Даже на исходе второго дня скучно не становилось. Вроде бы в личном пространстве и нет ничего - ни запаха, ни звука, ни тактильных ощущений, но их отсутствие воспринималось как нечто само собой разумеющееся. Ну а чтобы занять голову, у меня имелся пазл, казавшийся бесконечным.

Возможно, это все отдавало вуайеризмом, но все же чужак сам подарил мне опыт своей жизни. Поэтому я имел полное право не просто наслаждаться подглядыванием, а разбирать каждый эпизод в деталях и проживать его словно свой.

Интересный опыт. И самое интересное крылось не в ярчайших моментах его бытия, а в самых элементарных бытовых и досуговых мелочах.

Проснулся по будильнику в телефоне. Умылся и сел завтракать, читая новости в телефоне. Вышел из дома, сел в транспорт и читаешь новости или книги в телефоне, а еще поиграть в игрушку можно, как и в офисе на весь день в него залипнуть. Тяжёлые трудовые будни легко разбавляются целым миром в любимом девайсе. Причем каждый офисный сотрудник периодически залипает в телефон!

Потом домой в таком же порядке. Еще купить продуктов, заплатив за них с телефона, а дома можно, наконец, по-человечески поиграть на компе и перед сном посмотреть новости на телефоне. Чтобы следующим утром снова проснуться по будильнику телефона.

Черт! Как же хорошо, что в моем мире этой карманной заразы нет. С утра до вечера залипал бы. Уж я себя знаю.

Залипал... Как же просто оказывается, встраивать новые словечки в лексикон, а окружающие даже носы не морщат. Новый молодёжный сленг, типа.

Собрав очередную сценку какой-то тупой офисной вечеринки по поводу Нового года и с грустью посмотрел на проекцию своего тела.

Неплохая такая проекция. Куда лучше, чем полгода назад. Как-то помясистее, что ли, попрямее и повыше или мне так только кажется. Очень хочется думать, что теперь выгляжу повнушительней. По сравнению с собой - отбросом.

И тем сильнее раздражают периодически вспыхивающие оранжевые и красные пятна на этой самой проекции, отражающей состояние физического тела. Особенно часто цвет меняла голова и по какой-то причине левая рука. Иногда и по энергетической проекции рябь проходит.

Так-то понятно, что "дружелюбный" ублюдок пытается привести меня в чувство. Возможно, обкалывает чем-то, а может, даже бьет током, но куда ему? Из этого состояния я могу выйти только самостоятельно и только в более или менее здоровое тело.

Проверено.

Стая потратила кучу времени, потешаясь над мной спящим. Не раз приходилось просыпаться в насквозь промокшей постели или с иголкой, воткнутой в руку. Однажды Казах пошел на принцип и опробовал на беспомощном мне адреналин, тайком вынесенный из медкабинета. Это был последний из череды экспериментов, по крайней мере, я так думаю. Ведь проверить сложновато.

Дособирав полный пьяного бреда фрагмент в аккурат к исходу третьего дня, я был готов к чему угодно, когда открою глаза. Кроме тех ощущений, которые испытывал мой чужак после масштабной корпоративной пьянки. Совпало же...

Сушняк.

Язык ощущался чужеродным отростком, намертво прикипевшим к верхнему небу. Горло - заброшенная угольная шахта с частично обрушенными перекрытиями.

Продолжая борьбу с верхним небом за язык, приложил чуть больше усилий, дабы отвоевать у онемевшего лица хотя бы глаза. С большим трудом, но этот бой все же остался за мной.

Вот только увиденное не впечатлило.

Неповторимый запах больницы чувствовался и с закрытыми глазами. Теперь удалось разглядеть белый потолок, белые стены и капельницу над головой. Вернее, она стояла чуть левее койки, на которой я лежал.

И к которой был пристегнут.

- Проснулся, сученыш.

Я скосил взгляд в сторону источника звука и с мясом вырвав язык из оков нёба, прохрипел:

- Прихс-сяги, н-не буде-ет?

На этот вопрос ответа получить не удалось. Маслов поднялся с кресла в углу едва ли не с рычанием и сразу двинулся ко мне. Еще и шприцом внушительным размахивал, а игла у сего девайса толщиной с мою ногу.

Не хочу!

Я позволил себе насладиться видом приближающегося злодея. Голова забинтована, губы разбиты, оба глаза заплыли, левую ногу подволакивает, а левая рука безвольной плетью болтается на округлостях тушки. Про оторванные пуговицы пиджака и общий потасканный вид вообще молчу.

Да-а, тяжелые выдались деньки у главы Красноярского Периметра. И это замечательно!

Я выдал ему половину всего запаса черного песка и вновь прокаркал:

- Три-и дня-я...

Ну здравствуй, личное пространство или лучше придумать более емкое название? Жаль, что в голову ничего не лезет.

Кстати, о голове. Почему здесь ясность сознания всегда поразительная, а в реальном теле как будто в вату укутанное? И это всегда так, а уж на больничной койке и вовсе швах.

Такое чувство, что не во сне нахожусь, а физически перемещаюсь куда-то еще. Знать бы - что такое это самое "еще" и где оно находится.

Впрочем, когда-нибудь разберусь, а сейчас самое время разобраться с очередным эпизодом жизни моего Чужака. Да, именно так и только с большой буквы, ведь именовать его с маленькой, значит, обесценивать жертву этого великого человека. Смог бы я вот так просто отказаться от второго шанса на жизнь в пользу какого-то неизвестного мне пацана?

Нет! Ни при каких обстоятельствах!

Я, может и не такая мразь, как Маслов, втыкающий где-то там чудовищные иглы в мое любимое тело. Однако отказываться жить в пользу другого - это не про того, кто выживает у теплотрассы и ищет ужин на помойке. Поэтому повезло, что на это тело не претендовал такой, как я.

Жаль только, что даже в последних воспоминаниях Чужака не нашлось ничего ни о его смерти, ни о том, как он вообще смог провернуть финт с переселением. Имеются весьма обоснованные подозрения, что в этом ему помогла та непостижимая сущность, которую я ощутил, вернув тело себе. Вот только все эти догадки не более чем догадки и можно лишь надеяться разобраться во всем этом.

Только сначала разберусь с пазлом. Когда еще такой шанс представится?

По прошествии трех дней я открыл глаза с первой же попытки. Пить хотелось очень сильно, но не было того ощущения выжженной, безжизненной пустыни в горле. С другой стороны - капельницами я был обставлен со всех сторон.

Настоящий лес!

И голос, который я услышал первым, принадлежал отнюдь не майору.

- Андрей! Ты меня слышишь? Андрей!

Сафарова. Она возникла словно из ниоткуда и так низко склонилась надо мной, что черные пряди волос комитетчицы защекотали лицо. И запах приятный, но сейчас мне совершенно не до этих глупостей.

- Воды.

- Что? А! Да, сейчас.

Не прошло и минуты, а я уже наслаждался вторым стаканом прохладной, безумно вкусной жидкости. Тот, кто считает, что у воды нет вкуса - идиот. Он есть и он прекрасен!

Пока горло приходило в себя, глаза обшаривали помещение. Причем явно не то помещение, в котором я пришел в себя тремя днями ранее. Это была одна из шикарных комнат, куда перетащили больничную койку, а на огромной кровати наверняка только что спала Банши.

У нее и вид довольно...

- Что? - недоуменно сдвинула брови брюнетка в ответ на мое хихиканье.

- Вы в камуфляже и с кобурой спали на постели, которая стоит, как половина Метеора.

- Скорее, как целый. - хмыкнула брюнетка и вновь сдвинула брови. - Что последнее ты помнишь?

- Э-э-э не-е-е.

Покачал у ее любопытного носа указательным пальцем, заодно протестировав моторику. В принципе годно, но учитывая целебный амулет на шее это и не удивительно. Его я, кстати, и ожидал обнаружить, углядев странное воздействие еще на своей проекции в личном пространстве.

Да что ж такое?! Вот почему при всем игровом и киношном опыте Чужака я не могу подобрать емкого и крутецкого термина к этому месту?

- Сначала вы расскажите, что произошло, Светлана Семеновна. И начните с того, как целый аналитик КГБ позволила себя опоить. - насладившись кислой физиономией комитетчицы, выдернул катетер из вены и по-стариковски кряхтя принял сидячее положение. - Да-да-да, Маслов соловьем пел о том, как провел вас. Давайте с того момента, где вы проснулись и-и-и...

Я многозначительно посмотрел на нее, но взявшая себя в руки брюнетка вместо рассказа помогла мне встать с кровати. Все ехидство сдуло, сразу же, ведь только сейчас дошло, что граф-то голый.

Голый! Перед женщиной! Которая поддерживает меня за плечи! Которая...

В пушистых розовых тапочках?!

- Пф-х..

- Да что опять? - брюнетка перехватила мой взгляд. - Ну не в ботинках же спать в такой постели, а так... Ты вообще голый!

- И мне очень стыдно. Если кому-то об этом расскажете, то я расскажу про тапочки всей стране.

- Верю! А теперь порадуй меня и скажи, что сможешь принять душ сам или...

- Никаких "или"! Еще не хватало, чтобы женщина меня мыла.

- Я тебя мыла. Я выносила за тобой...

- Хватит! Оставьте мне хоть немного самоуважения.

Горячие струи воды смыли с кожи грязь, пот и даже думать не хочу, что еще. И до чего не добралась старший лейтенант. Казалось, кожа обретала все больше и больше чувствительности, напитываясь влагой. И самое главное - с каждым впитанным миллилитром, впитывался и он.

Голод.

Дайте кусок того, что можно пережевать и оно автоматически станет едой. Пришлось сворачивать водные процедуры, а иначе, клянусь, начал бы жрать мыло.

И так прекрасно, что за дверью ванной меня ждала лучшая женщина в мире. Повелительница розовых тапочек и печенья. Того самого печенья, которое впитало в себя весь сахар этого мира и еще одну ложечку сверху.

- Я проснулась в камере под этим зданием. - Сафарова не теряла времени, приступив к изложению своей версии событий, пока я еще силился проглотить первую порцию калорий. - Уже потом выяснилось, что Маслов накачивал меня какой-то дрянью. В общем, Сибиряков меня оживил, а Собеева определила присматривать за тобой лично. Второй день тут и торчу. Безвылазно. Как-то так. Теперь твоя очередь! Что последнее ты помнишь?

- Чё? - я аж поперхнулся от возмущения. - Такой рассказ не считается! Это там рыбка сушеная? Давай сюда! Самое оно к печенью будет и майонез тоже. Нужно восполнять... Все нужно восполнять! А ты говори пока, если хочешь узнать самое интересное.

Светлана Семеновна кочевряжиться не стала. Как и натягивать свою фирменную улыбку. Молча выгребала все, что имеется в холодильнике и складывала передо мной.

В обмен на еду я решил закрыть глаза на фривольное обращение. С некоторыми людьми переход на "ты" требует особых обстоятельств и между нами эта искра проскочила. Она видела меня голым, а я абсолютно уверен, что тапочки комитетчица с собой привезла - не место такому среди всей этой позолоты.

Взаимный стыд объединяет!

- Если коротко, то о твоем визите многие узнали за день до нашего приезда. Когда приехали, то об этом знал уже весь Периметр. Сам Плакса изволил явиться! - пафосно продекламировала она, но я не отвлекался от нанесения какого-то соуса на печенье. - И тут мы исчезаем с радаров. Ладно я, но тебя ждали очень многие, чтобы договориться насчет... Ну ты понял.

Понял. Для этого и прибыл. Только отвечать ничего не стал - челюсть занята перемалыванием абсолютно несочетаемых продуктов питания.

- Маслов придумал какую-то сказочку про то, что уникальный Одаренный не рассчитал своих сил, вглядываясь в Туман. Корявенько, но никто и подумать не мог, что он будет действовать настолько грубо. - она утащила со стола кусочек рыбки, получив на это возмущенное сопение. - Все бы ничего, но на Периметр начал прибывать народ. Причем некоторые даже из Новосибирска прикатили. На третий день приехал Сергей Сибиряков - наследник Сибиряковых, и с ним орда Иркутских. Даже измов с собой привезли! Представляешь? Оперативно сработали ребята, но у порога их встретил перебинтованный майор и послал в общаги. Сибиряков - Целитель и он не только не понял, почему ему не дают осмотреть пострадавшего, но и категорически отказался быть посланным. Тогда все и закрутилось.

Утащив еще одну маленькую рыбку, брюнетка переместилась на кресло и поигрывая тапочком, продолжила:

- Этот придурок считал себя чем-то большим, чем являлся, я про майора Маслова, но Иркутским на все эти барские замашки наплевать. У них там свой Туман имеется и сюда они приехали исключительно ради тебя, граф. Так что криков было много и тогда у жирдяя сдали нервы. Он вытащил пистолет! В воздух выстрелил!

Она блаженно улыбнулась этой ошибке офицера из чужой службы. Впрочем, сразу же продолжила.

- Когда такое происходит в толпе вооруженного народа, да еще если рядом куча Одаренных... Ухх! Однако все обошлось. Думаю, что старая кровь не ожидала такого и не была готова к вооруженному противостоянию. В тот момент не была готова, а наутро четвертого дня ситуация изменилась. Маслова вроде бы зашибло люстрой, а его люди словно взбесились! Расстреляли колонну техники на подходе к Периметру и взяли общежития в оцепление. Такого отношения уже никто не стерпел. Сейчас непонятно с чего все началось, но началось. Половина гостевых общежитий в труху и этому домику тоже хорошо досталось. Армейские подогнали вторую колонну и раздолбали всех, кто не собирался сдаваться. Танки, вертушки и все такое. Твоя училка прибыла вместе с ними и она теперь временно возглавляет Периметр. Вот только к ее прибытию Сибиряков уже вытащил нас обоих из подвала этого здания. Потом еще сутки вокруг тебя вился - лечил. Всех напрягал этот твой сон, но я убедила народ, что это особенность Дара и вроде успокоились. Сейчас куча высоких чинов всех мастей роется в документах Маслова и ждет твоего пробуждения.

Сдох ублюдок? Странно, что он вообще столько продержался с той дозой черного песка. Скучать не буду.

- И все это время ты проспала?

- Не сыпь мне соль на рану, граф. - поморщилась брюнетка и горестно вздохнула. - Капитанские звездочки были так близко.

Она дождалась, пока я не закончу набивать брюхо и только тогда поинтересовалась:

- Расскажешь свою версию?

- Ага. Маслов хотел меня зомбировать, но не учел...

- Зомбировать? Что это значит?

- Эм-м, ну типа промыть мозги и заставить себя любить, но не с помощью Дара, а с помощью какой-то измененной химии. Не цепляйся к словам - не я терминологию выдумал.

- Та-а-ак. - протянула подобравшаяся комитетчица. - Вы продолжайте Андрей Михайлович, продолжайте.

- Да ладно уж, можешь и на ты. Короче, слушай...

Я детально изложил ей все, что произошло и добавил совсем чуть-чуть выводов. Ну а про себя поругал одного весьма неумного графа за то, что бросается словечками другого мира. Все же лучше впредь так сильно не торопиться с поглощением чужого опыта.

- Это все? - напряженно спросила Банши, стоило мне замолчать. - Вот же гадство!

Брюнетка выстрелила собой из кресла в сторону двери, но резко затормозила. Скинула тапочки и обула военные ботинки.

- Сиди здесь и никому не открывай!

- Да щас прям.

Она смерила меня взглядом, но только снова тяжко вздохнула.

- Не выходить без меня сможешь хотя бы? Очень не хочется снова лейтенантом становиться.

Я милостиво кивнул и царственным жестом отпустив комитетчицу, завалился на кровать. Сразу же нашел пульт и щёлкал каналы в поисках новостей, но до вечера еще далеко и до свежего выпуска тоже. Поэтому на выручку пришло радио, но и там не особо много новостей оказалось.

Кто-то где-то стрелял. Периметр то в огне, то все здесь у нас хорошо и под полным контролем доблестной СОБ. Никакой конкретики.

Стук в дверь заставил поморщиться. В прошлый раз ничем хорошим он не закончился ни для кого. К тому же так приятно нежиться в женской постели.

Вот почему девчонки всегда умудряются настолько приятно пахнуть?

- Открыто! - все же подал голос, когда стук повторился.

Дверь бесшумно отворилась, впустив внутрь высокого светловолосого черноглазого мужчину немногим старше тридцати. И в отличие от Сафоровой, этот гость являл собой классику современного делового стиля. Синий костюм, бежевая рубашка, воротник которой перехвачен узким синим галстуком с гербовым рисунком, вышитым серебряной нитью и коричневые лакированные туфли без единой пылинки.

- Рад, что вы пришли в себя, Андрей Михайлович. Позвольте представиться - Сергей Павлович Сибиряков. Как вы себя чувствуете?

Его голос оказался на удивление приятным и аура вполне себе ничего. Чуть хуже среднего, но до откровенного дерьмеца еще далеко.

- Проходите, Сергей Павлович и извините, что не могу подняться, чтобы поприветствовать вас, как полагается. Боюсь, что если попробую совершить сей подвиг, то распрощаюсь со всем съеденным. Переборщил, понимаете ли.

Сказал и по коже пробежал морозец. "Понимаете ли"?! Откуда это у меня? Жирный козел успел мозги промыть, что ли?! Или просто фразочка паразитная прилипла?

Избавлюсь!

- Понимаю, но как врач - осуждаю.

Он плотно прикрыл за собой дверь и сел в то самое кресло, где еще десять минут назад смуглая ножка игралась с розовым тапочком.

- Однако если тяжесть от съеденного - это единственное неудобство, то все просто замечательно. Светлана Семеновна, конечно, объяснила феномен вашего беспробудного сна, но я все равно переживал.

- И я весьма признателен вам за помощь, сударь. - серьезно кивнул Целителю. - Мне очень хочется отплатить вам добром на добро. Прошу сразу обратить внимание на то, что моей жизни ничего не угрожало и я это прекрасно понимаю. Как понимаю и то, что вы этого не знали и приложили достаточно много усилий для моего спасения. Поэтому не будем ходить вокруг да около, ведь мы оба знаем, зачем вы здесь. Отныне любой, на кого вы укажете, вправе рассчитывать на мою консультацию касательно Прорыва или обретения Дара. Кроме того, при прочих равных, такой человек будет иметь приоритет перед всеми остальными соискателями, пока мы с вами находимся в Красноярском Периметре. Это условие не касается рода Сибиряковых, ведь для ваших родственников отныне мои услуги полностью бесплатны и приоритетны.

Мужчина понял сказанное верно. Все бесплатно только для самих Сибиряковых, но не для тех, кого они захотят возвысить. Я все же зарабатывать сюда приехал, а не ради благотворительности.

- А слухи о вас не врали, граф. Что же, наш род всегда уважал деловой подход и если уж мы обошлись без лишних расшаркиваний, то обсудим дела сразу. - Целитель усмехнулся. - По сто рублей с человека за осмотр перед Биением вас устроит?

- Вполне, сударь. За одним исключением - я не возьму плату за тех, кому Туман грозит смертью. Это дело чести!

- Что делает честь уже вам, граф. - благосклонно кивнул визитер. - А скажем, по столько же перед клетками со зверьем? Однако если человек получит Дар, то за каждого Одаренного интернат Новая заря получит пожертвование в размере пяти тысяч рублей. Такие условия вас устроят?

Да-а-а-а! Такие условия меня так устроят, что я буду пахать, пока не упаду! Вот только многовато предлагает и придется наступить на горло жадности, а иначе весь план к чертям улетит.

- Нет, сударь, ваше предложение слишком щедро. С моей стороны будет справедливо настаивать на впятеро меньшей сумме за обретение Дара. Однако эти условия только для тех, на кого укажите вы лично или ваше доверенное лицо.

- Прекрасно! Я взял на себя смелость заранее составить договор и...

- Оставьте, Сергей Павлович. - я поднял ладонь. - Предлагаю начать наши взаимоотношения на основе доброй воли и доверия.

- И вновь прекрасные слова, граф! - с достоинством улыбнулся наследник главы Иркутска. - Думаю, что уже завтра вы будете готовы посмотреть моих обалдуев. Кроме того, хочу сообщить вам еще кое-что. От главы администрации Красноярска, а также от прокуратуры Красноярска поступили требования признать выдачу вашего свидетельства о рождении недействительным. Дело довольно щекотливое и в нем довольно много неясностей. Вполне возможно, что разбирательства по нему могут затянуться надолго. Может даже случиться так, что вплоть до вашего шестнадцатилетия.

- Ох уж эта бюрократия. - я притворно вздохнул, прекрасно поняв посыл. - Хорошо, что между нами нет таких препонов. Так зачем оттягивать осмотр ваших людей? Никто не знает, когда начнется Биение и не хотелось бы его прошляпить. Только дождемся Светлану Семеновну и пойдем. К тому же мне нужна моя одежда.

- Эм-м. - замялся Сибиряков. - Тут, видите ли, какое дело, граф. Той комнаты, в которой вы размещались и где находились ваши вещи, ее больше нет. Там засел снайпер и моя гм-м... спутница немного переборщила с приложенными усилиями.

Я, в задумчивости, провел рукой по безумно мягкому белому махровому халату. Вещь, безусловно, хороша, но выходить в ней на люди? Можно еще тапочки у Банши одолжить, чтобы уж совсем...

- Я распоряжусь, чтобы вам доставили одежду подходящего размера. - Сибиряков правильно понял мое молчание. - Не беспокойтесь, сударь, это все же место, куда съезжается масса молодых людей. Проблем не будет.

- Буду вам очень признателен и могу я еще кое о чем попросить? - дождавшись кивка, сдался с потрохами. - Похоже, пережрал всякого и теперь в живот словно нож воткнули. Очень больно. Помогите.