Глава 29



Мелек

Земное солнце скрылось за горизонтом, окрасив водную гладь красно-оранжевыми отблесками. Я смотрел на поросшие высокой травой песчаные дюны, в ноздри ударил запах исходящего от земли тепла.

— Боже мой! — крикнула Грейс, выходя на улицу. — Здесь есть панорамный бассейн. Клянусь, кажется, будто отсюда можно уплыть прямо в океан.

Уши улавливали каждый рокот набегающей с шипением волны, оставлявшей на языке солоноватый привкус.

— Это и есть океан?

Грейс удивленно вскинула бровь:

— Там, откуда ты родом, нет океанов?

— Нет, — ответил я и облизал губы, чтобы снова почувствовать этот покалывающий привкус. — Водоемы есть, но вода в них так не движется.

Каэль похлопал меня по спине, на удивление даже без привычного вздоха.

— Иден позаботилась о том, чтобы у вас был пищевой синтезатор, поскольку этот сектор еще строится и закрыт для всех, кроме инженеров. Магазинов тут нет. Соседей тоже. — Он дернул меня за ошейник. — Впрочем, какая разница, ведь ты все равно не можешь покидать жилой модуль, мой неудачливый друг.

Из горла вырвался смешок.

— Оказывается, я не такой уж и неудачник, Каэль. Мне весьма везет в несчастьях.

— В один из этих дней к тебе хочет заглянуть член тактического отряда, поговорить, — сказал он. — Его зовут капитан Балгиз, так что, пожалуйста, не забудь надеть штаны к его приходу.

— Ты забыл, что Грейс тоже здесь живет.

— Недолго. Ее уже внесли в списки страты целителей. — Каэль шагнул ко мне и уставился так, словно пытался выжечь мои черты в памяти. — Когда встретимся в следующий раз, я хочу видеть, как вокруг тебя трется кучка гибридов, понял?

— Я сделаю все возможное, — ответил я с болезненной улыбкой. — И передам их всех тебе, потому что ты будешь молод и полон энергии, чтобы их развлекать.

— А у тебя будут морщины и обвисшие яйца.

— Фу… Я все слышала, — пробормотала Грейс и ушла обратно в модуль.

Я крепко сжал его плечи, подчеркивая свои следующие слова:

— Мое предложение остается в силе. Я могу поговорить с Кэти, и мы заберем малышку к себе.

— Чтобы мой лучший друг воспитывал мою будущую пару? — На его лице промелькнула и исчезла ухмылка. — К тому времени, как она повзрослеет, ты, вероятно, откажешься отдавать ее мне. Нет… пусть остается в этом приюте, пока не будет готова вступить в страту. Так лучше. Правильнее.

Каэль перевел взгляд на океан, его дыхание было тяжелым, хоть он и стоял неподвижно.

— Я всю жизнь ждал встречи с ней, что такое еще десять земных лет, верно?

— Верно, — с нажимом кивнул я. — Когда улетает твой звездолет?

— Как только доберусь до «Сенеки», сразу отправляюсь на Дунатал. Но, возможно, загляну разок-другой. Проверю, не нужно ли тебя откуда-нибудь вытащить.

Я глубоко вздохнул и обнял его:

— Я готов вляпаться в неприятности только ради того, чтобы посмотреть на это.

Мы похлопали друг друга по спине, после чего он повернулся и ушел, исчезнув из моей жизни на целое десятилетие.

— Здесь великолепно, — сказала Кэти, выходя на улицу. — Кухня полностью оборудована всем необходимым. Четыре спальни. Три ванные комнаты. Тренажерный зал. Оранжерея.

Я притянул ее к себе и поцеловал в макушку.

— Не привыкай. Иден устроила это для нас, и я гарантирую, что это намного выше моего статуса.

— Если покажешь мне, как работает этот синтезатор, я бы хотела приготовить нам что-нибудь поесть. И после этого мне отчаянно нужен душ.

Я кивнул и вошел внутрь. Здешняя тишина обострила чувства. Вместо работников сферы удовольствий тихо гудели кухонные приборы. Вместо пота и мускуса вентиляторы гоняли свежий воздух. Все было чистым, ярким, словно время, проведенное на Одхейме, было лишь кошмарным сном.

— Можно выбирать земные рецепты и задавать объем, — сказал я, листая голографическую панель управления синтезатора. — Он также выдаст контейнеры для еды. Но если ты хочешь приготовить сама, можно просто заказать сырые ингредиенты.

Кэти прикусила верхнюю губу, на щеках ее проступил едва заметный румянец.

— Я бы с удовольствием приготовила для тебя что-нибудь. Но, может, сегодня ограничимся чоп-суи?

Я запрыгнул на столешницу.

— Понятия не имею, что это такое, но с радостью попробую.

Я наблюдал, как она ищет рецепт, ее движения казались прерывистыми. Словно трехмерные кадры лишь медленно соединялись воедино, превращаясь из желания в реальность.

В ее действиях не было ничего особенного. Кэти шарила по шкафам в поисках тарелок. Открывала и закрывала ящики, пока не нашла приборы. И все же для меня это значило целый мир.

Я изучал каждое ее движение, такое уверенное и точное. Кэти наверняка была истощена, а ее нервы натянуты до предела, но она справлялась со всем, потому что занималась этим всю свою жизнь. До сегодняшнего дня.

— Я так понимаю, их нужно поставить на стол? — спросил я и забрал из ее рук тарелки вместе с приборами.

На ее лице появилась ухмылка.

— Даже в других галактиках некоторые вещи остаются неизменными.

— Ты смеешься надо мной, но есть куча вещей, которые тебе придется мне показать. — Я поднял один из приборов. — Например… это еще что? Я видел их раньше в столовой и понимаю, что люди используют их для еды. Но как это называется?

— Это спорк, — сказала Грейс, перехватив его у меня и помогая накрывать на стол. — Ложковилка, два в одном.

Я покачал головой.

— Что объясняет, почему вы так и не смогли вернуться к межгалактическим путешествиям. Какая растрата изобретательности.

— В сторону! Обед на подходе!

Кэти подошла с блюдом в руках и поставила его на стол. От еды, которую я никогда раньше не видел, поднимались клубы пара. Любопытство заставило положить ее на тарелку, а голод — отправить в рот.

Какое-то время мы сидели молча, поначалу жадно набивая желудки, но вскоре аппетит поутих, и спорки стали медленнее скрести по тарелкам.

— Здесь так тихо, — тихо произнесла Грейс, опустив голову.

Кэти погладила ее по спине.

— Нам понадобится время, чтобы привыкнуть к этому. Возможно, они смогут навещать нас когда-нибудь?

Когда ее взгляд перевелся на меня, я вяло пожал плечами.

— Уверен, со временем путешествия разрешат. Но сомневаюсь, что это произойдет скоро, — я взял еще одну ложку чоп-суи. — А это довольно вкусно.

Кэти и Грейс едва выдавили подобие улыбки, и моя пара вздохнула, прежде чем сказать:

— Адора готовит лучше.

— Да, ее стряпня охренительно хороша.

Грейс отодвинула тарелку, ее плечи поникли.

— Я скучаю по Такелу.

Этот переход вряд ли окажется гладким, но я собрал ее тарелку вместе со всеми остальными и унес на кухню.

— Разве он не говорил, что подал заявление в Гарнизон Земли? А пока ты можешь связываться с ним через космокин.

— Я не знаю, как это делать.

— Я настрою его завтра, — сказал я и указал на лестницу. — Но прежде чем делать что-либо еще, мне нужно принять душ.

Грейс убрала блюдо.

— Я сделаю то же самое в своей суперклассной ванной и, наверное, сразу лягу спать.

— Тебе нужна помощь с чем-нибудь еще? — спросил я Кэти, но она лишь покачала головой с мягкой улыбкой, продолжая возиться на кухне, словно это доставляло ей удовольствие.

Я поднялся по лестнице и вошел в большую спальню с видом на горизонт. Солнце теперь казалось лишь красной точкой, готовой вот-вот утонуть, отбрасывая последние лучи на противоположную стену.

Осторожно, чтобы не зацепить рубашку за ограничивающий ошейник на шее, я разделся и шагнул в душевую кабину. Вместо угла душ располагался на стене, но, к счастью, включался голосовой командой.

Горячая, бьющая струями вода омывала уставшие мышцы, смывая в слив утомление последних нескольких дней. Но не прошло много времени, как сзади меня обняли руки, и маленькие ладони заскользили по груди.

— Что за привычка прерывать мой душ, женщина? — спросил я, и вода стекала с прилипших к голове волос.

— О, я могу уйти, если ты не…

— Ни в коем случае. — Положив свои ладони поверх ее, я направил их вниз по груди к животу. — Я надеялся, что ты придешь, просто не хотел просить на случай, если ты устала. А устали мы, похоже, все.

Я повернулся и распустил пучок на ее макушке, позволяя волосам рассыпаться по плечам. Они липли к влажной коже, а то, как пряди собрались вокруг затвердевших сосков, так и манило взять их в рот. Отодвинув мокрые волосы, я убрал их ей за плечо, наслаждаясь теплой плотью груди.

Кэти подняла руки и запустила пальцы в мои волосы. Она массировала кожу головы нежными круговыми движениями, заставляя меня стонать от удовольствия и нарастающей похоти.

— Давай я помою тебе голову, — сказала она, потянувшись за мою спину и выдавив мыло на ладонь. — Тебе нужно немного наклониться.

Я опустился на колени, ведя языком по ее животу, пока она намыливала мне волосы.

Ее пальцы крепко вцепились в них, удерживая и направляя туда, где ей требовались ласки, а мое желание росло.

Я присел и скользнул языком между половыми губами, отыскивая тот твердый бугорок плоти, который заставил ее застонать, едва я его нашел.

Ее пальцы натянули кожу на моей голове. Эту боль я принимал с радостью, ведь она была вызвана ее наслаждением. Из ее лона на мои губы изливалась влага возбуждения, смешиваясь со стекающими по лобку каплями воды.

Я откинул голову назад и увидел, что ее губы приоткрылись от страсти. Кэти тихо скулила от удовольствия. Она была чувствительна. Чувствительнее, чем обычно. С каждым прожитым вместе днем она все больше и больше настраивалась на одну волну со мной.

Член затвердел от желания снова войти в нее. Он вздрагивал каждый раз, когда капля воды ударяла по чувствительной головке.

Когда Кэти закончила смывать мыло с моих волос, я поднялся и увлек ее под воду. Я перебирал пальцами ее волосы, чувствуя, как они тяжелеют в руках.

— Что мне использовать? — спросил я.

Она выдавила немного шампуня мне на ладонь, и я нанес его на ее волосы. Смывал боль, горе и несправедливость.

Мы сплелись в поцелуе, мой член требовательно раздулся, упираясь в ее живот. Я согнул колени, просовывая плоть между ее ног, и она обвила руками мою шею.

Кэти запрокинула голову и застонала, слегка раздвинув ноги, словно готовясь принять меня. Ничто не могло сравниться с тем, как она отдавалась мне, принимая меня, мое прошлое и мои ошибки.

— Ты моя, — собственнически прошептал я. — Скажи это.

Приподняв одну ногу, она просунула руку между нами, и то, как она обхватила мой ствол, отозвалось электрическими импульсами по всему телу.

— Я твоя, — прошептала она сорвавшимся голосом, запрокидывая голову назад и подставляя шею под стекающую воду.

Короткие толчки раскрывали ее, готовя к сексу. Она вонзила пальцы в мою кожу и застонала.

Ее рука поднялась, чтобы обхватить мою щеку, и она посмотрела прямо на меня:

— Какие красивые глаза.

Слова пронеслись сквозь меня, и я толкнулся глубже, обхватив ее за бедро, чтобы удержать. В конце концов я подхватил и вторую ее ногу, заставив обвить их вокруг себя. Я приподнял ее только для того, чтобы насадить глубже на член, пока Кэти вращала бедрами.

— Тебе нравится, когда я внутри? — спросил я.

Ее щеки раскраснелись не только от горячей воды, а в глазах горел голод, который мог утолить только я.

— Да. Да, мне нравится. Обожаю это.

— А как насчет этого?

Я приподнял ее, почти выходя, а затем глубоко толкнулся внутрь, опуская ее на свой ствол. Она выгнула спину, с шипением втягивая воду сквозь зубы.

Мужская гордость переполнила грудь при виде того, как она отчаянно терлась об меня, ища давление, ища то восхитительное наслаждение, которое я ей дарил.

— Еще? — спросил я.

— М-м-м… — только и вырвалось у нее, а следом раздался крик, когда я снова опустил ее на твердый ствол.

Член пульсировал внутри ее лона, словно второе сердце. Ее стенки так плотно обхватывали мою плоть, что у меня вырвался рык.

Наши стоны смешивались с шумом воды и шлепками мокрой кожи, отдаваясь в душевой кабине оркестром похоти и нужды.

Каждый раз, когда я приподнимал ее и отстранялся, Кэти выгибала спину и отклоняла таз, но неизменно подавалась навстречу каждому толчку. Жесткие, мощные фрикции заставляли яйца сжиматься от потребности в разрядке.

Ее руки скользнули с моей шеи и обхватили мою голову. В глубине ее горла зарождался тихий крик. Она уткнулась носом мне в шею, когда ее внезапно накрыл взрывной оргазм, и ее лоно запульсировало вокруг меня.

Я не отставал от нее, позволяя себе излиться теперь, когда она достигла пика. Я толкался в нее так, что ноги подкашивались, и мое семя брызнуло внутрь, покрывая стенки и клеймя ее как мою.

Соединенный с ней, забравший ее себе, связанный и удовлетворенный, я держал ее на руках еще довольно долго там, под душем на Земле. Теперь я был чист до скрипа. Мелек 3.0, и мне даже не приходилось притворяться.