Сперва Энди находит собаку – раненую, но живую; она лежит на боку под одной из солнечных панелей.
А вот Руби нет.
Нет, нет, нет, нет!
Когда наконец подтягиваются остальные, Энди качает питомицу на руках.
– Это Чили, собака Люка, – поясняет Энди, перекрикивая ветер. – Чили с Руби были не разлей вода.
Линнея садится на корточки и осторожно проводит руками по мокрым окровавленным бокам собаки.
– Она сильно ранена. Шерсть сожжена, ее опалило, как самого Китса в трейлере. Как и других.
– УЦМ, – тяжело дыша, констатирует Швайгер. Он навис над ними, включив карманный фонарик, чтобы слегка разогнать умытую дождем тьму, окутывающую солнечную электростанцию. Агент по-прежнему не опускает пистолет – водит дулом вслед за лучом света.
– А еще я нашла вот это! – сообщает Энди за ревом ветра. – На шее у Чили.
Свой фульгуритовый кулон.
– Руби считала его волшебным, – рассказывает Линнее Энди. – Может, она оставила его Чили, чтобы он ей помог? Защитил ее?
Линнея хватает Энди за руку и сжимает ее.
– Значит, она была здесь, Энди. Она была здесь, и, скорее всего, живая.
– Где же она сейчас? – прорывается сквозь ветер голос Швайгера. – Где, черт побери?