"Есть моменты, когда реальность рушится, как карточный домик под ураганом. И ты остаёшься среди обломков своих иллюзий, пытаясь понять: кто ты теперь и в каком мире живёшь?"Дорогой несуществующий дневник,Если бы кто-то сказал мне, что после одного тренировочного боя моя жизнь превратится в допрос в средневековой башне, я бы посоветовала ему записаться к психиатру. Но в Академии Алуктрас даже самые абсурдные сценарии имеют свойство становиться реальностью.Меня привели в кабинет директора — круглую комнату на вершине самой высокой башни. Стены были покрыты портретами в тяжёлых золотых рамах, а огромные окна открывали вид на бескрайний лес, который теперь казался не просто декорацией, а живой угрозой.Комната для допросов с панорамным видом на казнь. Как стильно.Директор Валерия Кроу сидела за массивным столом из чёрного дерева, её холодные серые глаза изучали меня с новым интересом. Рядом стояли ещё несколько фигур — профессор Гримм, профессор Дарсил и мужчина, которого я не знала, одетый в дорогой чёрный костюм.Совет директоров. Или трибунал. В этом месте сложно провести грань.— Присаживайтесь, мисс Морен, — сказала директор, указывая на стул напротив стола. — Нам есть о чём поговорить.Я села, скрестив руки на груди. Серебряный нож, которым я ранила Лиссу, лежал на столе между нами — молчаливое свидетельство произошедшего.Вещественное доказательство моей "особенности". Как мило.— Начнём с простого вопроса, — продолжала директор. — Как долго вы знали о своей истинной природе?— Какой именно природе? — спросила я с невинным видом. — Той, что я не люблю рано вставать, или той, что предпочитаю кофе чаю?Профессор Гримм фыркнул, но директор не улыбнулась.— Не играйте с нами, мисс Морен. Вы прекрасно знаете, о чём я говорю.Конечно знаю. Но зачем делать им жизнь легче?— Недавно, — призналась я. — Очень недавно.— Как недавно?— Несколько дней назад.Мужчина в костюме наклонился вперёд, его тёмные глаза горели любопытством.— И как вы это обнаружили?Рассказать им о ночном видении Селены? О тайной комнате в стенах? Как бы не так.— Почувствовала, — соврала я. — Когда начала замечать, что оборотни реагируют на меня... особенно.Профессор Дарсил кивнул.— Ваша аура действительно уникальна, — сказал он. — Серебристая, пульсирующая. Я почувствовал это с первого урока.А почему тогда молчал? Хотел посмотреть на развлечения?— Расскажите нам о ваших родителях, — попросил незнакомец.Боль кольнула в груди.— Они умерли, когда мне было десять.— Как?— Не знаю, — честно ответила я. — Их нашли в лесу. Мёртвыми.Взрослые переглянулись, и в их взглядах я прочла понимание.Они знают. Знают больше, чем говорят.— Мисс Морен, — медленно произнесла директор. — Позвольте рассказать вам правду о том мире, в который вы попали.Она встала и подошла к одному из портретов. Изображённый мужчина был одет в средневековые доспехи, а его глаза светились нечеловеческим огнём.— Два века назад мир был другим. Оборотни жили открыто, управляя целыми регионами. А над ними... над ними стояли Стражи.Стояли над ними. Интересная формулировка.— Стражи были не просто другой расой, — продолжала директор. — Они были созданы для контроля над оборотнями. Их кровь могла исцелять нас или отравлять. Их воля — подчинять самых сильных альф. Их магия — создавать барьеры, которые мы не могли преодолеть.Она повернулась ко мне, её серые глаза были холодными как зимний ветер.— Представьте себе расу, которая видит в вас не равных, а домашних животных. Которая считает, что имеет право управлять вами, потому что "так заведено природой".Домашние животные. Приятная аналогия.— И что произошло? — спросила я, хотя догадывалась об ответе.— Война, — коротко ответил Гримм. — Кровавая, жестокая война, которая длилась десять лет.Мужчина в костюме встал и подошёл к окну.— Меня зовут Маркус Дарквуд, — представился он. — Я член Совета альф. И мой прадед погиб в той войне.Совет альф. Становится всё интереснее.— Стражи почти выиграли, — продолжал он. — Они поработили половину оборотней, превратили гордых воинов в послушных слуг. Но нашлись те, кто не сдался.Директор кивнула.— Великий альфа Фенрис объединил все стаи. Он нанёс решающий удар по столице Стражей.Фенрис. Как Кайр и Рэйвен.— И что стало со Стражами?— Большинство погибло в бою, — сказал Дарсил. — Выжившие скрылись среди людей. Мы считали, что род полностью угас.— До сегодняшнего дня, — добавила директор.Тишина повисла в воздухе, тяжёлая как надгробная плита.— И что теперь? — спросила я. — Публичная казнь? Или тихое убийство?Маркус Дарквуд засмеялся — коротко, без юмора.— Вы думаете, мы враги?— А разве нет?— Не обязательно, — сказала директор. — Времена изменились, мисс Морен. Мы больше не живём в мире открытых войн между расами.Не живём открыто. Но скрыто — вполне себе живём.— Тогда зачем я здесь?Профессор Гримм наклонился вперёд.— Потому что вы нам нужны.Нужна им. Это звучит ещё хуже, чем враждебность.— Для чего?— Для обучения, — ответила директор. — Молодые оборотни должны научиться взаимодействовать с... особыми людьми. Контролировать свои инстинкты. Понимать границы.— А я должна играть роль лабораторной крысы?— Вы должны помочь им стать лучше, — сказал Дарсил мягко. — Ваше присутствие учит их сдержанности, дисциплине.Присутствие последнего из истреблённой расы учит их дисциплине. Какая ирония.— А что если я откажусь?Маркус повернулся от окна, его лицо было серьёзным.— Тогда вы станете проблемой, которую придётся решать.Угроза прозвучала очень мягко, но от этого не стала менее реальной.— Понятно, — сказала я. — Сотрудничество или смерть.— Сотрудничество или изоляция, — поправила директор. — Мы не убиваем без крайней необходимости.Изоляция. Звучит как пожизненное заключение.— У меня есть выбор?— Всегда есть выбор, — сказал Дарсил. — Но не все варианты одинаково приятны.Я посмотрела на их лица — холодные, расчётливые, абсолютно уверенные в своей правоте.Они не злодеи. Они просто видят во мне инструмент. Что в некотором смысле даже хуже.— Хорошо, — сказала я наконец. — Я остаюсь.— Мудрое решение, — кивнул Маркус.— Но у меня есть условия.Директор подняла бровь.— Какие именно?— Первое: никто не трогает меня без моего согласия. Никаких "случайных" нападений, никаких "тренировочных инцидентов".— Разумно.— Второе: я хочу изучать историю Стражей. Настоящую историю, а не вашу пропаганду.Дарсил кивнул.— Это можно организовать.— И третье, — я посмотрела прямо в глаза директору. — Если кто-то из студентов попытается меня убить, я буду защищаться. Любыми доступными средствами.Включая серебряные ножи и любые другие способности, о которых я пока не знаю.Маркус усмехнулся.— Справедливо. Мы согласны на ваши условия.— Тогда сделка.Директор кивнула и села обратно за стол.— Отлично. Но есть ещё одна вещь, которую вы должны понять.— Какая?— Новость о том, что последний Страж жив, нельзя сохранить в тайне. Слишком много свидетелей. К завтрашнему утру об этом будет знать весь мир оборотней.Мой желудок сжался.— И что это означает?— Это означает, — сказал Гримм, — что у вас появятся враги. Много врагов. Некоторые оборотни до сих пор помнят войну. Для них вы — символ старых ран.Символ старых ран. Как поэтично.— Но также у вас появятся и союзники, — добавил Дарсил. — Те, кто видит в вашем существовании возможность для примирения между расами.— А третьи, — сказал Маркус тихо, — захотят использовать вас для своих целей.Враги, союзники, и те, кто хочет использовать. Замечательные перспективы.— Поэтому, — продолжила директор, — мы усиливаем охрану Академии. И назначаем вам личную защиту.— Какую защиту?— Студентов-старшекурсников, — ответила она. — Кайр Фенрис и Рэйвен Морган вызвались добровольно.Конечно, вызвались. Теперь они будут следить за мной круглосуточно.— А если я не хочу защиты?— Тогда вы умрёте в течение недели, — прямо сказал Маркус. — Простите за откровенность, но это факт.Я подумала об этом. С одной стороны, постоянная слежка. С другой — жизнь.Нетрудный выбор.— Ладно, — согласилась я. — Пусть будет защита.— Превосходно. Тогда идите и отдыхайте. Завтра у вас будет много дел.Я встала и направилась к двери. У порога обернулась.— Ещё один вопрос. Кайр и Рэйвен знали, кто я такая?Директор колебалась, затем кивнула.— Подозревали. Их дед был одним из тех, кто сражался против Стражей. У них... особенно острые инстинкты.Подозревали. Вот почему Кайр дал мне серебряный нож. Вот почему Рэйвен говорил загадками.Я вышла из кабинета с тяжёлым сердцем. Коридоры Академии казались теми же, но всё изменилось. Теперь я знала правду о этом месте, о своей роли здесь.Последний Страж в школе оборотней. Символ мира или войны, в зависимости от точки зрения.У подножия башни меня ждали они оба. Кайр стоял у стены, его зелёные глаза были полны беспокойства. Рэйвен сидел на подоконнике, но его обычная ленивая поза не могла скрыть напряжения.— Ну? — спросил Рэйвен. — Живы ещё?— Пока да, — ответила я. — Хотя это может измениться.Кайр подошёл ближе, его лицо было серьёзным.— Мы будем тебя защищать, — сказал он тихо. — Что бы ни случилось.Защищать. Потому что я теперь не просто девушка, которая им нравится. Я — последняя из их исторических врагов.— Даже зная, кто я такая?— Особенно зная, — ответил Рэйвен, спрыгивая с подоконника.Что-то сжалось в груди. Несмотря на всё — на историю, на войны, на кровь — они всё ещё были здесь.Может быть, у этой истории и будет хороший конец.Дорогой дневник, сегодня я узнала правду о мире, в котором живу. Оказалось, он ещё сложнее и опаснее, чем я думала. Я — не просто последний из вымершей расы. Я — живое напоминание о войне, которую предпочли бы забыть.Но знаешь что? Мне всё равно. Я не выбирала, кем родиться. Не выбирала эту войну. Но теперь, когда я знаю правду, я могу выбрать, что с ней делать.И я выбираю жить. Не прятаться, не извиняться за своё существование. Просто жить.Посмотрим, что из этого выйдет.