У Лиха один глаз и много имён. Оно появляется в годину самых ужасных событий и бедствий. Оно несёт гибель и разрушение всему живому, и горе тому, кто встанет на его пути. Тысячу раз — горе!

Валерий Васильевич мог бы пересчитать по пальцам все исторические источники, в которых упоминалось про приход Лиха. Точно неизвестно, что их призывает очнуться от вековечного сна. Война? Голод? Эпидемия? Падение метеорита? Да чёрт его знает, но скорее всего сильное возмущение мирового психополя. Достаточно парочки катаклизмов и вуаля: оно проснётся и начнёт привычную для себя деятельность. Кормится-то оно чем? Ну, человечинкой, это само собой, но в первую очередь — страданиями. Топает туда где этих страданий побольше и само же творит беду, нисколько не задумываясь о последствиях. Оно само по себе — стихийное бедствие. В период царствования Бориса Годунова, например, Лихо видели в Подмосковье. Так после этого было землетрясение в Москве, а кроме того — великий голод в течение двух лет. А дальше и вовсе началось Смутное время, когда всякая зараза из земли лезла, и затихло это всё только при Алексее Михайловиче Тишайшем лично отрядившего целую армию церковников и опасных людей для изгнания Лиха.

В другой раз Лихо удалось ликвидировать без особых последствий в 1816 году. Но там тоже на пару лет климат в мире ушёл в минус. Валера слышал, что эти твари — один из самых оберегаемых секретов восьмого отдела. Помнится Достоевский рассказывал, что в своё время разрабатывался проект по удалению спящего Лиха с территории СССР. Планировали построить ракету, а потом осторожно и бережно запульнуть её в космос вместе с чудовищем. Но его не реализовали, потому что рядом с этим чудищем всё разрушается и никаких гарантий, что, проснувшись в начале полёта, оно не начнёт буйствовать. Опять же: согласно данным учителя археологов Фёдора Михайловича Достоевского, Лихи на территории России ещё как водились, находились на строгом учёте и тщательно охранялись даже в святые девяностые. Американцы было пробовали сунуть нос в один из схронов, но были сразу предупреждены, что если хоть одно чудовище проснётся, то ответственные люди разбудят Лихо, спящее на Камчатке. Если помирать, то всем вместе. И ушлые америкосы, подсчитав на компьютере свои убытки, сразу пошли на попятную.

Тем страннее тот факт, что пещеры не охранялись. Если там дрыхнет Лихо, то где режим секретности? Где солдатики с автоматами и минные поля вокруг? Где это всё? Ладно церковник — личность впечатлительная и неопытная в таких вопросах, но Деня-то чего кипишует раньше времени? — не понимал Валерий Васильевич. Никто не захочет будить Лихо. Даже арабские террористы, которых считают самыми отмороженными в вопросах морали и этики. А всё почему? Правильно — кто его разбудит, тот в рай не попадёт. Аллаху тоже не нужны зашкваренные. Да и мало ли откуда синий фон? Хотя нет, другие варианты отметались. На крышке «Полароида» для тупых сотрудников специально нарисована инструкция. От проклятий — чёрный фон, от болезней — зелёный, а от воздействия потусторонней сущности — красный или оранжевый. Ну а если Вий? От воздействия дурного глаза Вия фон будет фиолетовым с мелкими точками. Вии умеют дырявить психополе, но откуда им тут взяться? Не Украина чай.

Утром Валера не стал размениваться на мелочи и заказал такси до пещер. Машина влетела в копеечку, а у археологов и так заканчивались наличные деньги. Нужно было срочно раздобыть где-то ещё, но к сожалению из-за честного Дениса жульничать было крайне сложно. Впрочем, Валера быстренько выкрутился. Развернув неподалёку от входа в Поющие пещеры треногу с компасом, он всем своим видом начал привлекать внимание прогуливающихся мимо туристов, а когда их стало совсем много, так и вовсе стал брать с каждого по пятьдесят рублей на капитальный ремонт пещеры. Не, а зачем они к нему подходили и спрашивали, что он делает? Сами виноваты. Когда Денис опомнился, Валера уже успел настрелять около пяти тысяч.

— Верни деньги! — возмущался Денис.

— Кому? Они на экскурсию ушли. Считай, что это пожертвования, — ухмылялся Валера.

— Отдай! Я их найду!

— Деня, не нервируй меня. У нас Капитон Маркович не завтракал. На обед обещаю шашлык.

— Вот, видели, с кем я работаю? — жаловался Денис церковнику. — Оставь его на минутку — и сразу начинаются проблемы.

— Денис прав. Валерий Васильевич, вы поступаете бесчестно, — согласился Капитон.

— А шашлык по-карски? Я куплю вам две порции, если вы переметнётесь на мою сторону, — уговаривал хитрый очкарик.

— Два шашлыка и бутылка красного, — начал торговаться церковник.

— О! Вы умный человек. Сразу видно — образование. Деня, ты в меньшинстве. Заткни рот салфеткой.

Денис в меньшинстве быть отказался и изгнал нечистую силу в лице Валеры с насиженного места. Иди, мол, изучай аномалию. А мы тут сами будем охранять компас. Валера не стал спорить. Вооружился «Полароидом», надел на руку маленький компас и пошёл. Отвёл глаза экскурсоводу и смешался с очередной экскурсией. В пещерах ему понравилось: хорошо, прохладно, бесплатные фуфайки выдают. Надо одну обязательно стыбзить на память. Ну действительно, не белые же тапочки из номера воровать? Примета плохая.

Он с умным видом фотографировал самые подозрительные места, слушал вполуха экскурсовода и хлопал вместе со всеми в ладоши, когда это требовалось. На фотографиях синий фон нигде не проявлялся. И это было очень странно. Если бы тут дрыхло Лихо, то фонило бы везде. Да и техника бы портилась. Валера сверился с компасом. Угу. На выход показывает, зараза. Что-то тут где-то врёт. Но что?

От голоса экскурсовода, в очередной раз запустившего шарманку про любовника Екатерины Второй, который обожал изменять своей императрице с её же фрейлинами, начало клонить в сон. Ой, ну всё же понятно: тут граф Орлов, а там Потёмкин, а там первая фрейлина двора потеряла свои кружевные панталоны… Да чё вы его слушаете-то с раскрытыми ртами? Половина его историй — сущее враньё! А та, прости Господи, вертихвостка, про которую он сейчас говорит, родилась на десять лет позже смерти Орлова. Чё же он её из могилы трахнул? Скучно, как в болоте с лягушками. Кругом ква-ква и никакой позитивной динамики.

Зевая, он отошёл от экскурсии и втихаря закурил, прячась за колонной из известняка.

— …Музыка этих естественных музыкальных инструментов, созданных самой природой, испокон веков повышает мужское либидо, — монотонно вещал экскурсовод.

«Прям, — подумал Валера, за версту чуявший враньё, — а по-моему, кто-то здесь нагло свистит, и это не пещеры».

Тут он услышал шорох и возню за своей спиной, отчего инстинктивно прижался к колонне.

— Вань… — послышался возбуждённый женский голос. — Возьми меня прямо здесь, чего ты стесняешься?

— Тань, неудобно же, вдруг кто чего? Ёлы-палы… — пожаловался мужской.

— Ты слышал, чё экскурсовод говорил? Либидо растёт. Когда ещё в пещере попробуем. Ну давай.

— Тань, ты сама-то слышала? Он своей бабе изменял с фрейлинами. Причём тут либидо?

— Вань, ты такой не романтичный. Я тебе вечером виски куплю. Снимай штаны!

— Да увидят нас!

Валера, устав слушать озабоченную парочку туристов, решил помочь.

— Ребзя — тссс! Это я, Валерчик. Никто вас не увидит. Трахайтесь себе спокойно. Я на стрёме постою… От души, по-братски, — свистящим шёпотом произнёс он.

Первым выскочил возмущённый мужчина, на ходу застёгивающий штаны, и свирепо огляделся. Никого. Только экскурсия в отдалении. За ним вышла растрёпанная женщина с фуфайкой на плечах.

«А что, удобно, — подумал Валера, — фуфайку подложил — и можно на камнях».

Он стоял на том же месте и лишь легонько отводил глаза. Туристы поозирались и решили больше не рисковать. Вот и правильно. Здесь даже у стен могут быть уши.

Валера докурил сигарету, подумал и достал ещё одну. Картина не складывалась. Дальше он шёл за экскурсией и каждые несколько минут сверялся с компасом. Как и положено, компас привёл его к выходу, а потом снова указал в глубь пещер.

Озадаченный археолог вышел на свежий воздух. Яркий свет солнца резанул по глазам. Пришлось шарить по карманам и надевать обычные тёмные очки. Денис приветливо махал ему рукой и звал выпить лимонаду. Валера отметил, что тот уже успел перетащить треногу на небольшую возвышенность, подальше от скопления любопытных туристов. Ну-да, ну-да — от греха подальше. А мог бы между прочим и денежек заработать, идеалист позорный. Зато как за стол, так он первый с ложкой.

Ему очень не хотелось возвращаться с пустыми руками. Он снова посмотрел на компас. Ага, в пещеры. Ну ладно, ещё кружок.

Поблуждав по пещерам около часа, он вышел к небольшому подземному источнику. Вода в каменной чаше была искусно подсвечена так, чтобы проходящие мимо могли сфотографироваться. Тут Валера снова встал на отдых покурить и сделать снимок на «Полароид».

Мимо него снова пошла очередная экскурсия. Археолог углядел деревянный мосток, пересекавший с краю источник, и решил спрятаться за ним. Надоели эти расспросы — «Почему курите без разрешения? Кто такой? И по какому праву?»

Дайте человеку нормально подумать без этого галдежа и радостных визгов.

Он присел за мостком на подходящий камень, похожий на гриб. Сделал несколько затяжек и начал задумчиво осматриваться.

Если не обращать внимания на каменные сосульки, то свод пещеры выглядел словно дуршлаг. Одни дырки. Из некоторых капала вода. Но почему так темно? Не разглядеть. А, ну да. Валера опомнился и снял тёмные очки. Сразу стало светлее.

Он сфотографировал источник. Проверил фотографию. Пусто. Обычная вода. Снова окинул взглядом отверстия в стенах. Блин, а если монеты прятали в таких вот естественных червоточинах? Их же тут миллионы! Распихали по тайникам — и ищи-свищи. Отсюда и вывод. Стрелка компаса вертится на золото и не может определиться. Монет же много. Если их тут, скажем, тысяча, то всё — хана! Ищи до морковкина заговенья.

За спиной послышалось шуршание. Посыпались камешки, захрустело. Валера недовольно поморщился. Опять озабоченные туристы растрахались.

— А ну свалили отсюда! Чапай думу думает! — заорал он и обернулся.

В следующую секунду он инстинктивно дёрнулся в сторону, уходя от удара клинка, блеснувшего красным. «Полароид» полетел в сторону.

Валера кувыркнулся боком, на ходу загребая рукой горсть мелких камешков и, вскочив на ноги, бросил их, целясь в лицо незнакомцу, появившемуся из тени. Тот закрылся правой рукой и одновременно нанёс удар с ноги. Валера подставил защищённый спас-жилетом живот, благодаря чему отлетел всего лишь на пару метров.

Незнакомец недовольно заскрипел. В пах целился — понятное дело.

— Ты кто? — выдохнул археолог, разглядывая тёмную фигуру в чёрных обмотках, расшитых защитной ведьмовской символикой. Лицо защищено деревянной шаманской маской. Незнакомец демонстративно опустил правую руку, и Валера не на шутку испугался. В правой руке нападавший сжимал обсидиановый нож. Вон чего, красным-то блеснуло. Напугал окаянный. А с каких это пор ведьмы таких киллеров подсылают? Не их метод. Так, чей мальчик? Кто потерял?

Валера по привычке задумался, изучая символы на одежде незнакомца. Но тот не позволил как следует подумать. Левая рука поднялась к ключице, и из-за плеча достала второй нож — метательный. И надо же: снова обсидиан заряженный страданиями невинных.

— Гражданин, это пошло! За такие ножи — высшая мера! — предупредил Валера, отступая к стене.

Незнакомец угрожающе заскрипел и поднял метательный нож, целясь археологу в лицо. Ну да, чего не попасть с четырёх метров-то? Валера нажал на кнопку в районе второго ребра. Жилет хлопнул, выпуская во все стороны облака ядовитого газа.

Противник закашлялся и метнул в него нож. Валера присел, прикрывая руками лицо, и нож угодил ему в правый бок, глубоко застряв в спас-жилете. Закапало.

— Да будь ты проклят навеки! — взревел археолог, осознав, что произошло. По заду и ногам потекло вино. Это было его вино! Он его даже ещё не попробовал! Только утром налил. А-а-а-а!

Валера нашарил в кармане подходящий амулет и перешёл в наступление.

— Сим предаю эту душу во власть вашу, — прошептал он над амулетом и бросил его в наступающего врага.

Противник завертелся, как бешеный. Со всех сторон из ядовитого облака к нему потянулись призрачные руки, стремясь разорвать добычу на части. Валера сначала обрадовался, а потом, понаблюдав, скис и полез в большой карман на спине.

Незнакомец очень быстро обрубил все призрачные руки обсидиановым ножом и даже не запыхался.

Стряхнув с себя последнюю призрачную руку, неведомая вражина развернулась и собралась было снова напасть, но натолкнулась на короткое ружьё, состоящее из металлических трубок и баллончиков, в руках археолога.

— У меня на полноценный огнемёт денег не хватило, — пожаловался Валера. — Однако тебе хватит и этого. Лови!

Археолог нажал на спусковой крючок. Незнакомец прыгнул в сторону, уворачиваясь от огненного сгустка, и попытался спрятаться за колонной.

— Бэнг! Бэнг! — захохотал Валера, стреляя по колонне. — Это напалм, по особому рецепту Дениски. Хрен ты уйдёшь, скотина! Бэнг!

Ниндзя не выдержал обстрела огненными ляпушками и предпочёл броситься наутёк. Бегая зигзагами, словно заяц, он рванул к деревянным мосткам, собираясь пересечь подземный источник.

— Куда?! — Валера подкрутил настройку огнемёта, после чего выстрелил навесом. Жирный огненный сгусток шлёпнулся прямо перед носом у наглеца, отсекая его от другой стороны пещеры.

Незнакомец обернулся. Валере показалось, что при свете огня его деревянная маска исказилась, словно от гнева.

— Ага! Не нравится? Не работает твоя колдовская защита от очистительного огня? — заорал он, обрадовавшись. — Ну, ничё! Сегодня я, Валера, твой личный инквизитор. Аз воздам! А все, кто усомнится в моей доброй воле, да будут развеяны пеплом по бесплодным пустошам. Молись, ублюдок! Огненное шоу только начинается! Бэнг!

Он прицелился. Ниндзя заметался на мостках, не решаясь спуститься в воду. Валера нажал на курок. Огненный сгусток зацепил ногу. Противник заскрипел и согнулся, пытаясь потушить пламя.

— Поздно каяться, сын мой. Этот состав горит даже в воде! — крикнул ему Валера.

И он для пущего эффекта начал насвистывать популярную немецкую песенку:

Getadelt wird wer Schmerzen kennt

Vom Feuer das die Haut verbrennt

Ich werf ein Licht

In mein Gesicht

Ein heisser Schrei…

К сожалению, в этот день фортуна повернулась к Валерию Васильевичу не самым приятным местом. С другой стороны пещеры послышались испуганные крики:

— Пожар! Горим! В пещере задымление!

Валера осекся и опустил огнемёт. Кто-то из сотрудников притащил огнетушители и начал поливать помост струями пены.

— Тут человек горит! Скорую!

Археолог зацокал языком от досады, наблюдая, как его противник деловито отобрал у сердобольного сотрудника огнетушитель и невозмутимо начал тушить сам себя.

Посторонних нужно было срочно убирать. Валера достал из нагрудного кармана другой амулет — «Бабайку».

— Сим заклинаю тебя: породи в разумах неразумных панику и смятение, — прошептал он.

Амулет зазвенел и лопнул в его руках. Люди, находившиеся в пещере, почти одновременно закричали от страха и начали разбегаться. Бабайка тем и хорош, что вызывает самые страшные образы и видения из самого детства. Каким бы ты храбрым и взрослым ни был, а Бабайка всё равно тебя испугает. Может быть, даже до мокрых штанов.

Через минуту пещера вновь опустела. Незнакомец самодовольно заскрипел и поднял огнетушитель над головой, демонстрируя, что он готов к бою.

Валера проверил давление в огнемёте и с сожалением отметил, что заряда совсем не осталось. Он демонстративно отбросил своё оружие в сторону и вытащил из-за пазухи титановые штыри. Эти уж точно не подведут: оружие старое, привычное, таким очень удобно ковырять вражеские черепушки.

— Иду в рукопашную! — предупредил он скрипучего врага.

Ниндзя, кажется, оценил его широкий жест и демонстративно отбросил огнетушитель в сторону. Встал в боевую стойку и свободной рукой поманил Валеру к себе, намекая, что собирается драться по-честному прямо на мостках, а проигравший полетит в воду.

Драться на мостках крайне неудобно — они узкие, а археолог прекрасно осознавал, что из-за жилета он будет в проигрышном положении. Слишком уж он в нём неуклюж. Но без жилета ещё опаснее. Нельзя, чтобы его этим ножом ранили. Обычного человека сразу парализует, а Валере придётся испытать адские муки, а потом ещё психополе залечивать. Обычная-то рана, нанесённая таким ножом, заживает годами, чего уж говорить про психополе. Только ведьмаки обсидиановыми ножами пользуются. Их почерк. Но что же это перед ним за солянка такая? Маска шаманская. Какого народа? На ирокезов похоже. У них были такие. Символы неизвестной ему школы ведьм… Нож обсидиановый… А казачок-то засланный. Иностранного производства. И кто же это? Зомбированный ведьмак? А почему он молчит? Где бу-бу-бу? Где заклинания? Где проклятья? Не умеет? Или они слабенькие у него?

«Нож. Нож надо сломать. Это его основное оружие», — размышлял Валера, поднимаясь на мостки и становясь напротив незнакомца в маске.

Тот опять самодовольно заскрипел и указал ножом на запястье археолога. Тот понял без слов. Ясное дело — компас с монетой хочет.

— А в жопу тебе не пойти бы? — вежливо отказался Валера.

Ниндзя качнулся вперёд и ударил, целясь попасть ему в шею.

Археолог скрестил штыри и блокировал выпад. Противник рванул нож назад. Полетели искры. Ниндзя отступил и начал плясать, делая обманные выпады. Валера начал подставлять защищённый жилетом живот, а сам наносить удары то правой, то левой рукой. У него же два острых штыря. Не одним, так другим достанет. Противник, не без оснований опасаясь Валериного жилета, снова принялся отступать.

— Стой, а поговорить? — Валера зажал штырь из правой руки в зубах и вытащил метательный нож, который всё ещё торчал в его жилете. Ой-фу, какое поганое оружие,( он сразу понял, что клинок закаливали в крови детей) и потому пользоваться таким реальный зашквар. Так-с, этого нам не надо. Вернём хозяину. Он сделал вид, будто собирается метнуть нож. Противник машинально пригнулся. Валера выпятил пузо и нажал ещё на одну потайную кнопку. Из клапана на груди вылетели два троса с иглами на конце и вонзились в плечо неприятеля.

— Му-фу! — торжествующе промычал археолог. В клапане прятался электрошоковый пистолет. Незнакомца затрясло от удара током. Вдогон полетел метательный нож, который угодил точнёхонько в маску и расколол её.

Часть маски отвалилась, и оттуда полетели шершни. Целая стая. Они набросились на Валеру и принялись яростно кусать, при этом старались целиться в голову. Археолог замычал от боли, убил парочку насекомых, а потом поскользнулся и полетел в воду. Следом за ним полетел притянутый за трос незнакомец.

Воды было по пояс. Археолог оттолкнулся ногами от дна и попытался встать, но его противник тоже не зевал. Оторвав от себя тросы с иглами, незнакомец ударил его кулаком по лицу. Валера выплюнул штырь, который всё ещё сжимал в зубах на пиратский манер, и отмахнулся было другой рукой, но враг ловко её перехватил и, заломив, заставил его согнуться так, что голова Валеры оказалась под водой. Следующий удар пришёлся в висок коленом.

Археолог сделал единственное, до чего додумался: раздавил ещё один амулет. Сам не знамо какой. Незнакомца окутала зелёная дымка, он громко заскрипел и был вынужден отпустить археолога.

— Ха-а-а!

Валера, почувствовав, что хватка врага ослабла, вынырнул и с наслаждением начал хватать воздух. Пострадавший ниндзя прекратил всяческие попытки на него нападать. Ему было некогда. Он бестолково махал руками и пытался освободиться от зелёного марева.

— А, ну тут на пять минут хватит, — сплюнул Валера и решил: — Пойду всё-таки за огнемётом схожу. Как-то надёжнее.

И он устало побрёл на ту сторону, где оставил своё оружие и фотоаппарат.

Уже у самого края каменной чаши он услышал мокрые шлепки и с изумлением обернулся.

Незнакомец заползал на мостки пузом и, судя по всему, собирался уходить по-английски. В руке у него Валера с изумлением увидел свой компас.

Как?! Он машинально ощупал запястье. Караул! Ограбили!

— Стой, сука! — Валера бросился к огнемёту. — Убью! Душу выну!

Но то ли ниндзя оказался глухим, то ли не расслышал. Когда Валера, чертыхаясь, подбежал к мосткам, тот уже был у самого выхода из пещеры. Археолог завыл белугой и принялся стрелять ему вслед. Нельзя его упустить! Взять живым или мёртвым! Лучше мёртвым! Да без разницы! Нельзя терять ни секунды!