Знаете, гуляя по просторам сети, чего только не найдёшь. Блин, сетки-то как раз не хватает, жесть как не хватает! Так вот. Была там одна наркоманская теория, про то, «что принимал Бог, когда создавал разные интересные вещи». Типа, утконоса — после бутылки водки, мамонта — хорошо болтанув ерша, всяких морских дьяволов — на трезвую похмельную голову. Мужчину — со светлой головой и взглядом, устремлённым в будущее. А женщину… не суть, короче.

Но мне интересно, что курил местный бог или пантеон богов, когда создавали стеллингов. Ладно бы, это были бы какие-нибудь инопланетяне, там, типа чужих, а это же… эльфы? Ну, гуманоиды, короче! А тут запары с получением пола, какие-то испытания дурацкие, местный светлый коммунизм, который нифига не светлый, но очень навязчивый. Что-то мне подсказывает, в создании моей расы участвовали вещества. Возможно, тяжёлые.

К чему я всё это? К тому, что не люблю я стоять перед высоким начальством. Знаете, это такой токсичный опыт, который плохо сказывается на коже, как любила говорить моя бывшая. И я могу с ней не соглашаться во многом, но конкретно в данном пункте…

— Хм, — многозначительно произнёс Папаня, изучая клык.

Седьмая стояла рядом с ним, периодически косясь в мою сторону.

А я? А чего я — стою, улыбаюсь, раздражающе действую на начальственные нервы… нет, это плохая идея, фу.

Почётный комитет по встрече скромного меня состоял из Шестёрки (Ня!), Восьмёрки и Двоечки. Ну и Папаня, куда ж без него! А, ну и Единички, которая первой и подошла ко мне, и обняла в своей медвежьей манере. Я стойко выдержал это испытание. И три единицы отчаяния, которые я спешно засунул в «тело», ни причём! Не докажите!

В общем, не отходя от кассы, Семёрка презентовала мой охотничий трофей, посетовала, мол, такую хорошую шкуру пришлось оставить в лесу. Шестая поохала, Восьмёрка зло посверлила взглядом, а Папаня со своим вечным покерфейсом взял в руку добытый кровью, огнём и потом клык (мне кажется, Ара и приключения в казематах можно считать отдельным отягощающим фактором).

— Старый варшан, сильная кровь, — вдумчиво сказал Папаня, водя пальцем по трофею. Поднял взгляд и посмотрел на меня. — Неужели Тринаверсе настолько умелая охотница, что смогла добыть такого свирепого зверя сама?

Хм, это вопрос ко мне, или в принципе?

Седьмая сложила руки на груди и дёрнула ушами.

— Я могу подтвердить, что от начала и до конца охоты Тринаверсе сделала всё сама.

Я гордо выпятил грудь вперёд.

— А то ж. Мы вам не пальцем деланые!

Папаня прикрыл глаза, затем покосился на Седьмую. Её уши прижались к голове, а сама она нервно хихикнула.

— В то место ударила молния…

Мой родитель снова посмотрел на меня, словно бы ожидая объяснений.

— Бывает, — пожал я плечами.

Внимание, ваш Покровитель (Пикачу) недоволен! Инициирован удар током.

Ай!

Я потёр свои щёки. Если я что и понял про жёлтый электровеник — люлей он раздаёт по поводу и без. Кстати, Система, а где моя награда, я тут вроде квест закрыл?

Системный администратор не доступен, просьба дождаться его возвращения!

Систем, столько пить — вредно! Ты это, хоть закусывай иногда!

Папаня вернул клык в руки Седьмой. Посмотрел на меня холодными синими глазами.

— Ты справилась, Тринаверсе.

Внимание! Вы прошли первый этап задания «Свой в доску» — испытание Леса!

Внимание, награда не определена! Приносим извинения за временное неудобство!

Точно в запой! Таак, где там была вкладочка «подать жалобу»?

Вы точно уверены, что хотите это сделать?

Как пить дать — хочу!

Вы точно-точно уверены?

Разумеется!

Вы прям точно-точно-точно уверены?

Систем, ты мне угрожаешь, да?

Закопавшись в окошки, я не заметил, как Шестая меня обняла.

— Ты такая молодец, Тринаверсе!

Я улыбнулся сестре. Та убрала с меня руки.

— Я молилась за твоё успешное возвращение. Я рада, что Прапредок защитил тебя, Тринаверсе.

Я освежил в памяти последние события. Что там у нас было? Издевательства от Семёрочки — чек. Курорт со всеми неудобствами в лесу — чек. Встреча и адский отжиг с Аром Густаве — чек. Побег через баг — чек. Новый отжиг, и охота на варшана с сеансом электрического стула — чек. Хм, да у меня насыщенная жизнь! Да, лишний баф от Прапредка не помешает.

Я заметил, как Шестая зачарованно смотрела на мои щёки. Упс, я и забыл, что источаю кавай!

Я подмигнул ей.

— Пойдём! Я тебе столько расскажу! И да, — мои уши дёрнулись, — ты это, Прапредку откат потом не забудь оформить. Он мне крепко помог!

Шестая моргнула. Закрыла глаза, помотала головой, открыла их.

— Знаешь, Трина, иногда тебе лучше молчать, — развернулась онав сторону пещеры и зашагала внутрь. Обернулась и мотнула головой. — Пойдём внутрь!

Напоследок я пересёкся взглядами с жутко недовольной Восьмёркой. Интересно, за что она меня так невзлюбила, м-м?

* * *

Ар Густаве оставался безмолвен на протяжении всего рассказа. Разве что в его взгляде, если встретиться с ним, можно было заметить что-то очень усталое, опасное и даже обречённое. Когда Эр Анзан закончил свой рассказ, повисла гнетущая тишина. На столе горела жёлтым пламенем свеча, давая пляшущие тени.

Борлох повернул на патрона. Тот прикрыл глаза, держа руки на коленях. Эр Патер промочил губы водой из кружки.

— Это всё, что нам удалось узнать о ррейховом отродье и его похождениях в Гелоне.

— Просто вот так взять и сбежать из каменной темницы… — донеслось тихое от Ара.

Анзан погладил бороду.

— Магия, Ар. Как есть магия.

Патер стукнул кулаком по столу. В его глазах было что-то безумное.

— Даже чародеи из башни не смогли бы такое провернуть! Не говоря о Самом!..

Густаве фыркнул. Открыл глаза, уставившись на пламя.

— Для обычной твари — может быть. Но это отродье… Верно, Борлох?

Заметив взгляд патрона, тот поторопился втянуть живот и выпрямить спину.

— Конечно, вашество! В смысле, — он нервно рассмеялся, — да, ррейхова тварь! Только мы её, эта, собирались её загнать, так она бум! — он развёл руками в стороны.

Ар вздохнул. Священники с интересом покосились на Густаве.

— А вы, Ар?.. — поднял голову от бумаг Патер.

— Достопочтенные Эры, я упустил его. Как и вы. И эти… — он повёл плечами. — Раны я получил в бою с этим чудовищем.

Анзан и Патер переглянулись.

— И вы хотите?.. — поднял бровь Патер.

— Мне нужен от вас приют, благословение Шестирукого и исцеление.

В голосе патрона почти что воочию ощущалось извинение. Местный глава духовенства покачал головой.

— Простите, Ар, но в данный момент мы можем помочь только приютом, да и то… — он провёл ладонью вокруг себя, — Да и то нам самим едва-едва хватает, — он выдержал паузу и постучал пальцами по столу. — Я не знаю, как мы переживём эту зиму. Слишком многое надо восстановить, слишком много раненных… слишком, — его голос дрогнул на последнем слове.

Ар сжал кулаки.

— Я понимаю, Эр, ваше положение. Но и вы должны понимать: будет только хуже. Эта тварь может принести бедствие во всё королевство. И мы обязаны остановить её здесь и сейчас…

Патер кивнул.

— Я разделяю ваше намерение, Ар. И в то же время… как глава местной общины и невольный управитель Гелоны… — он потёр виски, — а вы ведь помните, что стало с Ганом Ванидзе — мне приходится отвечать за моих людей, Ар Густаве. Мы можем дать вам приют, но даже если вы потребуете именем Сана Георгино и титулом церкви, — он сглотнул, — вы будете вынуждены ждать, как и все паупертии Гелоны.

Ар Густаве поднялся из-за стола. Эр Патер ответил тем же. На фоне грузной фигуры патрона священник смотрелся голым лупелем, который едва-едва отполз от сиськи мамки. Сам же Ар напоминал даже не животное — непоколебимую скалу, о которую не раз и не два разобьётся море и ветер. И та даже не дрогнет.

Разумеется, разговор и накал страстей привлёк внимание жителей Гелоны. Старик с впалыми глазами поднялся с пола, где он жевал кусок хлеба. Дети, плотной стайкой окружившие Ара, дружно повскакивали с мест и спрятались за скамейкой. Женщины, мужчины, калеки, молодые и старые — они плотным кольцом обступили Густаве и Патера.

— Вы можете приказать мне, разумеется, Ар, — священник поставил перо в чернильницу. Гордо поднял подбородок. — Но вы не можете пойти против народа. Война с этим стеллингом почти погубила наш город. Если всерьёз настроены с ним сражаться… — он покачал головой. — Зовите подмогу. Но зовите её не здесь.

Борлох почесал затылок.

— Вашество, я, как бы… — заметив взгляды Густаве и Патера, он тоже смолк.

Ар поднял забинтованную руку.

— Тогда мне нужно от вас только ваше слово, слуги Шестирукого. И я покину этот город. И обещаю, что больше…

Анзан покачал головой.

— Его святейшество лично возложил руки на каждого, кто здесь собрался. Лично убирал ожоги и возвращал из хватки…

Патер поднял руку.

— Довольно, Анзан.

Толпа безмолвствовала, но было что-то очень мрачное в том, как эти люди молчали. Это было отчаяние — отчаяние тех, кто лишился всего, кроме жизни. Священник склонил голову.

— И хотя я могу понять и поддержать ваш неугасающий огонь желания убить стеллинга, я правда не могу вам помочь. Не в ближайшее время.

— Вы понимаете, что… — начал было Ар.

Вместо ответа Эр просто стянул с себя кардинальскую шапку и провёл по волосам, которые теперь были полностью седые, а до того — ярко-соломенные. Толпа ахнула. Борлох сглотнул и попятился назад.

Именно так выглядело проклятие тех, кто зачерпнул силы больше, чем могло выдержать тело — старость настигала их в юности. Борлох слышал о таком от своего деда, бывшего в юности сказителем. Но увидеть вживую…

Ар прикрыл глаза.

— Так вот оно как. Вы просто больше не можете.

Эр Патер грустно улыбнулся и нахлобучил шапку обратно.

— Не только я не могу, уважаемый Ар. Весь приход истощён. И если ваши раны терпят — позвольте им пока потерпеть. Если же нет…

Густаве кивнул. Медленно поклонился.

— Что ж, Эры, позвольте тогда с вами распрощаться, — он повернулся в сторону выхода. — Борлох, ты свободен.

Толпа расступилась, позволяя грузной фигуре Ара выйти наружу. Борлох какое-то время просто стоял, раскрыв рот. Наконец, он помотал головой и рванул следом.

— Вашество, подождите меня!

* * *

— И потом с неба молния такая — «бабах»!

Шестая, почему-то вся бледная, судорожно покивала головой.

— И?..

— И варшан спёкся. Финита ля комеди. Отбегался, — я мечтательно прикрыл глаза и вздохнул. — Жалко, мясо нам нельзя — я бы не отказался от жаркого… реально, варшанчик пах так вкусно!

Я покосился на Шестую. Та аж вся позеленела.

— Ты чего это?

— Пятница-кун… — она поёжилась. — Как ты можешь с таким упоением рассказывать о том, как ты ради испытания лишил жизни живое существо? Или о том, как ты сжёг целый город? Это же… — она прижала уши к голове, — ужасно!

Я чуть не поскользнулся на камнях.

Беседа происходила где-то в глубине туннелей — как раз узкое место, где приходилось осторожно выбирать шаг и лавировать между камней. Влага, сырость — и я чуть было не приземлился задницей на холодный камень.

А, забыл сказать! Лук у меня, разумеется, уже давно отобрала Семёрка (не больно-то и хотелось).

Я повернулся к Шестой и сложил руки на груди.

— Слушай, я-то тут при чём⁈ Я умереть мог!

Сестра натянуто улыбнулась.

— Я понимаю, ты не виноват… что притягиваешь неприятности. Тринаверсе была такая же.

Да, да, я видел в свойствах, что моя тушка — эротический магнит для всех фейлов и бед. И что с того? Вслух я сказал другое:

— Вот и порадовалась бы за меня, что я выжил! Вопреки!

Уши Шестой опустились. Она сложила руки на груди.

— Пятница-кун, ты ведь не осознаёшь, что ты своими действиями обрёк на горе многих людей, и даже лес?

Я нахмурился. Так, Шестая, ты вроде не совесть, чтобы будить во мне угрызения. Нет, я, конечно, понимаю, что мои действия порой — тот ещё пьяный угар. Но реально, это не я, это мир такой! Я всего лишь жить хочу! И жить хорошо! И наконец-то стать мужиком и уйти с тянкой в закат!

— Знаешь, вот побываешь в моей шкуре, — мрачно буркнул я, — потом и будешь говорить, что и как. Меня слишком много раз пытались убить за мою короткую новую жизнь. С волками жить — как волки выть! — я многозначительно поднял палец.

Шестая покивала.

— А мне нравится этот образ. Нет, не подумай, я тебя не осуждаю. Просто… если у тебя есть возможность выбраться из беды, не впутывая посторонних — подумай о таком варианте, пожалуйста.

Она обогнала меня и зашагала дальше. Я сложил руки на груди и надулся. Нет, ну вы только подумайте! Я тут, значит, страдал, проходил через огонь, воду, зачарованный очаг!..

Системный администратор вернулся.

…а это вообще ни капельки не ценят! Так, кстати, о птичках. Где мои плюшки за квесты и выживание, систем, а? Я требую моральной компенсации!

Системный администратор покинул систему.

Фыркнув, я поспешил за сестрой — перспектива потеряться меня вообще не прельщала.

— Кстати, мы в лазарет, или мне уже пора в общую палату?

Шестая повернула голову. Нахмурилась и дёрнула ушами.

— М-м… а как ты себя чувствуешь?

Я вызвал статы.

…

ОЖ — 18/19

…

— Знаешь, я бы не отказался ещё в лазаретике полежать.

Сестра притормозила и прищурилась, вглядываясь в моё совершенно честное лицо.

— Что-то мне говорит, Пятница-кун, что ты вполне себе здоров и полон сил.

У меня дёрнулась бровь. Я сложил ладони вместе.

— Шесть-чан, как ты можешь мне не верить! Я же самый больной и неудачливый стеллинг во всём мире! Меня спасёт только банка варенья и корзина печенья! — каюсь, не удержался.

Сестра захихикала, приложив руку ко рту.

— Если уж что и правда — то про невезучесть. Давай-давай, поторапливайся! А то ни сладкого сока, ни булок не получишь!

Я поднял бровь. Так, гугл, что ты там мне напереводил?

Лёжа в спальном мешке и занимаясь блаженным ничегонеделанием (в полном одиночестве, надо сказать), я смотрел в потолок, размышляя о вечном. О прокачке, разумеется! Деморежим грозился подойти к концу, а я так и не понял, нужен ли мне жёлтый электровеник…

Ваш Покровитель недоволен…

…или нет. С одной стороны — шарах тундером и тундагой — выше всяких похвал. Бонус призвать грозу, конечно, не всегда удобен. Не опробовал только мастера быстрого съёба (хорошо, что не пригодилось), а так… куча ОМ, своеобразная система с накоплением заряда. Короче, да я внезапно маг!

Из минусов — скабрезный характер жёлтого Гитлера.

Ваш Покровитель недоволен…

Я потёр щёки, которые горели от боли. Так, мыша, спокойно, это я не про тебя, спокойствие, только, как говорится, спокойствие. А то заизолируем!

………

Ваш Покровитель (Пикачу) задумался…

И да — кавайные щёчки успели достать. Если я и до этого умудрялся притягивать взгляды, то теперь меня как будто обмазали мёдом и выставили перед ульями. Даже Шестая, вольно или невольно, скашивала на них взгляд! А у неё, как я заметил, был своеобразный иммунитет к этой ауре кавая!..

Хм, интересно кстати, а почему? Она же такая милая и серьёзная девушка (стеллинг). Даже вроде прошла эти испытания, если я ничего не путаю. А чего она не отделится от семьи, реально? Или у стеллингов подросткового бунта не предусмотрено по умолчанию? Или…

Но мои мысли прервали две вещи. Первое — системное сообщение, которое я уже и не думал увидеть.

Системный администратор вернулся.

Получено сообщение:

Хочу в отпуск

А второе — появление моей дражайшей сестрицы Восьмёрочки. Которая, воровато оглядевшись, проскользнула внутрь. Я повернулся на бок и положил руку под голову… в этот момент наши взгляды встретились. Ну как встретились. Её глаза точно познакомились с моими очаровательными мешочками-ямочками на щеках.

— Хеллоу, — лениво помахал я рукой.

Восьмая помотала головой. Сделала шаг вглубь.

— Добрых тебе звёзд, Тринадцатая, — ещё один шаг, такой лёгкой, почти кошачьей походкой.

Я насторожился и приподнялся на локтях. Затем уселся по-турецки. И да — что-то в её роже яяявно было бандитское. Вот прямо как у Вовчика, когда он замешивал свой коктейль «буря в пустыне». Ну что, нас разметало, да. Я как прилип к унитазу, так и провёл это горячее свидание до самого утра.

— Что-то они не очень добрые, Восьмая. Чего надо? — я улыбнулся, параллельно вызывая вкладочку с отчаянием.

…

Отчаяние — 4/20 — медленное запаливание пятой точки (Покровитель курит волшебный баобаб и передаёт привет)

…

Недолго думая, я закинул всё в тело. Это, можно сказать, уже рабочий инстинкт.

Восьмая сверлила меня взглядом.

— Я не верю, что ты смогла пройти три испытания из шести. Седьмая, должно быть, тебе помогла.

Я закатил глаза к потолку. Нет, ну вы серьёзно?

— Какая часть тебе непонятна, Восьмёрочка? Если Седьмая мне и помогла… — я ухмыльнулся. — То только в части про удаление клыка из зверя. Добыл я его сам! Вот, вот этими руками!

Ваш Покровитель (Пикачу) недоволен…

То есть твоими тундерами, да, всё твоими заслугами.

Ваш Покровитель (Пикачу) смущён…

Да вы серьёзно⁈

— Тринаверсе.

Я покосился на Восьмую. Та медленно поднесла руку ко лбу.

— Если ты на самом деле способна на что-то вроде того, чтобы убить варшана… докажи мне это здесь и сейчас!

Так, я не поняла…

Получено задание: «Пусть ненавидят, лишь бы боялись».

Сложность задания: Средняя (4)

Название: Пусть ненавидят, лишь бы боялись.

Описание: Товарищ 13, родина (в вашем лице) в опасности! Тов. 8 не верит в вашу уличную магию! Докажите этой нахалке обратное!

Задача: Дзе Морталь Комбат бегинс (фаталити будет излишним)

Награда:???

Штраф/Наказание:???

Внимание, задание будет принято автоматически!

Воу! Систем, притормози на повороте!

Между тем, события развивались дальше: Восьмёрочка вдавила пальцы в свой лоб, её татуировка покраснела. А потом по кончикам пробежали разряды. Один, второй… Кажется это… молния?

Я, уже готовившийся экстренно эвакуироваться, вдавливать газы по полной, резко ощутил приступ лени. Невольно расплылся в улыбке, наблюдая за действиями Восьмой. Долгий у неё прокаст. Я могу (то есть пика-пика), может гораздо лучше!

Ваш покровитель (Пикачу) доволен вами.

— Давай, покажи мне свой лучший удар! — я ударил кулаком в грудь.

Если Восьмёрка и напряглась, виду она не подала. А затем в меня зарядили молнией. Самой, мать его, настоящей фиолетовой молнией! Бабахнуло… Целили куда-то в грудь, но, разумеется…

Внимание! Активировано поглощение электричества!

И также быстро, как всё началось, свет погас, а мои щёки ощутили новый приступ щекотки.

Накоплено 0.01 фарады.

Тю! Это называется «удар молнией»? Я тут уже настроился, а вы!..

Впрочем, не будь я в деморежиме — был бы труп, да. Я медленно поднялся на ноги и отряхнулся. Покосился на Восьмую, которая была в полном ауте. Угу, глаза вытаращила, рот раскрыла, и знаете… в её взгляде читалось крушение надежд и уплывший оскар. Как минимум.

— И ты называешь это лучшим ударом? — я поцокал языком и хрустнул шеей.

Этот жест привёл сестру в чувство — та попятилась назад… прежде чем снова зарядить молнией! Кажется, эта была помощнее. Ну, во всяком случае, грохот был больше, свечение…

Накоплено 0.005 фарады

Нет, ну я так не играю!

— Ты… как ты…

Я хмыкнул. Систем, что ты там говорила про особую уличную магию? Кажется, настало время припомнить пару фокусов.

Ваш Покровитель (Монокума) одобряет пожирание чужих мозгов чайной ложкой! (отн. Покровителя +1)

— Если это был твой лучший удар, я разочарован, Восьмая. И это всё, что ты можешь?

Восьмая вжалась в стену.

— Этого не может быть, у Тринадцатой же не было дара, да ещё такого… — донеслось до моих ушей её бормотание.

— А хочешь, я покажу, как надо?

Восьмая сбледнула. Нервно рассмеялась.

— Да нет, что ты, Тринадцатая, я верю тебе. Может, разойдёмся миром? Я просто пошутила.

Её уши непрерывно дрыгали, как метроном. И я, глядя в эти бесстыжие глаза, пафосно покачал головой. Так, что-то там было эпичного из аниме-цитатника? О, Курока. Жги напалмом, Аомине-сенсей!

— Единственный, кому я могу проиграть — это я.

— А? — моргнула Восьмёрочка, бочком смещаясь в сторону выхода.

Я сделал руку пистолетом и навёл палец на Восьмую. Поиграл бровями. Систем, активируй-ка тундер, пле?

Осуществляется захват цели

— Ты связалась не с тем мексиканцем.

Из моего пальца выстрелил синий луч.

* * *

Какие ещё интересные произведения есть у этого автора?

Список:

«По дорогам Империи» — отдельная история о не детских приключениях мальчика-попаданца: https://author.today/reader/20128/136660

«Док. Мечты сбываются». На страницах этого произведения мы впервые встречаем Взрывника: https://author.today/reader/13544/122776

«Неправильный попаданец» Хомяк‑тиран, намертво привязанный ко мне судьбой, гоняет меня по разным мирам, будь они не ладны! А мне оно надо? Нет конечно! Зато жить не скучно! https://author.today/reader/512972/4843112

«Зардан Кроу. Последний некромант» https://author.today/reader/505530/4775709