Ксюша

Вроде бы обычный день, но я все еще не могу прийти в себя после утра. Делаю все на автомате, а мозг то и дело подсовывает детали момента с Данилом. Почему он так сделал. Что им двигало. Он реально псих или ревновал меня настолько, что не смог сдержаться. И если первая мысль пугала, вторая волей не волей заставляла улыбаться. И кожа на шее. Она словно подушка с эффектом памяти, до сих пор ощущает его сильные, длинные пальцы, как стальные проволоки приковавшие меня к окну машины.

— Ты какая — то напряженная сегодня, — подсаживается Рита, пока наши дети на тренировке. Если честно, я от нее пряталась два часа. Сначала съездила проверила в квартире порядок, но теперь, когда вернулась, она тут как тут. У нее радар что ли на меня, потому что села я на диванчике в уголке пить кофе. — Куда ездила?

— Да, сегодня новый проживающий. Хотела посмотреть, все ли в квартирах убрано.

— Яясно… А мы сегодня по врачам мотались. Данька с утра звонил, напомнил и денег закинул, — никогда еще мне не было так тяжело разговаривать с подругой. Чувство вины притупилось немного после слов Дани о том, что он готов хоть сейчас рассказать все бывшей. — Так что мы поехали все сделали. А у вас как?

— У нас? — не сразу поняла о чем она. Все еще нахожусь в каком — то коматозе. Тело словно птица нашло свое гнездо и постоянно мысленно возвращается в то место, где оно находится. Бесит.

— Ну даа, Ксюш! Ты же вчера ездила с Сашей и Русланом на хоккей этот ваш.

— Ездила, да. Но домой мы одни поехали, сразу спать легли, — почти не соврала же. Просто кое — каких моментов не упомянула.

— Понятно. А то я звонила, звонила.

— А чего звонила?

— Да, Данька вчера тоже на матч собирался. Он же там играет иногда. Ты его не видела?

Ощущение, словно я над пропастью ногу занесла, а сзади свора хищников, которые готовы на куски меня порвать.

— Видела. Мы столкнулись с ним. Он был в хоккейной форме.

— Терпеть не могу, когда он играет. Сразу потный, грязный, какой — то дико возбужденный.

Да, все так. Только как раз этот потный, грязный, возбужденный чуть не свел меня с ума.

— Он проявлял агрессию? — не могу не спросить. Данила он такой, вежливый, спокойный, смешливый местами. Я бы никогда не подумала, что он способен на подобные выпады.

— Кто? Данька? Нет конечно. Он никогда не вел себя грубо или эмоционально. Даже когда мы расставались, он не кричал, просто дал проораться мне.

Вот оно как. С Ритой он значит нежный и ласковый, а со мной можно как со шлюхой?

Это злит. Так злит, что хочется прямо сейчас позвонить ему и высказать все.

— Наверное он просто любит тебя.

— Конечно любит, но еще не заслужил семью. Так вы просто столкнулись?

— Да, а потом он повел меня в тренерскую, — перед глазами встали мы, словно со стороны, вколачивающиеся друг в друга. — Подарил шайбу для Руслана.

— О, Руслан же у тебя любит это дело.

— Любит, да. А потом Данил пригласил нас в випку, где сидел сам, но туда пошел только Саша.

— О, ну прям рассщедрился. Может они с твоим Сашей подружатся?

— Думаешь?

— Ну а почему бы и нет! Представляешь, соберемся как — нибудь все вместе.

Ага, а пока вы будете мило болтать, Данил отведет меня в уголок и как следует трахнет. Господи, кошмар то какой. И самое ужасное, что, думая об этом, я сильнее возбуждаюсь.

— О, время, — тороплюсь я к сыну, которого можно забрать и перестать обсуждать то, чего никогда не будет. Потому что, как минимум, к Саше я никогда не вернусь. А что будет между Ритой и Данилом меня не касается.

Я помогаю Руслану собраться, очень надеюсь, что он не успел ляпнуть про машину Данила или даже про похожую. Но тот вроде слишком занят обсуждением новых элементов, которые им дали учить. Радует, что в этой группе есть и мальчики.

Мы едем домой, где я оставляю его одного, а сама еду встречать нового постояльца. Он позвонил мне сегодня, пока я ехала на каток с Русланом. Попросился на один день. Обычно я отказываю, но он сказал про двойную оплату, был вежлив и даже обещал сам убраться после. Это конечно вранье, но намерение приятное. Так что сдам квартиру этому Арсению.

Руслан идет к соседу, с которым дружит, а я быстро переодеваюсь из спортивного костюма и еду встречать мужчину. В телефон почти не смотрю. Сергей уже писал и звонил, а я после утреннего инцидента не знаю, как ему отказать в свидании. Не хотелось бы его подставлять, а что удумает Данил, я понятия не имею. Самое смешное, что сам он больше сегодня не звонил. Надеюсь, ощущает хоть каплю вины за свое поведение и больше не будет меня беспокоить. Никогда.

Я жду у подъезда возле своей квартиры, когда подъезжает такси. Из него выходит молодой мужчина с короткой стрижкой. Тут же идет ко мне, бросая неприязненный взгляд на дом.

— Добрый день.

— Добрый, — жму я ему руку и чувствую какое — то волнение. Кажется, словно надо мной нависла ловушка, и я даже невольно смотрю наверх. Хотя это глупо. — Вы уверены, что хотите здесь остановиться?

— А что не так?

— Вы просто так на дом посмотрели.

— О как. А вы всегда так откровенны?

— Это проще.

— Смотря в какой области. Вы ведь могли пропустить мой взгляд мимо глаз и заработать денег. Могли даже расписать достоинства старого жилого фонда.

— Их нет. Обычно в объявлении я это указываю.

— И все равно я намерен остановиться здесь на ночь. Раз уж приехал.

— Ну смотрите. Дело ваше, — пожимаю плечами, отмечая странность этого мужчины. Высокого и красивого конечно, но такие у меня бывают часто. Порой со своими девушками на ночь.

Показываю ему квартиру. Ею, кстати, я могу гордиться. В конце концов ремонт я делала сама и очень им довольна. Когда Руслан вырастет и заведет свою семью, я буду коротать старость в этой милой квартирке.

Арсений бросает сумку на диванчик в прихожей и одобрением осматривает квартирку.

— Очень мило, кстати.

— Спасибо, — достаю я договор и ручку. — Позвольте ваш паспорт. Нужно договор заполнить.

— Паспорт мне должен коллега вот-вот привезти.

— Оу. Ну без него я не смогу составить договор.

— Понимаю. Может быть мы тогда вместе подождем. У вас на первом этаже ресторанчик вроде был, я бы поужинал. А вы могли бы рассказать, что у вас тут в Новосибирске есть интересного.

— Ну, — как — то странно все, а ощущение ловушки не проходит. — Ладно.

— Вещи оставлю?

— Конечно, — пожимаю плечами, и мы вместе спускаемся в грузинский ресторанчик. Сегодня тут много народу, но нам находят столик. Арсений заказывает вино, а я черный чай.

— Не выпьете со мною? — его взгляд становится мягче, а я напрягаюсь еще больше. А еще от того, что его лицо кажется мне знакомым.

— Простите, но интимные услуги не входят в стоимость квартиры.

— Я не намекал на это, — говорит он вполне серьезно, а я от него скорее ждала фразы вроде «А сколько нужно доплатить».

— Простите, сама не знаю, что на меня… — он поворачивается в профиль и меня осеняет. Он же вылитый Данил. Просто одно лицо. Но разве так бывает? Разве могут два человека быть настолько похожи? Я бы даже заподозрила, что это сам Данил, но прическа другая и говорит он иначе, словно в вечном напряжении. И не шутит, хотя вот сейчас был отличный повод. А может быть это все — таки Данил? Да нееет, глупость какая. Я бы сразу его узнала, а этот мужчина…

— Арсений, а как ваша фамилия? — ловлю его взгляд и все понимаю. — Вы брат Данила?

— Какого Данила?

Вот так да?

— Да мне просто показалось, что вы похожи на одного моего знакомого и я предположила. Можно я отойду? В туалет?

— Конечно. — кивает он, покручивая в руке свой телефон, а я тут же смываюсь со своим, заглядывая в сеть. Ищу Данила Распутина и ожидаемо нахожу его и его брата. Арсения. На фотографии они и правда как одно лицо. И как я могла не узнать? Ладно, прическа другая, но все остальное то?

И вообще я сомневаюсь, что Арсений-проектировщик вертолетов, офис которого находится в Новосибирске, не знает этого города. И тем более, что ему требуется жилье на ночь.

Вот же придурок. А самое главное, цель то какую преследовал? Что и кому хотел доказать.

Возвращаюсь в зал с четким намерением разоблачить обманщиков. Иду к столу, где уже стоит вино и мой чай, и тут понимаю, что собственное сердце начинает стучать по виску. Данил. Это точно он. С другой прической, в той же одежде, но сейчас это точно он. Сволочь.

— Как вино?

— Прекрасно. Но вы все равно прекраснее.

Гаденыш.

— Спасибо. Так что с вашим паспортом?

— Он в сумке, а я просто хотел вас напоить.

— Ну чаем вы меня не особо напоите.

— Это верно.

— Но в моей квартире есть виски. Хотите?

Он если и опешил, то вида не подал. Только чуть сощурил глаза, словно ожидая, что я скажу про шутку.

— Неожиданно. Я был уверен, что вы будете возмущаться.

— Ну с чего бы это. Красивый мужчина в командировке. Мне кажется, это шанс заняться отличным сексом, — хватаю его за галстук и тяну на себя. Почти целую, и он готов ответить, но я тут же хватаю его за губу, почти кусая.

— Аа!

— Вот тебе и Аа, Распутин. Что это блядь за игры? И говори правду, потому что у меня в руках вилка, а у тебя очень чувствительный член.

Вместо того, чтобы хоть что — то объяснить, он вдруг улыбаться начинает.

— Когда поняла?

Отпускаю его, встаю.

— Я так понимаю, сумка была пустая, так что оставлю ее себе. А с тебя восемь тысяч.

— За что?

— За простой квартиры, которую я могла сдать нормальным постояльцам.

Он берет свой телефон и в несколько шагов отправляет мне деньги. На этом я киваю и поднимаюсь. Тут же чувствую, как мое запястье оказывается в стальном, горячем капкане.

— Отпусти.

— Когда ты поняла?

— Данил, ну что тебе от меня нужно. К чему эти проверки? Не узнала я твоего брата. Только в ресторане поняла, что его лицо мне что — то напоминает.

— Мы одинаковые.

— Я рада за вас. Ты не мог бы меня отпустить?

— Отпущу. Но сумку верни. Там реально его документы лежат.

— Ладно, — как же он бесит. Только пусть попробует ко мне лезть.

Он расплачивается, а я уже бегу на улицу. Там меня ждет копия Данила. Более приличная копия.

— Ксения, простите за этот фарс.

— Ничего, — пожимаю плечами и иду по направлению к углу дома. Дохожу до подъезда и вижу, как меня нагоняет Данил. Даже не запыхался. — Расскажешь, к чему это было?

— Нас никто не различает, кроме матери. Провел эксперимент.

— Молодец, — поднимаюсь по лестнице, иду к квартире. — Здесь подожди.

Захожу в квартиру, тянусь за сумкой и слышу за спиной щелчок. Оборачиваюсь резко. До мозга доходит, что я в западне. Бросаю в скалящегося Данила сумкой и убегаю в комнату.

— Не подходи, Данил. Я вызову полицию.

— и что ты скажешь? — встает он на пороге кухни, а я на автомате нож беру. В ход я его не пущу, но может он хотя бы испугается. — Мой любовник хочет меня изнасиловать?

— Мы не любовники, Данил! Вчера была случайность.

— Нет ничего более постоянного, чем случайности. Иди сюда, Ксюш.

— Не подойду.

— Я же пока по-хорошему прошу.

— А будет по-плохому? Как утром? То есть с Ритой ты нежный любовник, а мне можно больно делать? Скотина!

— Ксюш, я сам от себя не ожидал, — подходит он все ближе. Животом твердым в кончик ножа упирается. А у меня рука трясется. Внутренности горят огнем. А Данил взглядом только дров подкидывает. В нем столько желания, столько одержимости, что меня на куски рвет. Страшно, что завтра он снова чужим будет, и я больше не испытаю того спектра эмоций, которые он вызывает.

— А Рита…

— А Риту я не ревновал никогда. А вот одна мысль, что тебя трахнет кто — то другой, изнутри жжет.

— Данил, я свихнусь с тобой, — он обхватывает мое запястье рукой, нож забирает, наклоняется и шепчет.

— Я с тобой уже свихнулся, неужели ты не видишь, — жалит он сухими, твердыми губами, а я роняю нож и руки ему на широкие плечи забрасываю. Забывая обо всем, что мешало мне раньше наслаждаться этим мужчиной.