Ну да, он был парикмахером. Слово какое-то странно-ругательное.

Мастером он был. И все его называли мастером. Весь небольшой городок N-ск.

Трудно сказать, сколько ему было лет: люди увлеченные всегда выглядят вне возрастных категорий. Не юнец, но и не старик. Человек был видный, ухоженный, глаз горел (особенно на работе), руки как у хирурга: длинные тонкие пальцы с короткими, аккуратно обработанными ногтями, кисти красивой формы (как говорят, лепки). Все местные, и не только красавицы, первым делом глаз не могли отвести от его рук.

А руки жили своей жизнью: жестикулировали, плавно что-то подчеркивали – словом, дирижировали всем спектаклем под названием «Алексей Семёнович Вольных».

Помимо прочего, Вольных был высок и умен. С ним было приятно прогуливаться и вести интересную беседу. Именно беседу, а не разговор. Во всем этом было столько шарма и обаяния, что Вольных давненько возглавлял рейтинг завидных женихов города и пригородов. Но не подозревал об этом и такими вопросами не заморачивался.

Мастером его называли за то, что, фактически ничего не меняя в стрижке, укладке, он умудрялся показать все лучшие качества человека. И человек сразу нравился окружающим, с ним хотели дружить, в него влюблялись.

Многие пользовались услугами мастера.

Но вот соседка его, Наташенька, молоденькая серенькая птичка, год назад поступившая в медицинский на хирурга (не хухры-мухры), так никогда и не обращалась к мастеру. Он ей предлагал:

– Наташенька, вы прекрасный человек, вам только тут чуть подправить и тут укоротить – и вы будете неотразимы!

Но Наташа отказывалась. Подруги у нее были, но жалели за некрасивость и невостребованность. Поэтому это были так себе подруги. Но как-то ее вдруг пригласил в кино самый красивый парень в группе. Пари, что ли, на нее заключили или просто из скуки, но пригласил. Наташа не хотела идти, чувствовала: не ее это человек – но так хотелось утереть нос этим своим неподругам. И она согласилась.

А прежде перед этим позвонила в дверь соседу и попросила привести ее в порядок. Он согласился.

Через час из подъезда выбежала высокая, стройная красавица брюнетка со сверкающими темными глазами; от постоянной улыбки ямочки на щеках играли и не желали пропадать. Одета была во что-то яркое, но воздушное, что очень шло ее порывистой фигуре, ее молодому задору и такой буйной радости жизни, переполнявшей всё ее существо, что каждый проходящий, мужчина или женщина, оборачивался и улыбался ей вслед.

Это была Наташа. Однокашник, разинув рот, смотрел на плывущее к нему чудо. Потом, конечно, двух слов связать не мог, но в любви объясниться попытался.

Посмотрев фильм и распрощавшись с расстроившимся ловеласом, Наташа задумчиво пошла домой. То ли фильм такое настроение навеял, то ли мысли незваные в голову пришли. Подходя к своей двери, она заметила, что дверь мастера приоткрыта и оттуда льется мягкий свет и тихая блюзовая мелодия. Обычно мастер так себя не вел. Наташа постучала и вошла в квартиру. Так как они давно соседствовали, то частенько забегали друг к другу за солью и другими бытовыми мелочами. Мастер сидел в большом уютном кресле под торшером и плакал. Наташа испугалась: она не видела мастера таким.

И – как будущий врач – сразу:

– Что болит? Где? Сильно?

Мастер, увидев Наташу, как будто испугался, вытер лицо и сказал:

– Прости меня, Наташенька. Зря я с тобой сегодня работал. Или это надо было сделать раньше.

– Да почему, что случилось-то? – начала сердиться Наташа, делаясь при этом всё прекраснее.

– Полюбил я тебя, как только в возраст вошла. Столько в тебе жизни и красоты, а я… Что я, простой мастер, что я мог тебе дать? А сегодня почувствовал, что ты вообще можешь уйти из моей жизни. Навсегда. И так мне плохо стало, пустота внутри поселилась и гложет.

Такие слова сказал ей мастер.

Глаза Наташи широко распахнулись, и она спросила:

– Это не из-за того, что вы меня сегодня так причесали?

– Как так? – удивился мастер. – Ты сегодня для меня такая же, как обычно.

Тогда Наташа засмеялась счастливым смехом и сказала:

– Я выйду за вас замуж. Я тоже хочу носить фамилию Вольных. Думала, вам нет до меня дела.

И опять радостно засмеялась.

Новоявленное семейство Вольных было счастливо.

Как всегда, все немного посмаковали послевкусие. Василиса сказала:

– Прямо как у нас с тобой, Лёвушка.

И прижалась к его плечу.

Все смущенно заулыбались и пошли спать.