Гороскоп Рыбы:

Вам стоит прислушаться к советам, особенно, если они касаются личной жизни.

POV. Марина

Монотонный стук колес, мерное покачивание вагона, шипение тормозов и мелькающие за окном станции — всё это вводит меня в некое состояние транса.

Нет мыслей, нет чувств.

Только отупело провожаю очередных пассажиров, шустро покидающих вагон. Стоянка пару минут, и я прикрываю на эти минуты глаза, чтобы не видеть мельтешение лиц.

Чтобы случайно не увидеть чужую радостную встречу, объятия и поцелуи…

Потому что тогда сработает мой личный триггер, и меня снова выкинет во вчерашнее утро.

Невольно слезы набегают на глаза, когда думаю о том, что Дан оказался не моим мужчиной.

Мой мужчина не стал бы обнимать чужую женщину.

Мой мужчина не стал бы ее целовать.

Мой мужчина не позволил всему этому случиться.

А значит, Богдан Алиханов, не мой.

Это больно осознавать. За грудиной будто неподъемный камень лежит, давит так, что нечем дышать. Лишь слезы катятся по щекам.

— Привет, красавица! — вырывает меня веселый голос из моих безрадостных дум.

Открываю глаза и встречаю внимательный лукавый взгляд.

Женщина, кутаясь в большую цветастую шаль, пристроила на свободную полку сумку. Тряхнула руками, унизанными браслетами, сбила с темных вьющихся волос водяную пыль.

— Здравствуйте, — отзываюсь тихо, не собираясь дальше продолжать знакомство.

Мои попутчики быстро уясняли, что я не особо горю желанием общаться, и быстро теряли ко мне интерес.

Перевожу взгляд на окно, когда поезд трогается, и платформа медленно проплывает мимо. Капли дождя быстро сменяются косыми струями, размывают вид за окном в единую пелену.

Смыло бы и с меня эту тоску. Муторно мне. Плохо.

А как сделать так, чтобы стало легче — не знаю.

Говорят, что клин клином надо вышибать. Но меня от перспективы влезть в новые отношения только назло «старым» бросает в дрожь.

Да и так легко выкинуть из сердца Дана не получится. Не сразу. Нужно время.

— Спускайся, красавица, чай будем пить, — зовет меня соседка.

И я хочу отказаться, но пересиливаю себя и все-таки слезаю с полки.

— Зовут тебя как? — интересуется женщина, разливая по фирменным стаканам в подстаканниках напиток из термоса.

Тяну носом. Пахнет травами, особенно сильно чабрецом.

— Марина.

— А я Маргарита. Приятно познакомиться. Угощайся, красавица, — моя новая знакомая широким жестом приглашает к столу.

Там уже разложена нехитрая снедь: курица, бутерброды, яйца и зелень.

Вежливо отказываюсь от еды. Аппетит давно меня покинул.

Грею о стакан озябшие ладони. Со вчерашнего дня меня морозит, никак не могу согреться.

— Далеко едешь? — интересуется Марго.

— Домой, — отзываюсь лаконично.

К вечеру поезд прибудет к конечной станции моего путешествия. А там встреча с родными, дорога до дома, расспросы, ужин и бесконечная глухая тоска на сердце.

— Что гложет тебя, красавица? — От попутчицы не скрывается мое состояние.

— Все хорошо, — отмахиваюсь, делая глоток ароматного чая.

— Врешь зачем-то, — хмурится Марго. — Причем себе в первую очередь… А, хочешь, я тебе погадаю?

Вопрос ставит меня в тупик. Для чего она собралась мне гадать?

Непонимающе смотрю на Марго.

— Вы не похожи на… — смущаюсь, но соседка со смешком меня перебивает.

— На цыганку? Нет, моя красавица, масть не совсем та. Но моя матушка поговаривала, что цыганская кровь у нас все-таки есть. Я гадаю для себя. Только для себя. Но сейчас вот чувствую, что надо и на тебя посмотреть. Дай-ка мне свою ладонь.

Заинтригованная, протягиваю ей руку.

Марго молча что-то разглядывает на ней, а я жду, что же она мне скажет.

— В тебе много сомнений, буквально топят тебя. Не нужно поддаваться им. Сомнения порождают страхи. А их у тебя и так предостаточно. Вижу, что мучает тебя что-то, связанное с личным. На сердце неспокойно. Мужчина у тебя там засел занозой. Не вытащить. Поговорить бы тебе с ним. Тогда и разрешится все лучшим образом.

— И все это вы на моей ладони прочли? — Я во все глаза уставилась на эту удивительную женщину.

Хохотнув, Марго отпустила мою руку.

— Нет, конечно. Профессия у меня такая — подмечать. Семейный психолог я. Глаз уже наметан. Профдеформация то бишь. А на руке у тебя только вижу брак один и двоих детей. Вот, смотри, тут две черточки, а здесь линия одна. Зато какая! Крепкий брак будет.

Озадаченная смотрю на Маргариту.

Слова попутчицы срезонировали с моими мыслями. Нам надо было поговорить, но тогда мне было слишком больно. А теперь уже поздно.

Быть может, позже я обязательно найду в себе силы и наберу его.

А пока — чай из термоса, залитое ливнем окно и дорога домой.