Как-то гуляя в лесу – а котятам очень нравилось гулять в лесу, – нашли там говорящее дерево. Прохор во время телепорта не вписался в нужную точку и со всего маха впечатался в ствол дерева, на что получил:

– Надо быть аккуратнее, молодой человек.

Он сначала не понял, откуда голос. А когда дошло, струхнул. Вот чего-чего, а говорящих деревьев они еще не встречали.

Как любопытные волшебные кошки, они обнюхали, обстукали дерево. Оно терпело. Но потом кому-то пришла мысль сделать Буратино (сказки они тоже читали и любили). Решив не откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня, котята рванули домой.

Дерево облегченно вздохнуло и подумало: «Уф-ф, отвязались». Как оно ошибалось…

Прибежав домой, котята всех обрадовали своей находкой.

Василиса, не лишенная юмора мама, сразу спросила:

– Ну что, Буратино будем делать или как?

Все взрослые (подчеркиваю: взрослые) посмеялись шутке и забыли об этом.

Но у котят уже всё было готово. Они тайно взяли топор, пилу и долото. Придя к говорящему дереву, которое подумало, что его просто хотят навестить, котята попытались с ходу оттяпать здоровенный сук, который рос ближе к земле.

Какой тут поднялся крик! Дерево кричало громко, хорошо поставленным голосом и не без удовольствия. Конечно, намолчишься в лесу – а так хоть себя послушаешь. Короче, крик стоял такой, что сбежались все домочадцы.

– В чем дело? – грозно спросил Отрывкин. – Вы почему так кричите?

– А вы бы не кричали, если б без всякого наркоза вам попытались отпилить руку? – возмутилось Дерево.

– Так вы с наркозом хотите? – еще строже спросил Отрывкин.

– Оставьте меня в покое, – занервничало Дерево, – ни с наркозом, ни без я не собираюсь расставаться со своей рукой! Зарубите это себе на носу!

– Носы тоже рубить не будем, – подумав, сказал Отрывкин, – что за варварство, в самом деле. Носы рубить придумали!

– Если вы сей же час не прекратите меня третировать, – стало закипать Дерево, – я закидаю вас листьями и затопчу корнями!

– А вы еще и ходите? – изумился Отрывкин.

– Я могу и глаза сучьями выколоть. И корнем придушить. Оставьте меня в покое. И я обещаю никому не причинять вреда. Только у меня к вам просьба: приходите иногда поговорить со мной. Мне бывает так одиноко. Я поначалу обрадовалось вашим котятам, пока они не занялись вандализмом… – Такую длинную речь толкнуло Дерево.

И всем стало жаль его.

– Вы простите нас, пожалуйста, – сказала сердобольная Аська, – мы раньше никогда не встречались с говорящими деревьями и даже не предполагали, что они могут быть до такой степени живыми. И мы будем приходить и играть рядом с вами и разговаривать.

– Спасибо, милая девочка, – растроганно сказало Дерево, – ты вырастешь красавицей, уж я-то вижу.

Аська сквозь шерсть покраснела от удовольствия.

– Простите, – забеспокоилась мама Вася, – а вы уверены в том, что она сможет быть девочкой?

– А это уж ей решать, – сказало Дерево, – захочет – сможет.

– Вот она, двойная наследственность, – прошептала Вася, но мужу пока решила не говорить. Не была уверена в его реакции.

Пораненную руку Дереву моментально зарастили. Даже шрама не осталось.

(Забегая вперед, скажем: с Деревом настолько все сдружились, что оно перебралось поближе к Дому. И стало свидетелем разных душевных тайн и даже трагедий, которыми с ним приходили и прилетали делиться.)

– А сейчас я хочу сделать вам приятный сюрприз. Думаю, никто не откажется, – весело произнесло Дерево.

Все страшно были заинтригованы.

– Я вам могу послать для общения и игр – о, он очень подвижный – своего маленького племянника. Зовут его Сучок. Он может бегать, прыгать и говорить. Только не разбалуйте его. А то я отвечаю за его воспитание.

Всем стало любопытно, что за сучок такой.

И тут из корней выскочил небольшой сучок, с маленькими корнями, руками-отростками и небольшой кроной в виде головы.

– Привет, – сказал он, и все поняли, что он улыбается и он им нравится.

Котята сразу взяли нового приятеля в оборот и потащили показывать Дом.

– Только ночевать – ко мне, в корни, – успело крикнуть вдогонку Дерево, – а то он еще маленький.

Попав в Дом, Сучок замер: он никогда не видел столько неживого, но всё равно живого дерева без корней.

И тут началось… Сучок везде ползал и залезал, исследовал каждую трещинку, всё ему надо было расковырять.

Дом начал нервничать. Его вообще раздражало, что без спросу и так нагло залезают во все щели, но ведь еще и щекотно. Дом терпел, терпел, а потом как захихикает! Это было еще то зрелище. Дом трясся каждым бревнышком и половицей. Черепица на крыше грозилась отвалиться. Всё внутри ходило ходуном. Котятам и Сучку это очень нравилось.

Наконец Отрывкин, почувствовав общее раздражение Дома (как он чувствовал всё!), скомандовал:

– Тихо! Отставить дразнить Дом! Вы подумали, что он тоже живой? Вы подумали, что ваши игрища могут его в могилу свести? И где мы жить будем? На улице?

Всем стало стыдно, и котята вскоре отвели уже сонного Сучка к дяде, говорящему дереву.

Тогда Отрывкин прошел в библиотеку, пока еще никто не собрался, и тихонько спросил у Дома: «А ты ведь ему немного завидуешь, а?» – и ласково погладил камин.

Дом счастливо вздохнул.

Но тут собрались все домашние и потребовали очередную историю у Ворона.

И Ворон рассказал свою историю…