Мы осторожно продвигались по разрушенным коридорам подземного уровня. Следы недавнего боя были повсюду — глубокие борозды на стенах, оплавленный металл, а местами даже лед, который почему-то не спешил таять несмотря на окружающую температуру.
— Здесь недавно была серьезная схватка, — пробормотал князь Соколов, внимательно осматривая повреждения, — Но почему-то без жертв. И эти следы… слишком уж чистая работа для обычных бойцов.
Айсштиль вдруг остановилась, её рука скользнула по заиндевевшей стене. В глазах богини промелькнуло что-то похожее на узнавание:
— Эта сила… — она нахмурилась, — Не может быть. Я чувствую здесь отголоски своей собственной мощи. Словно кто-то использовал частицу моей божественной сущности.
— В смысле? — не понял князь Соколов, — О чем вы вообще? Какая еще божественная сущность?
— Древняя история, — я положил руку ему на плечо, — Сейчас не время. Нужно найти Светлану.
— Может хватит темнить? — он раздраженно сбросил мою руку, — Моя дочь где-то там, возможно в опасности, а вы все ходите вокруг да около с вашими тайнами!
— Если я начну объяснять все сейчас, — спокойно ответил я, — мы потеряем слишком много времени. А его у нас и так мало.
Князь Соколов вздохнул… но больше ничего не сказал.
Эмми тем временем изучала следы на полу:
— Тут была настоящая битва. Смотрите — следы когтей, опалины от энергетических разрядов… И что-то еще. Что-то… неправильное.
— Что именно? — спросила Айсштиль, подходя ближе.
— Не знаю, — Эмми поёжилась, — Словно кто-то играл с самой тканью реальности. Видите эти искажения в воздухе? Они остаются даже после боя.
Я кивнул — я тоже это чувствовал. Словно само пространство вокруг было чем-то искажено. Будто кто-то мял реальность, как пластилин.
— Будьте осторожны, — предупредил я, — Возможно, опять имеем дело с осколками…
— Вы все говорите загадками… — начал было князь Соколов, но договорить не успел.
Воздух вокруг нас вдруг загустел. Тонкие нити силы, до этого незаметные, вспыхнули ярким светом, образуя сложный узор. Мы оказались в ловушке — внутри многослойного барьера, сотканного из очень древней и очень опасной магии.
— Вот теперь я действительно впечатлен, — процедил князь сквозь зубы, активируя защитный покров.
Из теней выступили трое в облегающих черных костюмах и высокотехнологичных масках. Их появление было настолько внезапным и бесшумным, что даже мои обостренные чувства не уловили приближения. Они словно соткались из окружающей тьмы.
Маска первой была украшена серебристыми узорами, напоминающими течение подземных рек. Второй носил черную маску, покрытую звездными узорами, словно кусочек ночного неба. Маска третьего, самого высокого, была украшена багровыми линиями, складывающимися в древние руны.
— Наконец-то, — произнесла женщина в серебристой маске, и её голос звучал как музыка подземных пещер, — Мы так долго ждали этой встречи, Эстро.
Я вздрогнул — я узнал этот голос. Уже слышал его примерно месяц назад.
— Эстро? — удивленно переспросил князь, — Это еще кто такой?
— Долгая история, — отмахнулась Эмми, собирая в ладонях огонь, — Давайте сначала разберемся с этими.
— О, маленькая смертная хочет драться? — насмешливо протянула женщина в серебристой маске, — Как это… мило.
— Я тебе покажу «мило»! — Эмми метнула огненный шар, но он просто растворился в воздухе, не долетев до цели.
— Неплохо, — хмыкнул звездная маска, — Но старайся лучше.
Айсштиль вдруг шагнула вперед. В её глазах плясали льдинки:
— Это невозможно… но я узнаю эту силу. Эгилия? Ноктус? — она перевела взгляд на высокую фигуру, — И ты… Аймос?
— Кто? — прошептала Эмми.
— Древние боги подземного мира и ночи, — тихо ответил я, — Точнее… то, что от них осталось.
— Чего? — вытаращился на нас Соколов.
— Браво, дорогая Айсштиль, — женщина в серебристой маске медленно сняла своё украшенное узорами «забрало». Под ним оказалось прекрасное бледное лицо с глазами цвета расплавленного золота, — Память все еще при тебе. Жаль только, что ты выбрала не ту сторону.
— Это вы выбрали не ту сторону, — отрезала Айсштиль, — Служить смертным… как низко вы пали…
— О чем она? — требовательно спросил князь, — Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит?
— Потом, — бросил я, чувствуя, как Бездна внутри готовится к схватке.
— Довольно болтовни, — прогудел мужчина в багровой маске. Его голос напоминал рокот подземной реки, — Нам дан приказ. Эстро должен быть доставлен живым к боссу. Остальные… по обстоятельствам.
— Только попробуйте тронуть Костика! — воскликнула Эмми, и её огненное платье вспыхнуло с новой силой.
— Как трогательно, — насмешливо протянула женщина в серебряной маске, — У тебя появились привязанности к смертным, Эстро? Играешь в заботливого учителя? Как это… по-человечески.
— А что в этом плохого? — парировал я, — Может, именно этого вам и не хватает — человечности?
— Человечность — это слабость, — отрезал Аймос, — Мы избавились от неё, чтобы стать сильнее. Чтобы служить высшей цели.
— И чья же это цель? — прищурилась Айсштиль, — Ваша? Или того, кто дергает вас за ниточки?
— Он показал нам истину, — голос Эгилии стал неестественным. Словно у робота которого дергали за ниточки, — Открыл глаза на реальное положение вещей. Старый мир должен умереть, чтобы родился новый.
— Да вы послушайте себя! — не выдержал князь Соколов, — Несете какую-то чушь про старые и новые миры! А между тем куча людей в опасности! И моя дочь!
— Ваша дочь сейчас занята более важными делами, — усмехнулась Ноктус, — У каждого своя роль в грядущем представлении.
— Ну хватит, — я сделал шаг вперед. Бездна запульсировала в моих ладонях, — Давайте уже покончим с этим.
— Как пожелаешь, — Аймос поднял руки, и вокруг его пальцев заплясали сгустки багровой энергии, — Ты всегда был нетерпелив, Эстро.
Я едва успел создать барьер Бездны, когда их первая атака обрушилась на нас. Три потока силы — серебристый, черный и багровый — слились в единый удар такой мощи, что даже мои лучшие защитные техники затрещали.
Айсштиль уже создавала ледяную бурю, Эмми активировала свое самое мощное пламя. В воздухе запахло озоном — от столкновения стольких разных энергий само пространство начало потрескивать.
Новая волна силы обрушилась на наши щиты. Битва началась.
Человек в звездной маске, предположительно Ноктус, сделал резкое движение рукой. Силовые нити барьера, стянулись, готовые опутать нас подобно паутине. В тусклом освещении подземных коридоров они мерцали недобрым светом, создавая сложный узор древней магии. Я чувствовал, как эта сеть высасывает энергию, делая движения медленными и тяжелыми.
— Костя, — сквозь зубы процедил князь Соколов, пытаясь разорвать путы чистой силой. Но у него ничего не получалось, — Сделай что-нибудь!
— Уже, — я позволил Бездне течь сквозь меня.
Черные узоры побежали по коже, реальность вокруг задрожала. Я прикрыл глаза, вспоминая. Да, эту технику я уже использовал… очень давно. Тогда она называлась «Искажение Пустоты». И ее создателем являлся как раз Ноктус. Он и обучил меня этой технике в свое время.
— Смотрите внимательно, — усмехнулся я своим противникам, — Сейчас будет урок физики.
Бездна хлынула из меня подобно черному потоку. Но вместо того, чтобы атаковать барьер в лоб, она начала закручиваться вокруг силовых нитей особым образом. Пространство исказилось — словно кто-то свернул саму реальность в спираль.
Силовые линии начали дрожать, их свечение стало неровным. Там, где их касалась моя тьма, пространство выворачивалось наизнанку, нарушая все законы физики. Послышался звук, похожий на треск рвущейся ткани.
— Черт тебя дери, Эстро! — расхохотался Ноктус, — Эта печать была создана древними…
— Ваши фокусы устарели, — ответил я ему.
С последним словом я резко сжал кулак. Бездна схлопнулась, утягивая силовые нити в крошечную черную точку. На мгновение воздух загудел от чудовищного напряжения, а потом…
Хлопок.
Тишина.
Барьер исчез, словно его никогда и не было. Только легкие искажения в воздухе напоминали о недавней магии.
— Вот это да… — выдохнула Эмми.
— Позёр, — фыркнула Айсштиль, но в её голосе слышалось одобрение.
Я размял плечи, чувствуя, как Бездна внутри требует продолжения:
— Ну что, господа древние боги… Может, перейдем к серьезному разговору?
Ноктус резко взмахнул руками — из его ладоней хлынула тьма… но не такая как у меня. Его тьма была живой, пульсирующей, словно кусочек звездного неба сорвали с небосвода и швырнули в нас. Тысячи крошечных созвездий с острыми краями закружились в воздухе, формируя смертоносный вихрь.
— Эмми! — крикнул я, отступая на шаг.
— Уже! — рыжая ведьмочка вскинула руки, и её огненное платье вспыхнуло с новой силой.
Два Дара — Огонь и Ветер — слились воедино, создавая пылающий смерч. Огненный вихрь столкнулся с тьмой Ноктуса, и в воздухе запахло озоном.
— Неплохо, малышка! — одобрительно присвистнул древний бог, — Эстро, где ты находишь таких талантливых учениц?
— Да так, — я пожал плечами, наблюдая, как Эмми теснит его атаку, — Хожу по улицам, раздаю конфетки детишкам…
— Как в старые добрые времена? — Ноктус рассмеялся, усиливая напор тьмы, — Помнишь, как мы с тобой в обликах смертных надрались в том баре? Ты еще поспорил с Громовержцем, что сможешь…
— О боги, только не эта история! — простонала Айсштиль, закатывая глаза, — За тысячелетия ничего не поменялось! Эстро встретился с Ноктусом — и началось ля-ля-ля… Может быть молча подеремся?
— А что такого? — искренне удивился Ноктус, походя отбивая особо мощный огненный вихрь Эмми, — Мы тысячи лет не виделись! Эй, Эстро, а помнишь ту смертную служанку? Такая рыженькая была…
— Которая вылила тебе на голову кувшин медовухи? — усмехнулся я, создавая несколько темных клинков. Они ударили в созвездия, разрезая их на части, — Конечно, помню. Ты потом неделю пах как винная лавка.
— У НАС ВООБЩЕ-ТО БОЙ ИДЕТ! — не выдержала Эгилия, топнув ногой. От её удара по полу пробежали серебристые трещины. Они с Айсштиль с большим пониманием посмотрели друг на друга.
— Да ладно тебе, Эги, — отмахнулся Ноктус, — Дай поболтать со старым другом. Тем более, ты сама тогда хохотала громче всех…
Князь Соколов переводил недоуменный взгляд с одного на другого:
— Я что, один тут с ума схожу? Они что, правда обсуждают попойку тысячелетней свежести?
— Привыкай, — вздохнула Айсштиль, — Эти двое всегда такие. Помню, однажды они умудрились обсуждать смертных женщин прямо посреди переговоров с ледяными титанами… А Ноктус взял и прибил их лидера за то, что тот его перебил…
— Ледяными титанами? — лицо князя начало вытягиваться. Кажется, он полностью потерял нить повествования.
— Эй, тот великан сам напросился! — возмутился Ноктус, создавая новую волну тьмы, — Он оскорбил мой вкус в выборе вина!
— У тебя и правда был отвратительный вкус, — заметил я, отбивая его атаку, — Кто вообще пьет красное вино с замороженными креветками?
— Зато ты вечно выпендривался со своими коктейлями из Бездны! — парировал древний бог, — «О, это особая выдержка, прямо из глубин Пустоты… как освежает…»
— Ты готовил коктейли из Бездны? — вытаращилась на меня Эмми.
— Ну… было дело, — улыбнулся я, — Могу позже угостить…
— А еще на Кулебякина гнал с его самогоном… Сам-то хорош!
— ХВАТИТ! — рявкнул Аймос, и его голос прогремел подобно грому, — У нас приказ!
— Технически, мы продолжаем сражаться, — педантично заметил Ноктус, закручивая в руках очередную порцию звездной тьмы, — Хотя… да, ты прав, бой превратился в фарс. Прости, друг, — он повернулся ко мне, — Ничего личного, но приказ есть приказ.
Его следующая атака была гораздо мощнее — тьма хлынула настоящим потоком, грозя смести все на своем пути. Но Эмми не зря тренировалась все эти месяцы — её огненный вихрь, усиленный ветром, создал настоящую стену пламени.
Юная де Арагон была худшим противником для Ноктуса.
— Слушай, — крикнул я, наблюдая за их противостоянием, — А может, обсудим это за кружечкой?
— Заманчиво, — вздохнул Ноктус, — Но… сам видишь, — Он указал на свою маску, — Босс держит нас крепко.
— НИ СЛОВА БОЛЬШЕ! — Айсштиль метнула в него ледяное копье, — Еще одна история из вашей бурной молодости, и я за себя не отвечаю!
Айсштиль, Эгилия и Аймос смотрели на нас так, словно сейчас забудут про разногласия и пойдут втроем надирать нам с Ноктусом задницы.
— Какие мы нервные, — покачал головой древний бог ночи, легко уклоняясь от атаки, — А ведь ты тоже там была, на переговорах с титанами. И, между прочим, именно ты предложила мне шлепнуть того…
Договорить он не успел — Айсштиль создала целый град ледяных стрел, и ему пришлось сосредоточиться на защите.
— Так нечестно! — крикнул он, уворачиваясь, — Я даже историю не успел рассказать!
— И слава богам! — отрезала богиня льда, — Некоторые вещи лучше не вспоминать!
Я не мог сдержать улыбку, глядя на эту сцену. Даже спустя тысячелетия, даже став врагами, мы с Ноктусом оставались друзьями. Мы бились в полную силу, но продолжали подшучивать друг над другом, словно время повернуло вспять.
— Костя, — тихо произнес князь Соколов, создавая перед нами огромный защитный барьер, — Вы с Айсштиль общаетесь как старые знакомые с этими… странными людьми, очень похожими на древних богов. Это всегда так… неформально проходит?
— Не всегда, — я покачал головой, — Но с Ноктусом — почти всегда. Он никогда не умел быть серьезным. Вроде отвечает за Тьму и Ночь — но по факту милейшей души бог…
Лицо князя Соколова еще немного вытянулось… хотя куда уж дальше?
— Эй, я все слышу! — возмутился древний бог. Он внезапно сорвал с себя маску, обнажив бледное серо-голубое лицо. Его глаза напоминали два блюдца тьмы — обычные глаза старины Ноктуса, — Я вообще-то само воплощение Тьмы и Зла! Вот, смотри!
Он состроил настолько комично-суровую гримасу, что даже Эгилия не выдержала и фыркнула.
— Ладно, — вздохнул я, — Как насчет того, чтобы закончить наш маленький спарринг и всё-таки сходить выпить? Я угощаю.
— Прости, друг, — в голосе Ноктуса впервые прозвучала искренняя грусть. Он надел маску назад, спрятав свое бледное лицо, — Но я не принадлежу себе.
— Значит, придется порвать эти ваши связи с «боссом», — я собрал в ладони энергию Бездны, — Надеюсь, ты не обидишься?
— Какие обиды? — он усмехнулся, — Старые друзья, знаешь ли, имеют право надрать друг другу задницы. Для профилактики.
Битва вспыхнула с новой силой.