— Я, Грегос, сын Уоллеса, староста селения Приболотное, добровольно передаю права на владение имуществом, рабыней по имени Дана, — староста коснулся рабского ошейника, девушка стояла смирно, глаза смотрели в пол.

Теперь была моя очередь, кто бы мог подумать, что я, домашний задрот по имени Антон, стану владельцем раба, точнее, рабыни. Очень даже симпатичной девушкой, если она перестанет брить наголо голову, то глаз будет не отвести и рабский балахон тому не помеха. Пора было подбирать слюни и заканчивать ритуал.

— Я, Антуан, сын Николая, добровольно принимаю права на владение имуществом, рабыней Даной, — я тоже коснулся ошейника.

Палец прожгла резкая, быстрая боль, я не одёрнул руку, вытерпел. Убрал её после того, как это сделал староста, и ничуть не удивился, когда обнаружил на указательном пальце каплю крови.

— Всё Антуан, она твоя! — сказал староста с некоторым облегчением. — Теперь рабыня не сможет причинить тебе вреда и будет покорно исполнять все приказы! — последние слова староста выделил особо. Но здесь можно было поспорить, ему она подчинилась только в бытовом плане. Как ей удалось избежать, скажу без прикрас, насилия, мне ещё предстоит узнать. Я уж точно принуждать её ни к чему не буду.

Я посмотрел на Дану, девушка подняла на меня взгляд.

— Ты пока останешься в доме Грегоса, на правах прислуги! Об остальном распоряжусь позднее, — нужно было показать себя как хозяина. Этот мир таков, есть рабы и господа.

— Да, господин! — рабыня поклонилась. — Спасибо, господин! — она подняла на меня взгляд, в глазах читалась благодарность.

— Приступай к своим обязанностям! — девушка снова поклонилась и убежала.

— Не знаю, что ты задумал, Антуан, и не моё это дело, но раб должен быть при хозяине. Я тебе доверяю, потому и разрешил рабыне остаться.

— Я тебе тоже доверяю, Грегос, потому и оставил своё имущество в твоём доме.

Ещё бы он мне не доверял, я ему пятнадцать килограмм люмия под реализацию оставил, тысячу шестьсот золотых, просто уйма денег. Староста наладил торговлю с Вольным полем, и, скорее всего, с Ягодным. Кузнецы, мастера по артефактам… Жаль, такого мастера в Приболотном нет, давно бы к нему заглянул. Зато есть травница, к ней я зайду после старосты.

— Это хорошо, Антуан, лучше честно торговать, чем обманывать и грабить простых людей. Знаешь, сколько бед ловцы рабов приносят? В Ягодном дети пропали, в Вольном поле недосчитались троих лесорубов. Нам повезло, Тернис миловал. И предупреждение Гордо сработало, наши защитники усилили бдительность, обошлось одной стычкой, обломали зубы и ушли куда-то на север.

Я уже в курсе, с Дарко повстречался. К тому же я сам принимал участие в выбивании зубов, проредил их состав, убив одного ловца. Повезло, что они поодиночке ходят, видимо, друг дружке не особо доверяют.

— Потеря кормильца или ребёнка — это беда для семьи. Селение тоже от этого теряет, — продолжал говорить староста.

Но рабов вы всё равно покупаете, потому что это не беда, а торговля — простая мораль Этерниса.

— Я слышал, ты с Мирной дела ведёшь? — сменил тему Грегос.

— Да, она мне вещи шьёт, — я постучал рукой по куртке. — А что, это запрещено?

— Нет, что ты, Антуан! Я тоже у неё вещи заказываю. Мирна добрая селянка и хорошая портниха, её благосостояние влияет на процветание селения. К нам будут чаще приезжать люди из других деревень и даже городов, торговые караваны те же станут частыми гостями. Глядишь, и население начнёт добавляться, так что дело это хорошее.

Я немного знал старосту, так что, примерно, представлял о чём может пойти речь.

— Я о другом хотел поговорить, — Грегос потёр ладонью брюхо. — Эта твоя мягкая проволока из люмия, просто чудо. Я бы тоже купил несколько мотков, в следующий раз, — добавил он. — Племянница в Дувгороде, держит торговую лавку, для неё стараюсь.

Так и вышло. Товар проходит мимо кассы, старосте это не нравится, а мне, собственно, какая разница, со старостой даже удобнее, но и про Мирну забывать тоже нельзя. Она, между прочим, за двадцать катушек сразу рассчиталась. Кто бы мог подумать, простой деревенский дом, коровы, куры, и столько золота. Не зря говорят, не суди по первому впечатлению.

— Хорошо, Грегос, тридцать золотых за катушку, в следующий раз принесу, ты же к тому времени реализуешь люмий?

Староста уверил меня, что продаст если не всё, то большую часть, и обязательно со мной рассчитается. Затем был обед, из скромной деревенской пищи: варёное мясо, картофель и соления, особо мне понравился ягодный морс, намного вкуснее лимонада. На стол накрывали две рабыни, одна из них моя. Поведение Даны изменилось, она всё ещё была в рабском ошейнике, но движения стали более плавными и раскованными, что ли. Девушка поставила на стол три блюда, за это время умудрилась несколько раз коснуться меня бедром, наверное, случайно.

Ушлый староста тоже заметил изменения, как и странную неуклюжесть своей бывшей рабыни. В его глазах поселилось веселье, разве что не подмигивал мне. Типа, я же говорил, всё будет выполнять.

Я вышел на улицу, напялил шапку-шлем. Мой рюкзак изрядно полегчал после посещения Мирны и Грегоса, двигаться стало намного проще. Мне предстояло зайти ещё к одной селянке.

Сальма встретила меня в доме, я какое-то время стучался в калитку, а старуха выглянула в окно и сказала, чтобы я открывал сам. В общем-то, и не встречала, возилась со своими зельями, лишь покосилась на меня, чтоб поздороваться.

— Здравствуй, мальчик, — травница игнорировала моё имя. Но я был не в обиде, попробуй-ка столько прожить и в уме остаться. — Зелье моё пригодилось?

— Здравствуй, Сальма! Не довелось мне с теневиками встретиться, — старуха закаркала смехом.

— Эх, молодёжь! Не довелось ему… радуйся! Если бы довелось, не болтал сейчас со мной… О-о, ты погляди-ка, штаны с кожаными вставками, за стручок свой переживаешь⁈ — я непроизвольно прикрыл пах руками. — Ха-ха-ха!.. Правильно делаешь, вернуть его потом, ох как непросто. Такие руны с кого попало не падают. А если повезёт, жить тебе во дворце императора.

Старуха отвлеклась от работы, обошла меня шаркающей походкой, а потом вдруг кинула руну. Серый шарик безвредно рассеялся, едва коснувшись куртки.

— Эй, Сальма! Так не делается, предупреждать нужно! — я не стал говорить о том, что за такие дела и в рабство можно загреметь, она сама прекрасно знает.

— Не бойся, мальчик, я не пытаюсь тебя охмурить, ты вообще не в моём вкусе. Я только руну внутреннего огня на тебе использовала, а она не сработала!

Я от одного названия похолодел, что эта руна могла со мной сделать не будь защиты, мне оставалось лишь молча возмущаться.

Похоже, она из ума выжила… или прекрасно знала, что не сработает! Неизвестно ещё какую руну она кинула, — на слово верить не хотелось.

Когда старуха на секунду отвернулась, я бросил на себя Нули́го, рассудив здраво, что хуже не будет, мало ли какую порчу могла кинуть, в этом деле лучше перебдеть.

— Я смотрю, ты у нас мальчик не бедный, раз сплошную защиту можешь себе позволить! Это хорошо! — она вернулась на рабочее место.

Возможно, с памятью у бабули не совсем в порядке, забыла уже о своей просьбе, — я снял рюкзак, достал оттуда пакет с тремя комплектами клыков плетуна.

— Что это там шуршит? — старуха поспешила ко мне. — Что за тряпка такая, интересная? Забегала вокруг меня в полусогнутом виде, смотрелось это смешно.

Я развернул обычный пакет из супермаркета, на котором была изображена потребительская корзина. Колбаса, сыр, куриные яйца. Сальму не интересовало содержимое, на клыки даже не посмотрела, узловатые пальцы потянулись к пакету. Принялась им шуршать и разглядывать, даже понюхала зачем-то.

— Это… э-э… одноразовая сумка, — сумел я подобрать сравнение. — Потом можно под мусор использовать.

— Ха! Ты гляди, какие мы богатые! Дорогую вещь, под мусор? Так, в ней же мясо можно хранить, продукты, чтобы мухи не липли. Отдай сумку мне, всё равно же клыки в ней принёс, — на меня уставился требовательный старческий взгляд.

— Да, пожалуйста, для хорошей травницы одной сумки не жалко. Я и флаконы принёс, для зелий, стеклянные.

Старуха перестала шуршать пакетом.

— Ну-ка показывай, чего там за флаконы?

Я и показал, для этого опять забрался в рюкзак и на радость Сальме, достал новый пакет. На этом была изображена женская голова, длинные чёрные волосы, губы накрашены чёрной помадой. Рита в маркетплейсе заказала, это была фирменная упаковка. Старуха аж подвисла, разглядывая картинку, а мне подумалось, что зря я так легкомысленно отношусь к конспирации. Как бы не заинтересовался кто-нибудь серьёзный.

— Интересные у тебя вещи, мальчик, редкие, дорогие… Грегос говорит ты с юга, а я вот думаю откуда-то из другого места… Но это не моё дело, я травами занимаюсь. Так, где там флаконы?

Я достал упаковку с сотней цилиндрических пузырьков, ёмкость совсем небольшая, всего-то десять миллилитров, зато с крышкой из настоящего пробкового дерева, они просто затыкали горлышко.

Рита на идею натолкнула, разглядывая товары в маркетплейсе. «Тебе для настоев в самый раз, сам же говорил, один глоток всего нужен», — вот я и купил на пробу, пару упаковок.

— Ох, Антуан! — Сальма вспомнила моё имя. — Это ж только аристократам в такой посуде можно продавать, где-нибудь в Дувгороде. А у меня зелья простые, большинство дешевле этого пузырька стоит.

— Так, ты и держи для аристократов, простым охотникам и глиняные пойдут…

— Ишь какой хитрый! Хочешь мне дорогущие стекляшки втюхать⁈

Я вздохнул. Как же непросто бывает, какая пропасть между нашими мирами. Алюминий стоит немногим дешевле золота, посуда из стекла, тоже в цене, да здесь много на чём можно нажиться. С другой стороны, на Этернисе всё завязано на магии рун, по мне так, это перевешивает все земные плюсы. Со многие согласятся, тот же Мезенцев, вылеченные мною люди, и чиновник, что не даёт мне покоя.

— Мне не нужно твоё золото, Сальма, мне нужны знания. Научи меня варить зелья.

Старуха какое-то время смотрела на меня молча.

— Ох и хитрец! Решил со мной простыми стекляшками расплатиться?

Мне хотелось заржать, прямо так, конём. Только что стекляшки были дорогущими и вдруг стали простыми. Сдержал порыв, нельзя смеяться над старым человеком, тем более магом.

— У меня и покрупнее стекляшки есть, могу в следующий раз привезти. И набор инструмента, — я вновь забрался в рюкзак и начал доставать свои козыри, пока купленные для пробы.

Ножи, скальпели, пластиковая разделочная доска, колбы, мензурки, я не запомнил всех названий, некоторые из них труднопроизносимый. По мере того как стол хозяйки заполнялся инструментом, её глаза становились всё шире и шире. Я не стал тащить на Этернис электронные весы, Сальма просто не поймёт, как ими пользоваться, да и без надобности они ей, привыкла мерить на глаз. В качестве вишенки на торте я достал таганок и упаковку сухого горючего.

А когда запалил таблетку зажигалкой и поставил на таганок стальную кружку с простой водой, понял, эта старая ведьма теперь моя, на какое-то время. Я ещё в прошлый раз заметил, на чём она кипятит жидкости, обычная дровяная печка, выложенная камнем. Сверху лежал металлический лист с круглым отверстием. Я просто прикинул, какое количество времени и сил она сможет сэкономить.

— А сколько будет гореть, этот белый камушек? И чем ты его разжёг?

Писец, она меня мысленным усилием может убить, а задаёт такие вопросы.

— Одного камня, хватит на две такие кружки, — я потыкал пальцем в предмет, купленный по инициативе Риты, и показал простую газовую зажигалку.

— Убедил, мальчишка, научу тебя паре рецептов, — я выдохнул с облегчением.

Кто бы мне сказал год назад, что я стану учеником настоящей травницы, я бы долго смеялся, но всё течёт, всё меняется.

Клыки плетунов нужны для защиты от насекомых и вредителей. Чем старше и мощнее тварь, тем дольше держится защита, бывает, даже на год хватает, но потом всё равно нужно обновлять. Либо собирай букашек вручную. Есть и руны, прогоняющие вредителей, но выпадают они чрезвычайно редко, и в основном из лесных птиц.

Готовится это средство просто, но не очень быстро, именно этим я и занимался первый день. Ведьма, так я начал называть травницу про себя, дала мне шершавую железяку размером с ладонь и объяснила, что нужно делать.

— Три, мальчик, три, а порошок — вот сюда, — она выдала мне выдолбленный из дерева ящичек.

Короче, всё как у нас, ты платишь за обучение, а тебя ещё и работать заставляют. Я злился, но работал, потому что деваться некуда. Первый день так и прошёл, я тёр и тёр, но не сточил первый клык даже наполовину. Ведьма развлекала меня пояснениями, когда нужно собирать ту, или иную траву, что нужно брать. Здесь тоже не всё просто, допустим, тот же сильник, только листвой полезен.

— Собирать его можно, пока он зелёный, а как пожелтеет пользы нет. Листья сначала сушатся прямо со стеблями, когда начнут хрустеть, срезаешь и измельчаешь в ступе.

Просвещая меня, ведьма занималась своими делами, мелко крошила зелёные побеги, кипятила какие-то подозрительно выглядящие жидкости, аромат стоял соответствующий.

Я уже повесил сушиться одну партию сильника, ещё до похода на Альтерру, натянул несколько рядов толстой лески и потратил на собранную в лесу траву какое-то время. Но этого было мало, я уже прикинул по объёму, благодаря инструкциям Сальмы и тому, что сам увидел, хватит литра на три зелья. Если брать в масштабах Приболотного, огромный запас, потому что нужен всего один глоток, десять миллилитров. Но я-то считаю другими масштабами.

Как бы мне не пришлось готовить это зелье постоянно, — работа не мешала размышлениям. — Все ингредиенты с Этерниса, возможно, земное козье молоко не подойдёт… Ладно, чего сейчас переживать, вот отдам рецепт Мезенцеву, там и посмотрим.

А ведьма между тем, раскрывать его полностью не торопилась, я натёр половину клыка, потратив на это часов шесть. Затем старуха изъявила желание отдохнуть, и, скорее всего, до утра. Я собрался и пошёл до дома.

Дорогу выбрал лесную, через самую чащу, так получалось короче, но вовсе не быстрее. Я останавливался на каждой поляне, зелёной травки хватало, но я пока не знал, что собирать, а сильник, как назло, не попадался. Так и дошёл до мембраны, собрав лишь пучок дикого лука, узнал его по внешнему виду и вкусу.

Приготовленная еда у меня была, потому я занялся полезным для тела делом, тренировка рук. Да, они болели после однообразной работы, но я себя не жалел, всё повторял и повторял просмотренные в интернете движения. Старался работать обеими руками, не в два меча, разумеется, до такого мастерства мне бесконечно далеко, скорее отрублю себе что-нибудь, чем чему-то научусь. Тренировался с одним, регулярно меняя руки.

Когда мышцы рук забились окончательно, я накинул на спину рюкзак, набитый камнями, и побежал в другой конец коридора. Мне нужен был баланс тела и магии, нельзя всегда полагаться на руны, иногда нужно постоять за себя с мечом, ударом кулака, или тупо сбежать. Есть масса вариантов победить противника без применения рун.

Самый лучший способ добиться баланса — это изнурительные тренировки. Каждый день по несколько часов, повторять одни и те же движения, пока не перестанешь чувствовать конечности. Да, для полноценного обучения не хватало спарринг-партнёра, но тут уже ничего не поделаешь, придётся получать знания в реальном бою, что, в принципе, я уже проделывал не раз.

После получасовой пробежки с грузом я взялся за шипы, руки уже не слушались, но я всё равно их метал и попадал всё чаще. Запас шипов для тренировки, у меня был большой, спасибо последней охоте и безымянному ловцу рабов. Помимо клыков и шипов, я собрал и эфирные камни с полутора десятков тварей, десять зелёных, два белых и один оранжевый. Два плетуна оказались пустыми, такое тоже бывает, даже с матёрыми тварями.

Силы окончательно покинули меня после пары сотен бросков, я съел немного каши с мясом, запил её отваром и завалился спать.