можешь. Смог же отца Митчела убедить, что мненужно дать увольнительную на месяц.
— Зато себе выбить не смог, — настала моя очередь фыркать. Митчелла я просчитал. Старик клирик — тот ещё авантюрист. И, одновременно, политик. Опасное сочетание — недаром этот доморощенный фанатик, как бы это помягче выразиться…социальных исследований в Горловину припёрся, как только Кристиан свалил в поход. Не совсем уверен, что полностью угадал ход его мыслей, но… Разрешение он дал — а больше ничего и не требовалось.
По дороге мне постоянно приходилось отвечать на воинское приветствие: стандартный армейский салют мне отдавали и Рубежники, и гвардейцы, а встречные Белые «козыряли» Маше. Меня узнавали, конечно, в основном не в лицо, а по неуставному плащу из густого волчьего меха. А девушки-рыцари под белыми плащами в принципе были слишком редким явлением, потому Церковники, служащие в Горловние, знали их всех наперечёт. Мне-то можно было накидку и снять — благо, замёрзнуть точно не грозило, а от внимания я никакого удовольствия не получал. Но тогда бы от казармы пришлось тащиться пешком, ведя конягу на поводу, а у меня время поджимало.
То, что Светлые нагнали на оборонительные линии едва ли не втрое больше народу, чем обычно, бросалось в глаза даже здесь, на улицах расположенной далеко в тылу крепости. Да что там, им для своих солдат и рыцарей пришлось позаимствовать гвардейскую казарму одного из небольших королевств — своих сооружений на территории не хватило. Зато — теперь в каждом форте первой линии был хотя бы один одарённый клирик. Будь так месяц назад — и не произошло бы то, что произошло… наверное. В любом случае уже не проверить: стаи волков, решившей, что нашли способ добывать лёгкое мясо, нападая на отступающих с первой линии отряды Рубежников, больше не было.
Сколько стайных монстров, «застолбивших» степь перед второй линией было всего, и сколько в итоге сбежало, избегая истребления — я сказать затруднялся. А вот трофеев вроде тех, из которых я пошил себе модную обновку, мы набили сто шестьдесят девять штук. Неплохой результат для группы из шести человек, правда? Даже при условии, что на нашей стороне сражался одарённый Рыцарь Света — всё равно очень хорошо. К тому же, из этих семнадцати десятков тридцать пять тварей были вожаками — теми особями, которые могут заставить остальных атаковать не считаясь с потерями или, наоборот, вовремя отступить и напасть в самый неподходящий момент. Это раньше мне казалось, что все волки — одинаковые. Что ж, пришлось узнать серых тварей получше. Гораздо лучше, чем хотелось бы… Зато, как мне тут намедни рассказали сослуживцы — гвардейцы из гарнизонов второй линии обозвали нашу шестёрку «Волчьей Погибелью». Да-да, именно так — с больших букв, и произносить с придыханием.
Смешно, но вот эти рейды, принесшие столько славы, были, по большому счёту, самоволками. Моими. Потому что если отвальные официально проходили лечение, Маша получила месячную увольнительную и могла заниматься чем хотела, то я-то продолжал проходить действительную службу. Разве что не по месту службы, а в качестве временно находящегося во внутренней служебной командировке офицера. Если совсем прямо, то Ромар нагло сдал меня в аренду армейцам из королевств — и, между прочем, совсем не забесплатно. Благо, он всё же согласовал это назначение со мной и деньгами поделился… потому что зарплата на контракте по стажировке мне не полагалась. Как и отпуск, хоть какой. А деньги с магов-выпускников шли напрямую их Альма-матер, в моем случае Нессарийскому Университету. Н-да… В общем, охота на волков-мутантов для меня сменялась расчисткой лазарета очередного форта — и так по кругу, целый месяц. Ну ничего. Всё плохое, как, увы, и всё хорошее — рано или поздно заканчивается. Вот и моя «командировка» подошла к концу. Осталось только получить новое назначение.