Валерий Васильевич трудился весь день и только под вечер соизволил высунуть нос из номера намереваясь освежиться в бассейне. И каково же было его возмущение, когда его туда не пустили. Без справки, сказали, посещение бассейна строго запрещено. Самое забавное, что подставную справку на чистом листе он состряпал, но как положено втюхать не получилось. Ответственная за допуск в бассейн бабуля была слепее самого слепого крота и ориентировалась исключительно на запах духов главврача, выдававшего такую справку.

А Ангелины-то нет. Археолог немного поспорил с ответственной за бассейн, покричал, но не нашёл в себе моральных сил утопить старушку. «Пусть тебя лучше Бог приберёт, карга старая, а я уж и без ваших процедур перебьюсь как-нибудь… Да их хлоркой у вас воняет, будто в уборной. Говорил же — переезжать отсюда надо. Ведь говорил! Тьфу тебе прямо в воду!»

Усталый и потный, он поплёлся освежаться под тёплый душ. Другой воды в санатории не было.

— Завтра же переедем в нормальную гостиницу, — обещал он себе, вытираясь сухим полотенцем. — А то сегодня меня в бассейн не пустили, а завтра ещё чего. За что им только Денис заплатил, спрашивается? За ощущения совдеповского быта? Прям не санаторий, а городская советская баня без пива и веников.

В столовую идти не хотелось. Сидеть за одним столом с пенсионерками и слушать про варикоз и живительные минеральные ванны, ну уж нет, слуга покорный. Однако вечно голодный сосед всё подъел подчистую, даже пачку сухариков с подоконника. Может, доставку заказать? Нет, дорого. Вчерашние заказы скушали половину его стратегического бюджета.

Поэтому он повздыхал, поохал, и ему пришлось себя пересилить. Стараясь не привлекать внимания, Валера просочился в большое светлое помещение, отделанное молочной плиткой, и, вооружившись подносом, скромно встал в очередь.

Поднос был зелёный, заслуженный, весь в глубоких царапинах. Ложка и вилка чистые, а три кусочка ржаного хлеба по мягкости не уступали недельным сухарям. Валера взял окрошку и попросил три котлеты.

— А гарнир? — уточнила повариха.

— А чё у вас есть?

— Греча, рис, макароны, горох, капуста…

— Спасибо. Вон — два окорочка куриных, давайте.

— А не жирно?

— Да вроде нет. Хотя… Дайте ещё стакан сметаны.

— Это ряженка, — возразила повариха.

— Свежая?

— А как же. Ей неделю всего. Будете брать, мужчина? Не задерживайте мне тут очередь!

Валера поморщился и решил обойтись компотом.

Он отошёл от кассы и огляделся в поисках свободного места. Почти все столики были заняты.

«Ну конечно, эти уже здесь», — с тоской отметил он, увидев за одним столиком Дениса и Капитона. Денис даже замахал ему рукой, намекая, что рядом с ними свободно. Щас! Валера сделал вид, что он их в упор не знает.

После сегодняшнего дипломатического провала он с ними на одном поле срать не сядет. Это надо же так орать? И Денис хорош. Прямо не Денис, а сквайр Трелони из «Острова сокровищ»: «Все! Буквально все, едва узнав, что мы едем за сокровищами, просто мечтают нам помочь!»

Он выбрал столик, где сидели три пожилые женщины в соломенных шляпках, и сиротливо примостился с краешку. Скучавшие пенсионерки тут же попытались с ним познакомиться, но каждый раз, стоило хоть одной из них открыть рот, как он тут же волшебным образом захлопывался. Валера был не в настроении ни с кем общаться и что либо обсуждать. Он глубоко задумался. Ему дозарезу нужен был грамотный план по поиску золота, а ещё очень хотелось выпить. Вот только где же ему раздобыть алкоголь в этой разнесчастной здравнице?

Пенсионерки не выдержали гнетущей ауры, исходившей от задумчивого молодого человека, быстренько доели свою манную кашу и улепетнули. Валера не обратил на их уход никакого внимания. Точно так же он не заметил, как за его стол приземлилась Ирочка.

— Привет, Карлсончик! Скучаешь?

— Думаю, — проворчал он, глядя в тарелку.

— Обо мне? — кокетливо спросила она.

— Да. Мне нужно выпить.

— Как врач, рекомендую напиваться только под строгим наблюдением специалиста, — улыбнулась Ира.

— У меня всё закончилось. Всё подъели голодающие дети Зимбабве, — Валера с намёком покосился на сидевших в отдалении Дениса и Капитона Марковича.

— Совсем ничегошеньки?

— Да. Я пуст и трезв, а от того зол. Не могу воспринимать эту жизнь на трезвую голову.

Валера мстительно воткнул вилку в жареную куриную ногу.

— Так получилось, что я располагаю некоторыми запасами медицинского спирта, — как бы по секрету сообщила Ирочка. — Если смешать его с компотом…

Она взяла Валерин компот сделала пару глотков, а затем хищно облизнула губы.

Тот укоризненно покачал головой:

— Врач-нарколог спаивает пациента? Где такое видано?

— Ну, какая страна, такие и врачи. Пойдём?

— А пойдём! Всё одно тут скучно, как в могиле.

Денис и Капитон молча наблюдали, как Валера уходит.

— Интересно, зачем он в столовой целую кастрюлю компота выпросил? — задумчиво спросил иеромонах.

— Да чё там понимать. Эксперимент, — ответил Денис.

— С компотом?

— Подозреваю, что да. Надо тоже себе найти подружку, — завистливо пробормотал археолог.

— А вот насчёт компаса… Он его доделал? — Капитон Маркович предпочёл сменить тему разговора на более интересную.

— Доделал, только не так, как планировал изначально. Компас состоит из двух частей. Одна, большая и неподвижная, на треноге с гироскопом, а вторая — для ношения на руке. Он вынужден каждый раз перекладывать монету из одной части в другую, чтобы определить местоположение золота. Вот он и злится. Это затрудняет поиски.

— И как мы будем работать? — уточнил иеромонах.

— Да как, — Денис огляделся не подслушивает ли кто. — Всё просто. Пока он будет возиться с оборудованием, мы будем искать золото в тех местах, которые он укажет. Думаю, завтра он сам нам это озвучит. Ему нужно некоторое время, чтобы смириться со своей ошибкой. Будет снова обвинять во всём меня, угрожать, а потом успокоится.

— Значит, я могу рассчитывать на треть всего добытого золота?

— Безусловно. Даю вам самое честное благородное слово, Капитон Маркович.

— У меня есть бутылка охлаждённого красного вина. Не желаете ли вспрыснуть сделку? — предложил обрадованный иеромонах.

— Только из уважения к вам, ваше преподобие.

— Да что вы, не надо со мной так церемонно, мы же компаньоны, — мягко запротестовал церковник. — Зовите меня просто: Капитон.

Эксперимент по смешиванию компота и спирта закончился для нарколога крайне плачевно. Валере пришлось оказывать ей первую помощь и придерживать волосы, пока Ирочка обнимала унитаз.

— Это ещё ерунда, — успокаивающе говорил он. — Я был знаком с одной особой, так она обожала пить разноцветные коктейли. Вы бы видели, какую она запускала радугу!

— Бу-а-а-а… — отвечала Ирочка.

— Это всё курага виновата. Я предупреждал — не надо закусывать компотом, а вы не удержались, — сочувствовал он.

— Ой, мне плохо! Никогда больше… Бу-а-а-а…

— Вот. Золотые слова. Женщинам вообще вредно пить, а наркологам — вдвойне. Какой пример вы подаёте соседкам, подслушивающим нас за стеночкой?

— Ой, не говори ничего! Меня снова вырвет…

— Это естественная реакция организма при отравлении. Нужно потерпеть, а потом я вам лекцию прочту о вреде пьянства. Я много их знаю, — издевался Валера.

— Я помру! Рёбра болят. Скорую! — хныкала Ира.

— Врёшь, не помрёшь. Твои волосы и жизнь в руках колдуна и чародея.

Он отвёл ослабевшую женщину в комнату и уложил на свою кровать.

— Не понимаю… Ты выпил литр спирта и до сих пор жив. Ты чудовище… — тихо стонала Ирочка.

— Спасибо, я знаю, — улыбнулся Валера. — Ты поспи, а я воды принесу холодненькой.

— Я не усну… Мне так плохо… — жаловалась Ира.

— Все вы так говорите, — хмыкнул Валера и легонько щёлкнул её по носу. Через несколько секунд жертва коктейля благополучно заснула. Валера на всякий случай проверил её самочувствие. Поводил ладонями по её животу — организм молодой, здоровый, денёк полежать — и будет в порядке. Впрочем, можно помочь. Завтра будет как новенькая. Ладони подняли выше, к её груди, и тут археолог нахмурился, обнаружив злокачественную опухоль. М-дя. Никто от такого не застрахован. Пару лет назад он бы не смог ничего сделать, но после того, как он потерял близкого ему человека… Именно тогда он дал себе зарок — обучиться лечению. Опухоли они хитры и коварны, почти как проклятья. Но проклятья можно развеивать, а значит, можно безболезненно удалять и опухоли.

— В благодарность за терапию и я, ваш скромный пациент, обязан отплатить вам добром. Странно, что вы, Ира, сами о ней не знаете. Вроде бы врач, а ведёте себя как ребёнок. А потом в газетах пишут: «ещё один эскулап сгорел на работе»… Ну ничего, ночь только начинается. Спите, не бойтесь. Настало моё время бороться со злом, — тихо сказал он.

Посреди ночи Денис было сунулся на балкон, намереваясь поспать, но в проёме двери его перехватили занавески, спеленали и стряхнули в кусты росшие внизу под балконом.

— Тьфу! Так бы и сказал, что ты с бабой! Зачем полтергейста-то ставить? Тьфу! Прямо в шиповник! — плевался он, выбираясь из колючих кустов. Ему не было обидно, что Валера призвал полтергейста и заставил его охранять окно, ему было обидно другое — падая с балкона, он нечаянно проглотил жука. Очень неприятные ощущения, которые пришлось срочно запивать водой, а для этого снова пришлось лазить по чужим номерам и обворовывать спящих. В результате он украл плед, подушку, бутылку воды и устроился спать на лавочке. В номер ему удалось попасть только после завтрака. Валера дрых без задних ног и, кажется, просыпаться не собирался. На тумбочке возле него валялось нечто склизкое, завёрнутое в носовой платок.

Денис на всякий случай обнюхал. Мало ли? После полтергейста чего угодно ждать можно. Может, он у нарколога в мозгах ковырялся? Ну то, что в платке были кусочки человеческой плоти — это точно. Нарколог же живая ушла? Живая, да?

Он разделся и осторожно лёг на свою кровать. Валера неожиданно легко проснулся, услышал, как скрипят пружины, и тут же принялся ехидничать:

— Мальчика я не заказывал, — сварливо сообщил он.

— Очень жаль, но выбора у тебя нет. Девочки кончились, остался только я… и полтергейсты в занавесках, — насмешливо хрюкнул Денис.

— Ненадолго их хватило. Жаль, — Валера перевернулся на спину. — В следующий раз поставлю катапульту.

— Ой-ой-ой, не поможет. Я все твои криптониты знаю. Скажи лучше, что ты с Ирой своей сделал?

— М-м-м, — Валера сонно повертел головой, — она уже ушла?

— Она давно на работе. Я её видел. Бегает так, словно ей конскую дозу витаминов вкололи. Что ты с ней сделал? Только не говори мне про секс. После секса так не бегают, а уж тем более после вашего вечернего аперитива.

— А, да так, — Валера поёрзал в кровати, устраиваясь поудобнее. — Ничего аморального я с ней не делал.

— А в платочке что?

— А ты и туда уже нос засунул?

— Я издаля понюхал, больно мне надо вблизи. Вдруг там чё? Кстати: а чё?

— Вот и не трогай. Потом выкину. Опухоли там, — зевнул Валера. — Устал, как собака. Ира компотом отравилась, а я немножко её полечил. Угу?

— Угу, — согласился Денис и тут же спросил: — А как же твои принципы? Всякий труд должен быть оплачен. Эта операция кучу бабок стоит, не считая нагрузки на психополе.

— Точно! Про деньги-то я и забыл, — расслабленно засмеялся Валерий Васильевич. — Но лучше я спасу одного хорошего врача, чем десяток зажравшихся богатеев. Бесплатно спасу. Просто так. Потому что я могу и умею, а ты всё про деньги. Несчастная ты, бездомная жадина.

— Да ну тебя, — Денис обиженно уткнулся носом в подушку.

— Не дрейфь, ничего такого я не нарушил. Она расплатилась натурой за мою работу, только и всего. Она со мной поработала, а я с ней — ко взаимной выгоде. Или как там Капитоша бы ляпнул? — добродушно продолжал говорить очкарик. — Немножко магии, чуточку гомеопатии — и вот уже на одну проблему у неё в личной жизни стало меньше. Мелочь, а приятно. Грудь — это лицо женщины, запомни! Нельзя титьки портить. Это горе пострашнее сломанной ноги.

Денис не нашёл, что ему возразить, и уже больше для того, чтобы поддержать разговор, спросил:

— Что по компасу? А то Капитону не терпится приступить. Он мне весь вечер про Монтекью задвигал.

— Серьёзно? А Капа-то в теме, оказывается, — подивился Валера. — До сих пор не могу забыть, как он орал.

— Ты от разговора-то не увиливай!

— Да чё увиливать? Проблемка у нас, — зевая, отозвался Валера.

— Компас не работает?

— Не, — Валера прикрыл глаза и через несколько минут продолжил: — Я, когда допрашивал Лыжу, упустил один важный момент.

— Какую Лыжу? — задремавший Денис не сразу понял, о чём идёт речь.

— Аферист Лыжа, он же Александр Рейн, он же Махмуд ибн Салах, он же Федя Наган, он же Александр Аистов, он же Кирилл Задорожный, он же… редкий гомосексуалист со скрытыми комплексами… — Валера устал перечислять поддельные имена и фамилии Лыжи и, зевая, добавил: — Жулик и катала, одним словом.

— Ближе к сути?

— Лыжа не выиграл в карты монету, он её нашёл в соседнем районе. На экскурсии в Поющие пещеры ходил. Казалось бы, ерунда, но монета-то у меня одна, а приборов — два. И район поисков не слабый такой район. Надолго мы встряли с этим золотом. Пока не найдём вторую монету, вам придётся самим бегать по пещерам.

— И что? Значит, побегаем.

Денис успокоился. Всё именно так, как он и предполагал: напарник чешет затылок и размышляет, как бы сделать всё побыстрее. Он успокоился. Больше не хандрит. Значит, скоро можно ожидать положительных результатов.

— Деня… ты лопух! — понял его по-своему Валерий Васильевич. — Ладно, завтра сам поймёшь, в чём там дело. Всё! Я спать. До ужина не кантовать.

Они действительно проспали до самого вечера. Спали бы и дольше, но Денис пошёл в туалет и запнулся о кастрюлю с компотом.

— Блин! Валера! — заорал он, собирая расплескавшуюся жижу половой тряпкой. — Ты совсем спился, алкаш! Скоро в сливном бачке унитаза будешь бухло хранить? Куда ни пойду — везде пустые бутылки!

— Это терапия. Мне доктор прописал спирт с компотом, натощак и без хлеба. Нарколог, между прочим, — хихикал проснувшийся археолог. — А кто уронил, тот и прибирает, сам знаешь.

Денису пришлось делать влажную уборку. Пол был такой липкий, что по нему невозможно было ходить.

Валера оккупировал стол, где стояла большая часть компаса, накрытая газетами и покрывалом. Он нашёл под столом бутыль со спиртом и налил себе целый стакан.

— Ты опять?! — выглянув из ванной возмутился Денис.

— Я механизм протираю. Смотри!

Валера сделал большой глоток и начал старательно дышать на компас.

— Огурца солёного не надо ли для протирки? — язвительно поинтересовался напарник.

— Ты бы лучше кастрюлю помыл. Я её под честное слово взял, — посоветовал ему Валера.

— Пьянь! — Денис обиженно запихал кастрюлю в рукомойник.

Они кое-как привели номер в порядок, а потом и себя, и только после этого спустились в столовую.

— Переезжать надо будет, — рассуждал Валера над тарелкой картофельного пюре. — Хочется салатиков разных, а тут из салатов один винегрет.

— А как же терапия? — саркастически спрашивал Денис. — Неужели бросишь свою Ирочку?

— Уже бросил. Я ей ночью память стёр. Пусть найдёт себе приличного человека, а не такого, как я, — вздыхал Валера.

— Какой же ты гадкий. Поматрасил и бросил.

— Да. Но лучше уж так, чем какой-нибудь мстительный убийца, который посадит её на перо только потому, что будет считать её близким мне человеком.

Денис пожал плечами. Обычные отмазки археологов: мы бросаем женщин не потому, что их не любим, а потому что боимся за их жизнь и здоровье.

— Молодые люди, не сочтёте за наглость? — послышался бодрый голос Капитона Марковича.

Валера скривился и подвинулся, уступая место иеромонаху, держащему на руках поднос с ужином.

Капитон Маркович сердечно поблагодарил, но сел рядом с Денисом так, чтобы быть напротив Валеры.

— Приятного аппетита, — пожелал ему Денис. Валера промолчал.

«Вот, ещё одна ошибка в расчётах сама приползла, — думал он. — А ведь надо было только намекнуть. Намекнуть! А не брать его в долю. Эх, Денис. Какой же ты идиот — сокровища на троих не делятся! Дошушукались в кустах, называется. Ты что должен был сказать? Что у меня есть компас и предложить Капитону искать золото вместе, используя меня так, чтобы я не знал. Я бы остался с носом, а Капитон и Денис — с бабами и на танке. Какой же ты молодец. А ведь я хотел всего-ничего: заставить вас поработать, а сам бы попивал себе коктейли на пляже. А что вышло? Капитон набился в подельники, и Денис ему в этом помогал. Какая на хрен теперь конспирация? Давай — всем расскажи!»

— Я готов приступить хоть сейчас, вы только свистните, — многозначительно поведал иеромонах.

— Мы не свистим. Примета плохая, — пробурчал Валера, с ненавистью поглядывая на пюре. Его так и подмывало сделать из еды куклу вуду и жестоко пытать церковника.

— Всю ночь и утро я перечитывал Монтекью и, хотя знаю всё наизусть, нашёл в себе силы освежить знания, — продолжал Капитон.

— Во, Деня, учись. Вот что значит — три класса церковно-приходской школы, — Валера мстительно пнул товарища под коленку.

— А вы разве не читали? — удивился Капитон. — Там описание народа, известного как лепреконы, проживавшего на территории…

— Читали! — грубо перебил его Валера. — Мы и Румма читали, и многое ещё.

— Ну, Румм даёт только общие определения. Это скорее пособие для начинающих, а вот Монтекью…

— Капитон Маркович! — строго перебил его недовольный очкарик. — В нашей команде есть место только для одного хитрожопого, да и место «дурачка» тоже занято. И вот я не понимаю: вы на чьё заритесь?

— Я просто хотел оказать посильную помощь в таком серьёзном деле, ничего более! — поспешно поднял руки иеромонах.

— Вы её окажете, когда вместе с ним, — Валера кивнул на Дениса, — будете искать монеты в тех местах, которые я укажу. Если бы не конструкция компаса, я бы сам бегал, но мне придётся сторожить одну из его частей.

— Но вам будет достаточно разжиться ещё одной монетой, и тогда вы сможете усилить компас? — предположил иеромонах.

«Ах, Капа, кажется, ты слишком много знаешь для простого церковника, — неодобрительно подумал Валера. — А это очень вредно для твоего здоровья».

Вслух он сказал, конечно, другое:

— Всё верно: чем больше монет, тем сильнее резонанс и тем проще искать остальные. Но найти их нужно все — иначе не будет стабильного лепреконского эффекта. Я хотел использовать сразу дюжину в половине компаса с гироскопом. К сожалению, круг поисков велик, и на это могут уйти месяцы.

— Вы не шутите? Так мало? — обрадовался Капитон. — Я думал, намного больше.

— А ещё нужно будет изымать монеты из частных рук. Вполне возможно, не совсем этическими методами, — продолжил окончательно скисший Валера.

— Ерунда! Во имя Господа нашего я ещё и не то могу! — отмахнулся возбуждённый церковник.

«Что ты ему наплёл, дрянь такая! — ужаснулся про себя очкарик, искоса поглядывая на своего друга. — Неужели снова ляпнул, что золото пойдёт на благотворительность?»

Археологи поужинали. Настырный иеромонах начал просить показать ему компас. Этого никак нельзя было допустить, и Валере пришлось выдать ему спецзадание: организовать посещение Поющих пещер.

— Он меня утомляет, — пожаловался он напарнику после того, как церковник ушёл.

— Но это же была твоя идея с привлечением.

— Да. И в следующий раз я её буду реализовывать сам, без Денисок.

— Хочешь сказать, это из-за меня всё?

— Уже не говорю. Это уже просто само висит в воздухе.

— Сам накосячил, а на других сваливаешь.

— Точно. Сука и не поспоришь, — с грустью в голосе согласился Валера.