Соня

— Мон, ты выполнила все что я тебя просила?

— Конечно. Я сделала все как мы договаривались.

— Отлично.

Соня прищурившись уставилась на подругу свирепым взглядом.

Та вся сжалась, под таким пристальным взглядом.

— Ты ведь понимаешь, что если ты хоть кому-то что-то роз кажешь, горько об этом пожалеешь? На дно мы будем идти вместе.

Моника тяжело вздохнула. Уставилась потерянным взглядом в пол. Она прекрасно понимала, что за противозаконные поступки по голове не погладят.

Но также приходило и осознание того, что у нее просто нету выбора.

Соня ей его не даст. Она бывала очень мстительной. А ее отец потакал всем ее прихотям.

Так что выход один. Выполнять все что ей говорят и помалкивать.

— Я все понимаю. — Моника побледнела. — Можешь не напоминать. Я не хочу в тюрьму. А уж если кто-то узнает, боюсь мне ее не избежать. Так что не волнуйся. Я никому не скажу.

— Вот и славно.

Соня довольно заулыбавшись, уселась по удобней на диване. Забрасывая ноги на журнальный столик.

— По быстрее б уже все это закончилось. Эта беременность меня убивает. Спина болит, ноги отекают. Еще эта тошнота по утрам. Не понимаю, как женщины в здравом уме, добровольно, хотят рожать себе детей? Это ведь самая настоящая пытка.

Моника фыркнула.

— А я, когда ни будь, тоже хочу своих детей. И не вижу ничего ужасного в беременности.

Соня рассмеялась.

— Кто бы сомневался. Я всегда знала, что ты немного того — Она покрутила пальцем у виска

— Думай как хочешь. — Моника фыркнула.

— Ты что обиделась? Та ладно тебе. На правду ведь не обижаются. И тот факт, что ты добровольно хочешь подписаться на это — она указала пальцем на свой живот — тому подтверждение.

— Соня, большинство женщин, не взирая на все последствия как ты выражаешься, хотят иметь детей. Это ведь частичка тебя самой.

— Эта частичка, портит мою годами тренированную фигуру. И уж не знаю сколько мне придётся горбатится в зале, чтобы ее вернуть.

Моника пожала плечами.

— Ну каждый думает по-своему.

— Ладно. Хватит болтать. Луче помассируй мне ноги, а то у меня такое чувство что они скоро отвалятся.

Моника послушно присела у ног «подруги» и приступила к массажу.

Соня с ехидным прищуром уставилась на девушку.

— Знаешь, вот смотрю как ты сидишь возле моих ног и молча выполняешь приказы. Так и понимаю, что ты все делаешь правильно. И находишься там, где и должна быть.

Моника вжала голову в плечи. Она понимала, что Соня указывает ей на ее место. Понимала, что от рабства она не далеко ушла. Так как та имела на нее очень много рычагов давления. И перечить не имела ни права, ни сил.

Оставалось молча повиноваться.