Проснувшись рано утром, Отрывкин понял, что настроение у него прекрасное. Он выспался, отдохнул от вчерашнего и готов к новым подвигам. Хотя все поступки своей компании подвигами называл с иронией. Просто для него это была обычная работа, к которой, кстати, он уже привык, даже не заметив как. Все случилось само собой.

Отрывкин, лежа в кровати, стал вспоминать, как он вчера познакомился с Женей. Улыбнулся, вспомнив, что она, увидев его, отказалась от дуэли. И подумал, что через недельку надо будет ее навестить – хотя хотелось прямо сейчас бежать к ней. Но надо дать ей время, чтобы немного успокоилась, пришла в себя. Короче, не дергать лишний раз человека. И его друзьям она понравилась…

Дальше Отрывкин вспомнил, как познакомился со своими друзьями. Тихо засмеялся, припоминая Сову, которая возомнила себя прапором, вломилась к нему ночью в окно и начала агитировать за обучение магией. Он тогда еще очень возмутился. И только на третий день, при помощи Соловья, его уговорили учиться. Но как-то так получилось, что проснувшаяся в нем магия – привет, дедуля, экспериментатор ты несчастный! – стала самообучающейся. И – со своим характером: не терпела никаких наставников и учителей. Потихоньку сама обучила Отрывкина всяким заклинаниям. Да так, что он даже объяснить не мог, почему делает так, а не этак. Но твердо знал, что именно так и надо поступать в той или иной ситуации. Только вот на процедуру распыления на молекулы он призывал Ворона, признавая его авторитет. У Ворона, в его возрасте и с его магической квалификацией, были необходимые знания о том, кого надо распылять, а кого можно просто наказать.

Да и вообще, думал Отрывкин, славная компания подобралась.

Сова, которой палец в клюв не клади, умнейшая и преданная птица. Будучи человеком, была страшно обижена любимым, который предал ее и подставил, за что и был распылен. Прапорщиком был. Вот у нее с тех пор и были закидоны относительно прапоров. Правда, сейчас ее уже от этого вылечили. Отрывкин потихонечку, втайне от самой Совы (узнает – нос своротит на сторону), лечил ее специальным эликсиром, смешанным с жизненным. Добавлял несколько капель в еду, когда Сова отворачивалась. Другие, конечно, видели, но Отрывкин им все объяснил. Да они и так знали, что плохого он не сделает.

Лева – друг, вообще появился первым в магической жизни Отрывкина. Был меховыми тапками в виде львов – стал львом, хоть и по колено. Другого такого друга не найдешь: преданный, любящий, умный, тоже магом стал. А теперь еще и женатый.

Василиса, красавица и умница, – отличный товарищ, замечательная жена Левы и мать.

Соловей – профессор магии, скромняга и трудоголик, всегда поможет и подскажет.

Ворон – большая умница, все знает и всегда поступает как надо. А уж байки у него – заслушаешься: и посмеяться, и задуматься; а уж настроение поднимают на раз.

Ребятня – растет не по дням, а по часам. Веселые, умные, добрые, ласковые. Что котята, что крысята.

А Марьюшка, волчишка белоснежная! А дракончики – Уголек и Изумруд!

Да и друзей новых появилось сколько!.. Раньше, будучи простым ученым, Отрывкин мог только мечтать о таком. Да и сам Отрывкин, что уж тут, сильно изменился – стал вдумчивым и внимательным к окружающим людям. И не только к людям. Иначе не собралась бы у него такая замечательная команда.

А Дом-то какой! Да это клад, а не Дом: все понимает, помогает чем может, все хозяйство на себя взял – не приходится у плиты стоять, посуду мыть, убираться.

«Хм, кстати о Доме. Я же на днях обещал его плавать научить! Обещания надо сдерживать».

Отрывкин встрепенулся, оторвался от мыслей о друзьях и жизни и стал прорабатывать учебный план для Дома.

Бедный Дом, не подозревая, что́ ему предстоит, тихонько наскрипывая на кухне веселую мелодию, готовил завтрак для своих друзей-жильцов, которых он, надо сказать, очень полюбил.

Тут на кухню ворвался полностью одетый для прогулки Отрывкин и осчастливил Дом своими планами. Услышав такие новости, Дом чуть не пережарил яичницу. Но взял себя в руки (ну, или что там у него), накрыл на стол и громко скрипнул, позвав таким образом на завтрак. Пока все собирались к столу и здоровались, Дом с чувством собственного достоинства отчетливо проскрипел Отрывкину, что, мол, он уважаемый Дом и не позволит делать из себя какую-то лодку или, еще того хуже, плот.

– Но ты же позволил сделать из тебя самолет! И не особо противился, между прочим, – ехидно сказал Отрывкин.

«Я очень хотел летать, – грустно признался Дом, – это была моя мечта. А плавать… на это я не подписывался!»

Все жители, которые уже вовсю уплетали завтрак, с интересом слушали разговор. Потом Лева сказал:

– Слушай, Дом, так ведь плавать – то же самое, что летать. Только по воде.

«Совсем не то же самое! – запальчиво проскрипел Дом. – А если отсырею? Если промокну и пойду ко дну?»

– Неужели ты думаешь, – вмешалась Сова, – что Отрывкин может причинить тебе вред? Конечно, он все проверит сначала.

– Конечно, – улыбнулся Отрывкин.

Дом успокоился. А друзья принялись обсуждать, что надо сделать, чтобы Дом плавал, но без членовредительства. Пришли к выводу, что надо изобрести состав, который станет для Дома непромокаемой защитой.

Поблагодарив Дом за вкусный завтрак, все, кроме котят и крысят, которые пошли играть, двинулись в лабораторию.

Дом вздохнул и подумал, что, может, это не так уж и плохо – уметь плавать. Зато он сможет путешествовать теперь и по воздуху, и по воде. А Дом очень любил путешествия, как оказалось. Настроение его резко улучшилось.

Тем временем в лаборатории кипела работа. Отрывкин и Лева что-то мудрили с эликсиром жизни, дедулиной настойкой из пустырника и валерианы, усовершенствованной, без спирта, и со специальными травами – добавляли полынь, зверобой и белладонну. Сова в колбе грела дистиллированную воду, а Ворон бормотал заклинание, которое должно было добавить отвару необходимых качеств. При этом пощелкивал клювом.

«У Отрывкина научился», – ехидно подумала Сова.

Соловей наблюдал за процессом и давал ценные указания.

Пока взрослые занимались серьезным делом, от которого их отвлекать было нельзя (как всегда), котята и крысята играли на лужайке в догонялки с помощью телепортирования. Отрывкин давно уже закрыл поляну специальным куполом, чтобы никого не унесло за пределы поляны, – как только ребятня научилась этому полезному занятию. Купол пропускал только взрослых или по разрешению Отрывкина.

Вася наблюдала за детьми, параллельно рассказывая им байки Ворона, которых они еще не слышали. И вдруг самый любимый котенок Отрывкина, рыженькая Асенька, воскликнула:

– А где же Дом будет учиться плавать? Мы ведь в лесу живем, а речка далеко.

Все замерли. И как раз из лаборатории показался Отрывкин с колбой в руке. Он победоносно улыбался.

– Мы это сделали! – провозгласил Отрывкин. – Эликсир готов! Осталось Дом обработать и…

– И никакого «и», – перебила Вася. – Ты где плавать собрался? На лесной поляне?

Отрывкин при этих словах так и сел на порог лаборатории, из которой уже вышла вся команда разработки водонепроницаемого для Дома эликсира. Все слышали слова Василисы.

– Ой, – произнес Лева, – и что нам делать?

– Что-что? Копать, – сердито сказал Отрывкин.

– Беломорканал или что помельче? – спросила Сова на полном серьезе.

– Надо будет, и Беломорканал выкопаем, – твердо сказал Отрывкин, – а пока и пруда хватит. Но – большого и проточного!

– И куда он протекать будет? – все допытывалась неугомонная Сова.

– От ближайшей речки отвод сделаем, а родники и здесь найдем, – закончил диспут Отрывкин.

Все сразу повеселели и принялись выполнять поручения, которые давал Отрывкин. Для начала весь Дом был тщательно промазан новым эликсиром (Дом был не против: цветочный запах ему понравился). Дом оставили сохнуть и занялись прудом. Правда, Отрывкин передумал и сказал, что раз уж делать, то делать хорошо. Поэтому будут благоустраивать озеро.

Все онемели.

– Ну, надо сделать красиво, если уж начали… – оправдываясь, сказал Отрывкин.

– А я что, я ничего, – пробормотала Сова. – Ничего себе за хлебушком сходили, – все-таки добавила она.

Озеро решили сделать недалеко от поляны, но и не так близко. И чтобы деревья по берегам росли, и вообще было красиво.

Отрывкин всех расставил по рабочим местам и дал нужные указания. Детей отправили в Дом – от греха подальше. И началась настоящая магия.

Отрывкин, щелкая пальцами, прислушивался и там, где слышал тихий шум родников, втыкал прутики – чтобы не потерять место. Все дружно забормотали заклинания, защелкали клювами или пальцами (Леве щелкать было нечем, поэтому он клацал зубами и подстегивал себя хвостом). Земля стала исчезать по овалу, который наметил Отрывкин.

Они докопались до родников, очистили их, насыпали гальки разной величины, чтобы не засорялись. На дно песка с мелкой галькой насыпали – так захотел Отрывкин. Потом под землей пробили приток от ближайшей речки. Все, конечно, делалось магическим путем. Озеро наполнялось прямо на глазах.

Отрывкин пропел еще одно заклинание, чтобы вода в землю не уходила, только по необходимости природной, по чуть-чуть.

Наконец озеро наполнилось водой. И тут Отрывкин занялся эстетикой – облагородил берега: где-то сделал песочные пляжики небольшие, чтобы зайти поплавать можно было; где-то выросли ивы плакучие, где-то – березы на травке, с другой стороны – сосны. Озеро получилось на загляденье: довольно большим, с чистой прозрачной водой («Она еще станет бирюзового цвета, чуть позже», – прокомментировал Отрывкин), окаймленным красивым пейзажем и деревьями. Солнечные блики переплетались на чистой водной глади, подсвечивая ее, – казалось, что вода полна золотыми и серебряными рыбками; легкие волны набегали на песчаные отмели, а в небольших запрудах, спрятанных от глаз деревьями, можно было ловить рыбу.

Просто чудо, а не озеро.

– Можно выдохнуть, – устало сказал Отрывкин. – Поработали на славу.

Все действительно выдохнули и рухнули на траву – сил не осталось даже на то, чтобы стоять.

– Рыба-то в озере будет? – лениво спросил Лева, большой любитель рыбки.

– А она уже есть. Что же за лесное озеро без рыбы, – откликнулся Отрывкин.

– Как назовем озеро-то? – лениво спросила Сова.

– Лесным можно, – сказал Ворон.

Соловей одобрительно щелкнул клювом.

– А может, Аленушкиным назовем? – лукаво спросил Отрывкин. – Как озеро из твоей байки.

– Так ведь там русалочка жила, – отозвался Ворон.

– И у нас кто-нибудь, да будет жить. Смотри, какую красоту сделали! – гордо произнес Отрывкин.

Еще немного отдохнув и обсудив достоинства нового озера, компания неожиданно вспомнила, для чего она это озеро делала. Поэтому все в темпе встали и телепортировались к Дому, который уже начал нервничать, не случилось ли чего с его друзьями.

Ребятня и Вася выбежали им навстречу.

– Ну как? – встревоженно спросила Вася, а Дом подхватил вопрос скрипом. – Все нормально?

– Лучше, чем нормально! – закричал Лева. – Все просто отлично! Оно такое, такое!.. – Он даже не смог закончить от наплыва чувств.

Дети запрыгали от радости, а Дом одобрительно скрипнул.

– Ну, если ты высох, – обратился к Дому Отрывкин, – самое время испытать твою плавучесть.

Дом согласился, хлопнув ставней.

Все дружно вошли в Дом и телепортировались обратно на берег озера, где была сделана специальная площадка для Дома.

Дом глядел во все окна. Озеро ему очень понравилось.

– Слушай, Дом, – задумчиво начал Отрывкин, – а когда это ты научился телепортироваться? Я тебя вроде не учил.

Дом недоуменно пожал стенами. Научился, мол.

– Ну и ладно, – заключил Отрывкин, – это дело полезное. А теперь давай в озеро. И не бойся, я буду на крыльце.

На всякий случай все отошли подальше.

Олег поднялся на крыльцо, закрыл двери. Потом щелкнул пальцами, и к фундаменту Дома присоединилось что-то вроде воздушной подушки.

– Смотри, – сказал Отрывкин Дому. Тот послушно посмотрел. – Эта подушка будет появляться у тебя всякий раз, как ты захочешь. Если надо будет плыть, фундамент не будет погружаться в воду глубоко. Вода даже до крыльца не достанет. Даже при шторме.

Все с опаской посмотрели на Отрывкина. Дом в том числе.

– Э-э-э, Отрывкин… – промычала Сова. – Ты куда собрался-то?

Отрывкин смутился, но ответил:

– Да мало ли какие ситуации возникнут. Просто для подстраховки.

На таком объяснении всем пришлось успокоиться.

Дом поднялся в воздух и плавно опустился посреди озера. И почти сразу чуть не пошел ко дну. Но Отрывкин что-то пробормотал, и Дом выровнялся на воде. Он смотрел на Отрывкина широко открытыми окнами и от возмущения даже скрипнуть ничего не мог.

– Все нормально, успокойся, – сказал Отрывкин, обращаясь то ли к Дому, то ли к себе, – я уже все выровнял. Такого больше не повторится. Просто чуть добавил в кристалл летучести и немного еще плавучести.

– А мозгов ты ему еще не добавил? – сварливо спросила Сова. – А то, может, уже по имени-отчеству надо к нему обращаться?

– Меня вполне устраивает мое имя: Кристалл, – разнесся над озером звонкий голос неизвестно откуда.

– Премного благодарны, – ошеломленно бормотнула Сова. На большее она уже была неспособна.

Тут встрепенулся Ворон, пока все остальные стояли с разинутыми ртами, клювами, пастями и окнами.

– Э-э, уважаемый Кристалл, как вы себя чувствуете? И как вы научились говорить? – заинтересованно спросил Ворон.

– Говорить, находясь в таком Доме и в такой компании, как ваша, очень просто. А не говорить – просто неприлично! А чувствую я себя прекрасно. Я полон сил и всяких способностей.

– А будут еще какие-нибудь способности? – осторожно спросил Отрывкин.

– Еще не знаю. Жизнь покажет, – прозвучало в ответ.

Тут Дому надоело мокнуть, и он проскрипел: «Давайте уже меня учить плавать. Что я просто так мокну-то?»

– А что тебя учить-то? – удивился Отрывкин. – Тебе надо мысленно пожелать, куда плыть или поворачивать, и все.

Дом округлил окна… и вдруг решился. Не прошло и пяти минут, как Дом рассекал озеро вдоль и поперек, довольно поскрипывая.

Насмотревшись на довольный Дом, заверещали мелкие:

– Мы тоже хотим научиться плавать! Мы тоже!

– Если не прекратите верещать, я вас намажу эликсиром-непромокайкой, – строго предупредила Сова, – и будете на поверхности плавать до-о-о-олго, как… м-да, – закончила невнятно свою угрозу Сова.

– Да ладно тебе, Сова. Сейчас и мелких плавать научим, – примирительно произнес Отрывкин.

Вася напряглась, а Лева с тревогой посмотрел на Отрывкина. Но тот уже щелкнул пальцами, и все котята и крысята оказались в воде. Что тут началось! Все увлеченно били лапами по воде, крысята умудрялись рулить хвостиками – при этом все истошно визжали от счастья.

Почти так же истошно визжали на берегу взрослые, только от страха. Лева с Васей бегали наперегонки вокруг всего озера, стараясь поймать детей. Сова, забыв, что может магичить, просто вопя носилась над головами плавающих детей, боясь взять их в лапы: вдруг промахнется и они утонут? Ворон уже готовился произнести заклинание спасения, а Соловей ему что-то дудел в ухо – подсказывал. Доподсказывался так, что случайно получил клювом по голове от Совы, которая металась туда-сюда в воздухе, и потерял сознание. Лишь Отрывкин спокойно, но очень внимательно следил за малышней и периодически покрикивал, чтобы не заплывали далеко.

Когда прошло достаточно времени для первого раза, по мнению Отрывкина, он строго скомандовал:

– Всем на берег! Дом, тебя это тоже касается.

Ослушаться его не решился никто. Все вылезли на берег, Дом приземлился. И наступила звенящая тишина. Родители котят упали там, где остановил их окрик Отрывкина, Ворон так и не закончил своего заклинания, Сова плюхнулась на песок и сидела, обмахивая себя листом лопуха. Только Соловей продолжал лежать без сознания. Увидев это, Ворон подошел к Соловью, подул на него, и Соловей пришел в себя.

– Ты извини, но под руку, сам понимаешь… – пробубнил Ворон.

Соловей только сердито посмотрел на Сову, которая так и не поняла, что стала причиной отключки Соловья, и поблагодарил.

– Ну что, все отдышались? – весело спросил Отрывкин. – Объявляю купальный сезон открытым! А теперь пора обратно, на поляну. Обедать.

Все дружно согласились, забрались в Дом. Через секунду Дом стоял на поляне, на прежнем месте, будто и не уходил никуда. Только стенки поблескивали капельками воды, которая быстро испарялась на солнце.

Вытерев насухо котят и крысят, все пошли к столу. Дом, пока плавал, еще и обед успел намагичить.

Сытые и довольные проведенным днем, обитатели Дома разошлись кто куда: Сова полетела на мансарду вздремнуть, Соловей тоже улетел к себе, котятам и крысятам устроили тихий час – уснули они мгновенно. Дом тоже стал тихонько поскрипывать, задремывая.

Ворон подошел к Отрывкину и спросил:

– Олег, а тебе не кажется, что Алеша к нам давно на байки не заходит? Раньше ни одного вечера не пропускал, даже когда был пятном. А так уж неделю не появляется. Не случилось бы с ним чего-нибудь нехорошего.

– А ведь и правда, – ответил Отрывкин. – Я-то ведь все списывал на его занятость, а теперь тоже думаю, что могло что-то случиться. Пойдем-ка в библиотеку, посмотрим.

Они отправились в библиотеку.

Там, пройдясь по периметру, Отрывкин сказал:

– Нет, никаких следов его здесь нет. Надо идти к нему, узнавать, в чем дело.

– Надо так надо, – согласился Ворон, и они телепортировались в Алешино измерение.

Первое, что они увидели, – это идущего на них с раскрытыми лапами огромного белого кролика. Глаза его горели красным огнем, с огромных клыков («Откуда у кролика клыки?» – промелькнула у Ворона мысль) капала слюна. И вообще, он не производил впечатления милого зайчика.

– А, старый знакомый, – пробормотал, пятясь, Отрывкин. – Вот и встретились.

– Ты что, знаешь его? – удивился Ворон, пятясь в ногу с Отрывкиным.

– И ты его знаешь: это Алеша, – ответил Отрывкин. – Опять его переклинило в другую ипостась: гигантского кролика-убийцы, Кроля.

– Успокоил, – пробормотал Ворон.

– Вот мы и встретились, Отрывкин, – ухмыльнулся Кроль и жадно облизнул клыки.

– И что собираешься делать? – на всякий случай спросил Ворон.

– В нору и сожрать! – безапелляционно заявил Кроль, надвигаясь на друзей.

– Я просто уточнить хотел, – пробормотал Ворон и прошипел в ухо Отрывкину: – Бежим?

– Некуда, – так же прошипел Отрывкин. – Ты что, забыл, что это наше соседнее измерение? Не разберемся с ним, и оно к нам заявится.

– Это кого это ты назвал «оно»? – высокомерно рявкнул Кроль-Алеша. – Я сейчас вам дам «оно»!

– Вамдам, Вандамм, Дамноневам… – пробормотал Отрывкин. – Так. Действуем по прошлому плану: я брызгаю на него мертвой водой, а ты отсекаешь эту ипостась от Алеши и распыляешь ее. Иначе она опять вернется.

Ворону не надо было объяснять дважды. Зато Кроль, услышав эти слова, рванул в сторону друзей с такой скоростью, что уши затрепыхались за спиной, по ветру. Отрывкин выхватил из кармана (как всегда, карманы у него были полны всяким) флакон с мертвой водой и еле успел брызнуть в уже раскрытую для укуса пасть Кролю. Тот затормозил, чуть не сбив Отрывкина с ног, недоуменно пошевелил ушами. Потом глаза его разъехались в стороны, и с громким грохотом Кроль рухнул на землю. Он лежал мертвый.

Тут подскочил Ворон, произнес нужное заклинание и громко клацнул клювом (отрывкинская школа!). Над Кролем сгустилось черное облако, которое, после очередного щелчка пальцами, рассеялось. На его месте лежал бесчувственный Алеша.

Отрывкин вытащил другой флакон, с живой водой, и брызнул ею на Алешу. Алеша глубоко вздохнул, потянулся и сел.

Он удивленно смотрел на Отрывкина и Ворона.

– А вы что здесь делаете? – спросил он.

– Угу, ты еще добавь: «…кино-то давно кончилось», – не очень дружелюбно пробормотал Отрывкин.

– А какое кино? – недоуменно спросил Алешка.

– Да уже никакое! – раздраженно ответил Ворон. – Ты лучше скажи, почему опять в Кроля-людоеда обернулся? Тебя же Отрывкин уже лечил.

– Да из соседнего измерения какой-то вирус прилетел, типа гриппа. Я думал, что нормально переболею, как все. А он, видно, осложнение дал на подсознание. Я ведь даже и не помню, как Кроль появился. Я уже был в отключке. – И Алеша тревожно спросил: – А теперь что? Опять до очередного рецидива?

– Нет. Прикончили мы твою ипостась окончательно и бесповоротно, – улыбнулся Отрывкин. – Ворон постарался.

– Да вместе мы все сделали, – сказал Ворон.

– А как вы вообще поняли, что со мной что-то не то? – с любопытством спросил Алешка.

– Так ведь ты на мои байки целую неделю не заглядывал! – засмеялся Ворон.

Отрывкин с Алешей засмеялись вместе с ним.

– Теперь не пропущу! Приглашаете? – заулыбался Алешка.

– С каких это пор тебе приглашение надо? – улыбнулся в ответ Отрывкин. – Ладно, если все в порядке, мы пойдем. А на байки приходи!

– Спасибо! – отозвался Алешка. – И за лечение тоже. Что бы я без вас делал! – И он растворился в воздухе.

– Не жил, – засмеялся Ворон. – Ну что, домой?

– Домой, – ответил Отрывкин, потягиваясь.

Через секунду они были в библиотеке.

Сказать, что в Доме было все перевернуто вверх дном, – ничего не сказать. Везде царила суматоха: беготня, топотня, хлопанье дверьми и крыльями.

– Э-э, а что здесь происходит? – удивленно спросил Отрывкин.

– Отрывкин с Вороном пропали, ищем! Давай подключайся! – проорала на лету Сова.

Через пару секунд, осознав, кого увидела, она попыталась резко затормозить в воздухе, но в результате раздалось громкое «Бум!». Это Сова со всей дури врезалась в шкаф с книгами. Книги, недовольно урча, посыпались на пол и на Сову. Это ее добило, и она отключилась.

Отрывкин с Вороном с изумлением смотрели на то, что творится вокруг. Отрывкин громко свистнул, и воцарилась полная тишина. Лишь кое-где раздавались удары от падения тел на землю. Очевидно, летящих тел.

Через некоторое время в библиотеке начали появляться любопытствующие: мол, а что здесь происходит и вообще? Здесь были Лева с Васей, Соловей, котята с крысятами; даже Манюня выползла из-под шкафа. И все с удивлением и укоризной смотрели на Отрывкина и Ворона.

Отрывкин для начала занялся Совой. Брызнул живой водой, и Сова вскочила на ноги, как новенькая. И сразу началось.

– Вы где пропадали?! Это что происходит?! Мы вам друзья или кто?! Почему мы должны тут все на ушах стоять, когда вашим величествам захотелось прогуляться неизвестно где? У вас совесть есть? Дом чуть не развалился от тревоги! – бушевала Сова.

– Ага, а у меня вообще нервный срыв случился… – поддакнул было Лева, но был тут же прерван Совой:

– А ты вообще молчи, ипостась неадекватная! – Сова разъярилась не на шутку. – Я ответа жду! И мое терпение заканчивается!

Лева обиженно замолчал.

– Мое тоже! – рявкнул Отрывкин. – Ты же сло́ва не даешь вставить! А мы, между прочим, Алешку лечили от его агрессивной ипостаси, опять вылезла. И простите, что вас не предупредили, что уходим в другое измерение.

– Так, я хочу услышать ответ!.. – не смогла сразу остановиться Сова. – А? Что? Это вы извинились, что ли?

– Что ли, – с усмешкой сказал Отрывкин. – И вообще, у вас оставалась Манюня, наш главный поисковик. Почему вы не воспользовались ее услугами?

– Да мы это… – забормотал Соловей. – Не подумали как-то.

– Ну вот, когда научитесь думать, тогда и наезды устраивайте! – влез Ворон.

Все замолчали, переваривая информацию. И тут до всех дошло, что Алешка-то, оказывается, болен был, его спасать надо было. А они тут разборки устроили, нехорошо. Такие или приблизительно такие мысли крутились в голове у всех. И правда, что же это мы, товарищи дорогие, про Маню-то забыли?..

– Тамбовский волк тебе товарищ! – рявкнула Соловью еще не пришедшая от стресса и ударов магических книг Сова.

– Я что, вслух, что ли, говорил? – изумился тот.

– Нет, это я тут сижу и в рассуждалки играю! Вслух! – продолжила Сова.

Соловей схватился за сердце.

– Могла бы и порассуждать, – сказал Лева, – вместо того чтобы виноватых искать.

– А что их искать-то? Манюня, что молчишь? – наехала Сова на Манюню.

– А что говорить-то? Ты уже все про всех сказала. А что касается меня, то я так крепко сплю, что меня специально будить надо. Я во сне энергию аккумулирую, так меня сделали, – спокойно ответила Манюня. Впрочем, она всегда была спокойна.

Дому надоели все эти пересуды, и он заскрипел, что Алешка спасен, все живы-здоровы. Что еще надо? И вообще, на кухне ужин стынет.

Все послушали Дом и пошли на кухню, по дороге обнимаясь и извиняясь друг за друга. Ужин прошел мирно, тихо, уютно и вкусно.

Когда друзья оттрапезничали и поблагодарили Дом за вкусный ужин, они прямиком, по привычке, отправились опять в библиотеку.

Библиотека была самым уютным и необычным местом в Доме: несколько стен сплошь заставлены стеллажами с книгами; огромный камин, который давал столько тепла и уюта, сложен из какого-то камня; вдоль стен расставлены огромный уютный мягкий диван и кресла, в которых так хорошо дремалось; между ними массивный деревянный журнальный столик на низких изогнутых ножках, обычно заваленный книгами. А самой интересной достопримечательностью библиотеки и ее особенностью было большое окно-фонарь в виде цветных витражей. Там не было определенного рисунка, но дневной, да и лунный, свет, проходящий сквозь витражи, жил своей жизнью и по своим законам, не имеющим ничего общего с законами природы: он появлялся где хотел и когда хотел; иногда складывалось впечатление, что тени ходят друг к другу в гости. А цвета были совсем невообразимыми: то на книжную полку ляжет густой, с примесью пурпура, сиреневый оттенок, то журнальный стол окажется в луче оранжевого света, то на полу перед камином лениво начнет передвигаться розово-дымчатый блик. Так что, по мнению жителей Дома, да и по его собственному, библиотека была самым волшебным местом, со своими причудами и характером.

Ворон без лишних рассуждений принес свои рукописи.

Только все уютненько устроились, как из камина появился Алеша.

– Не прогоните? А то очень по байкам Ворона соскучился, – улыбнулся он.

Все одобрительно закивали-заулыбались. Заодно поздравили с выздоровлением. И Ворон начал рассказ:

– Сегодня расскажу вам историю немного мистическую, но с юмором. Просто отдыхайте и слушайте…