Тишину нарушает звук входящего сообщения. Миша затравлено смотрит на контакт Романа. Он его хорошо помнит. Ромка был не то, чтобы другом, но его можно было назвать хорошим приятелем. Они тусовались в институте в одной компании на первых курсах.

Никогда он не замечал, чтобы Надюшка с Ромкой как-то особенно общались. Бред это все.

И тем не менее, Миша набирает номер по видеосвязи. При этом ощущает себя в крайне идиотском положении.

Что он скажет?

Как спросит?

Почему он позволяет себе усомниться в любимой женщине?!

Потому что перед ним лежит тест. Потому что Лена странно ответила. Потому что непонятная чуйка уже давно гложет его и самоуспокоение работает все хуже.

Надо все выяснить раз и навсегда. И после этого перейти к семейной жизни.

— Ого, нежданчик! — Роман принимает вызов.

Очки, длинная борода, залысины, загорелый. В принципе узнать можно, не так сильно изменился. Их общение давно прервалось, еще в институте, как-то на старших курсах дороги разошлись.

— Привет, Ром… — и дальше язык к небу прилипает.

— Тебе, Вера мой номерок сбросила.

— Да.

— Про Гадьку хочешь узнать? — смеется.

— Не называй ее так! Имей уважение к моей женщине! — Миша мгновенно огрызается.

— Мишань, она никогда не была твоей. И моей тож. Она всегда поклонялась культу бабла.

— Ты с Верой общался, и она тебя надоумила это все мне наплести? — он испытывает неприязнь к бывшему товарищу, слишком он по-хамски себя ведет.

— Я Вере рассказал правду. Мне скрывать нечего, я давно свалил из страны, к счастью Ленка уже совершеннолетняя, я отстегнул ей достаточно, чтобы сейчас не вспоминать. У меня отличная семья, и мне искренне жаль, Мишань, если ты с Гадькой решил связать жизнь.

— Ты хочешь сказать, что Лена твоя дочь?

— Да. Я бы с радостью отдал тебе этот «почетный» титул, но я несколько раз проверял. Моя, — пожимает плечами.

— Бред!

— Мишань, а какой мне смысл врать? Я за бугром. Я не претендую ни на Гадю, ни на Ленку. Я с ними прекратил общение.

— За старые обиды мстишь… — неуверенно предполагает.

— Слушай, ты какого позвонил, чтобы я тебе переубеждал? Так мне это вообще не сдалось.

— Ром, я не помню между вами с Надей тесного общения. А теперь ты заявляешь, что Лена твоя.

— Так и было задумано. Папаша Гади и мой враждовали дико, а мы с Гадькой наоборот, чем-то там воспылали друг к другу. Еще на первом курсе. Но сказать нашим родакам — это себе на голову проблем заработать. Потому мы все держали в секрете. И было даже прикольно, обостряло чувства. Ты для Гадьки всегда был лохом. Она так тебя и называла. Говорила, как ты за ней еще с первых классов школы волочишься. Ты был для прикрытия, для прикола. Она тога была симпотной, парни на нее велись, потому она и мною не ограничивалась. Любила она загулять, особенно с богатенькими мажорчиками. Батя ее деньгами не баловал, держал в строгости, а Гадька хотела больше денег, вот и раскручивала пацанов. Я со временем к ней охладел. Но по старой памяти мы продолжали иногда пересекаться в постельной плоскости. Когда она залетела, то сама не особо знала от кого. Уже потом все выяснилось. Ей не нравилось, что батя меня за бугор устроил учиться, что я сваливаю, так хотелось ей меня привязать к себе. Ну мне ребенок от нее не сдался, потому откупался, чтобы она скандал не устроила и к моему бате не пошла. Знаю, что фиктивно замуж вышла. Периодически с ней созванивался, и по курсам, что менялась она только в худшую сторону, оттачивая навыки гадливости. Что она только не придумывала, чтобы развести меня на дополнительное бабло. И моей жене названивала, пыталась до детей дотянуться. Но тут я сразу все пресек, сказал, еще одно такое поползновение, поток бабла перекрываю моментально. В общем приструнил.

Миша слушает монолог Романа, и не понимает на каком он свете.

С одной стороны, бывшему товарищу реально нет смысла врать. С другой, он не может поверить, что Надюшка способна на подобное. Слишком она светлый человек.

— Ясно… — едва говорит заплетающимся языком.

— Мишань, мой тебе совет, если еще она тебя не окольцевала, то беги пока можешь. Гадька кроме денег никого не любит, даже свою дочь, сына тем более. Если она в тебя вцепилась, однозначно ей что-то от тебя надо.

— А Лена… она…

— Про Ленку сказать ничего не могу. Я с ней не общался. Зачем? Я не воспринимаю ее как свою дочь.

— Понятно. Всего хорошего, — сбрасывает вызов. Не может больше смотреть на рожу Романа.

Подрывается с места. Выбегает из кабинета. Ему срочно надо увидеть Надю! Он обязан с ней поговорить!

Не может это все быть правдой!

Миша просто не мог так ошибиться!

Нет! Только не в его Надюшке!