Как-то раз, устав заниматься домашними делами и решать вечные проблемы, Отрывкин надумал отправиться в гости. Друзей за это время у него накопилось много, оставалось только выбрать к кому.

Отрывкин перебрал всех, кого видел в последнее время, и понял, что очень давно не виделся с молодой парой, которая запуталась в своих ипостасях: он превращался в лося и жил в лесу, а она превращалась в нерпу и, соответственно, жила в море. Это все случилось после небольшой ссоры, которая выеденного яйца не стоила. После нее оба решили уйти в свои ипостаси навсегда, и он остался лосем, а она нерпой, со всеми вытекающими. Отрывкин тогда почувствовал негатив, исходящий из поселка, и помчался на помощь, как всегда. Успел вовремя. Помирив обоих молодоженов и получив их согласие, Отрывкин заблокировал их превращение в свои ипостаси. И молодые смогли жить вместе. И вроде бы с тех пор жили счастливо.

Вот их-то и решил навестить Отрывкин.

Когда он стал собираться, к нему подошла Сова и спросила:

– А куда это собрался?

– Да вот думаю старых друзей навестить, – ответил Отрывкин, – давно у них не был. Хочу проведать, как там у них дела.

– Ну так мы сейчас мигом соберемся! – обрадовалась Сова.

– А ты что, со мной собралась? – удивился Отрывкин.

– Интересное дело! – возмутилась Сова. – Как мир спасать, так мы, а как в гости, так каждый сам по себе. Так дело не пойдет! И отправимся мы все вместе. Твои друзья – наши друзья.

Отрывкин засмущался и подумал: «Действительно, почему бы нам всем не пойти в гости? Люди они хорошие. А ребята мои совсем заработались, пусть отдохнут…»

Сова же уже развела бурную деятельность, и когда Отрывкин закончил размышления, в библиотеке собралась развеселая компания.

– Я так понял, что нас и в гости уже не зовут, – язвительно начал Лева. – То есть в приличную компанию нас приглашать нельзя. То есть мы, как домашние узники, должны сидеть Дома, а за его окрестности выходить ни-ни.

– Похоже на то, – грустно прощелкал Соловей, – друзья мы только для беды. А как только хороших людей навестить, так мы лицом, или чем там, не вышли!

– Ну, это вы загнули, – вмешался в разговор Ворон. – Все-таки мы одна команда. Отрывкин никогда не был уличен в предательстве друзей. Я больше чем уверен, что он просто не хотел отвлекать нас от дел.

– Ах, какие мы правильные. Конечно, Великий Отрывкин не может ошибаться, – сыронизировала Сова. – И хоть я его очень люблю, как своего лучшего ученика, – без ложной скромности уточнила Сова, – но все-таки он мог бы о своих друзьях подумать и быть к ним повнимательнее.

– Ну, Сова, что ты опять начинаешь? – примирительно сказала Вася. – Тебе же сказано было, что человек просто подумал, что может оторвать нас от дел. Это тебе не хухры-мухры – мир спасать каждый день.

– Взрослые, а вы что, действительно решили поссориться? – ехидно прозвенел голосок любимицы Отрывкина Асеньки, дочки Левы и Васи.

– Мелким слова не давали, – наигранно грозно сказал Лева. – Если некоторые считают себя любимчиками, это не дает им права голоса. По той простой причине, что они еще не доросли до взрослых.

Аська обиделась. Мальчишки – Матвей (или Мотя, как его чаще называли) и Прошка – промолчали. Аська вообще была самой разговорчивой из детей Левы.

Тут пришел Отрывкин, понял, что разговор уже состоялся: его обсудили со всех сторон и, более того, уже осудили, – поэтому просто сказал:

– Так, дорогие мои, без лишних слов собираемся и идем в гости к хорошим людям. А кто это мою любимицу обидел? Почему у Аськи глаза на мокром месте? У кого-то давно клюв на боку не был? – Отрывкин возмутился.

– Кто-то давно в тапки не превращался, – язвительно ответила Сова.

– Да никто никого не обижал, – произнес Лева. – Просто влезла во взрослый разговор и получила замечание с занесением.

– А тебя самого-то не занесло? – строго спросил Отрывкин. – Детей воспитывать – это не просто так, куколки-цветочки. Это, между прочим, огромная ответственность. Они и чувствуют все гораздо глубже взрослых, и понимают. Нельзя недооценивать их интеллектуальные возможности. Все вы знаете, как я отношусь к нашим детям. И Прошку с Матвеем очень люблю, и крысят наших. А уж свою любимицу Аську я вообще никому не позволю обижать. Даже папе родному, – закончил Отрывкин.

Аська вытерла носик лапой и гордо на всех посмотрела. Василиса одобрительно глянула на Отрывкина и строго – на Леву.

– Детей с собой возьмем в гости? – спросила Василиса.

– Конечно возьмем! – ответил Отрывкин. – Куда же мы без них-то? Да и по отношению к ним было бы несправедливо оставлять их дома и не знакомить с такими хорошими людьми. Пусть учатся общаться. Тем более эти люди плохому не научат.

– Не то что некоторые из нашей компании, – ворчливо просипела Сова.

– Ты себя имеешь в виду? – почему-то сразу завелся Соловей.

– Не будем указывать пальцами, – так же ворчливо ответила Сова.

– Ну мы что, разговоры разговаривать будем или все-таки в гости поедем? – спросил Отрывкин.

– В гости, в гости! – заверещали котята и крысята.

На том и порешили.

Сборы заняли всего несколько минут. Надо было взять с собой что-нибудь к чаю. Дом, пока слушал всякие разговоры, испек прекрасный пирог, ну и горку пирожных до кучи. Поблагодарив Дом за заботу – тот от удовольствия заскрипел половицами – и недолго думая, все жители старого Дома телепортировались к дому Нерпы и Лося (как их звали, Отрывкин почему-то не помнил – так и называл их: Нерпа и Лось).

Вся компания очутилась на лужайке около приветливого чистенького домика в небольшом поселке, где и проживала молодая пара. Как только они оказались перед домом, им навстречу выбежал мальчишка лет шести. Но резко затормозил, чуть не упав, и уставился во все глаза на незваных гостей.

– Петька, Петька! – раздался женский голос. – Ты куда убежал?

На что прозвучало в ответ:

– Да ма-ам, – пробурчал Петька (очевидно, это был он), – у нас тут странная компания. Гости, наверное.

– Сейчас посмотрим, – прозвучал тот же женский голос в ответ, явно с улыбкой, – мы гостям всегда рады!

Из дома вышла миловидная молодая женщина лет тридцати, гладко причесанная, в переднике. Она явно что-то готовила. Увидев Отрывкина, она прямо засветилась вся от радости, разулыбалась и бросилась его обнимать.

– Посмотри, кто к нам пришел! – прокричала женщина в сторону дома. – Это же Олег Отрывкин, наш спаситель!

В доме послышались тяжелые шаги, и оттуда вышел молодой мужчина, черноволосый, улыбчивый, в домашних спортивных брюках и футболке, на которой был нарисован лось.

– О, кого я вижу! – улыбался мужчина, подходя к Олегу. – Олег, какой ты молодец, что решил к нам приехать! А то сами-то мы уж и не додумались бы, да и неудобно как-то. А это что, твои друзья?

– Да, – важно ответила Сова за всех, – мы самые близкие друзья Отрывкина. А еще он наш ученик. Ну, почти наш.

– Все-таки, наверное, у Совы появилась совесть, – пробормотал Лева. Но у Совы был хороший слух, и она с наездом спросила:

– Я не поняла: кому-то шо-то не нравится? Я таки шо-то не так сказала?

Откуда-то прорезался у Совы одесский акцент.

– Да всем все нравится, – ответил Отрывкин. – Ты скоро на одесском диалекте заговоришь.

Все дружно засмеялись, представив Сову, говорящую с одесским акцентом. Громче всех смеялась Сова.

Вся компания перезнакомилась, и хозяева пригласили к чаю. Отрывкин выгрузил замечательные сладости, которые так старательно испек Дом, и душевные беседы пошли своим чередом за празднично накрытым столом и душистым чаем.

Тут раздался вопль мелкого, Петьки, который, кстати, очень подружился с детьми Левы и Васи и с крысятами. Они, наевшись сладостей, дружно играли на лужайке перед домом. Но тут в дом влетела Аська и заверещала:

– Папа, мама! Петька превращается!

– Стоп! В кого это он превращается? – заволновался Отрывкин.

– Да представляешь, что происходит… – начал отец Петьки. – Сначала все было как у людей. А потом, как стал Петька подрастать, начали происходить чудеса. То в нерпу превратится, то в лося. Что с этим делать, вообще ума не приложу.

– Ну а что ты хотел? – сказал Отрывкин. – Наследственность сказывается. Вы с матерью кто были? У вас в ипостасях у одного лось, у другой нерпа. Вот Петька в вас и пошел. Только почему две ипостаси у него сразу – это непонятно. С таким я еще не сталкивался.

– Олег, делать-то что? – уже собираясь заплакать, спросила мать Петьки.

– Ну что, сейчас посмотрим, что можно сделать, – произнес Отрывкин.

Вся компания вывалилась на улицу к Петьке, у которого уже начали расти лосиные рога. Петька при этом чувствовал себя нормально, и ему все даже нравилось. Особенно было хорошо, когда надо было с яблони яблок достать, которые висели высоко и по закону подлости были самыми вкусными.

– Не буду я лечиться, дядя Олег, – сказал Петька. – Мне так здорово! Когда хочу, могу лосем по лесу бегать: для меня это безопасно. А когда хочу, то могу в нерпу превратиться и плавать сколько влезет. Так что здесь сплошные плюсы, – не по-детски оценил свое состояние Петька.

– Тут ты не прав, брат, – произнес Отрывкин задумчиво. – Тут дело в том, что у тебя две ипостаси. А это значит, что фактически ты имеешь три личности. И это уже не здорово. Пока они себя ведут хорошо, не раздирают тебя на части. Но когда подрастешь, такой момент наступить может. Я тебя не запугиваю, просто говорю тебе то, что может случиться. Так что давай-ка, друг ситный, настраивайся и начнем лечиться, – закончил Отрывкин.

Все это слышали его компания и родители Петьки. Мать с отцом обнялись и с надеждой смотрели на Отрывкина и его друзей. А команда Отрывкина собрала консилиум: как вылечить Петьку, чтобы не повредить его основной личности.

Все дружно посоветовались и решили, что ипостасей Петьку надо лишать, иначе добром это не кончится. А закончиться это может шизофренией – расщеплением личности. Отрывкин предлагал оставить хотя бы одну ипостась – чтобы мальчишке было интереснее жить на белом свете, раз уж так случилось. Но тут вмешалась мать Петьки.

– Вот что я вам скажу, дорогие мои, – начала она. – Мы с мужем, – посмотрела она на него, – ох как намучились со своими ипостасями. Чуть не развелись. И Петьки бы не было на белом свете. Поэтому нам они не нужны. А если уж так суждено, что у Петьки должна быть ипостась, то так оно и будет. Он еще довольно маленький, чтобы решать, что ему надо, а что нет.

– Ну, как скажете, – сказал Отрывкин. – А теперь приступим.

– Ой, а больно не будет? – задним числом испугался Петька.

– Не бойся, маленький, ты ничего не почувствуешь, – пожалела мальчишку сердобольная Вася.

Тем временем Отрывкин, спросив у Ворона про одно заклинание, у Совы – про другое, засучил рукава и начал щелкать пальцами.

– А тебе не кажется, – задумчиво произнесла Сова Соловью, – что он нащелкивает куплеты тореадора из оперы «Кармен»?

– Да, похоже, – вполголоса ответил Соловей. – Дело серьезное, поэтому щелкает так активно. Обычно ему одного щелчка хватает.

– Все, замолкаем. Мешать Отрывкину нельзя, – строго сказал Ворон. – Дело нешуточное.

Отрывкин тем временем, продолжая нащелкивать пальцами «Кармен», еще и начал что-то бормотать себе под нос и ходить вокруг Петьки, который стоял столбом и боялся пошевелиться. В конце концов, Отрывкин закончил бормотание, достал из кармана эликсир жизни в небольшом флакончике, который всегда носил при себе, брызнул на Петьку, дунул ему в лицо. Образовалось белое облако, которое заволокло Петьку целиком. Когда облако рассеялось, все увидели, как поднимаются ввысь тени нерпы и лося. Тени были прозрачными, воздушными, и складывалось впечатление, что они были рады свободе.

Петька открыл глаза, осмотрелся и спросил:

– Ну, когда лечить-то будете?

Все дружно и облегченно рассмеялись.

Тут Петька заметил две тени-облака, которые улетали все дальше и дальше. И захлюпал носом. Крысята прижались к Петьке, а сердобольная Аська начала тихонько подвывать. Лева погрозил ей пальцем: мол, парень сам разберется.

Мать с отцом обняли и поцеловали сына. Объяснили ему, что все уже закончено.

– Это, конечно, немножко грустно, – произнес Петька, подхлюпывая, – но, наверное, так было надо. Ведь вы же плохого не сделаете, правда, дядя Олег?

– Конечно, нет! – хором загудели все вместо «дяди Олега». – Теперь все будет хорошо и у тебя, и у твоих родителей!

– И, главное, нервы будут у всех в порядке! – поставила жирную точку в разговоре Сова, и все дружно отправились допивать чай и доедать вкусности.

(Через год Петька написал своим друзьям – крысятам, Аське, Моте и Прошке – о том, что стал превращаться в собаку. Но это уже был его осознанный выбор. Наверное, в деда пошел.)

В поселке дела шли хорошо, негатива никакого не было. Так что наши друзья, посидев еще какое-то время и поговорив с хозяевами о том о сем, стали прощаться. Да и ребятня уже подустала.

Через некоторое время все дружно телепортировались и оказались на лужайке у старого Дома. Дом приветственно похлопал ставнями.

Поскольку все были из гостей и сыты, то решили себе устроить тихий час. Разбрелись по своим комнатам, чтобы немного отдохнуть: кто-то читал, кто-то писал, кто-то сладко посапывал. В Доме было тихо-тихо. Даже крысята устроили себе тихий час.

После отдыха все чувствовали себя прекрасно. Впечатлений от приятной молодой пары и их маленького сынишки была масса. Крысята и котята, особенно Аська, вспоминали их игры и обещания, что будут переписываться друг с другом. Все были довольны. Дом тоже был доволен, что вся команда в сборе, все под его крылышком, то бишь крышей, и у всех хорошее настроение.

Поскольку Отрывкин долго не умел отдыхать и бездельничать, он отправился к рабочему столу – может, получится что написать? Писать явно не хотелось. А вот в голову ему пришла определенно интересная мысль: «В соседнем городе я точно давно не был».

С этой мыслью он обратился к Сове, которая только спустилась со своей мансарды:

– Сова, а ты в курсе, что мы давно не были в нашем соседнем городке? Правда, никаких поводов там появляться вроде как нет, все тихо и спокойно. Но почему-то мне вдруг очень захотелось туда попасть. Составь мне компанию – давай проверим наш городок?

– А почему бы и да, – миролюбиво сказала Сова. – Особых дел сейчас нет. Все прогулялись, отдохнули. Теперь можно и в городок махнуть не глядя. Только не нравится мне твое «вдруг очень захотелось». Магией попахивает.

– Сова, когда ты так говоришь, меня это сразу настораживает! – засмеялся Отрывкин. – Я абсолютно не знаю, чего от тебя ожидать! А насчет магии – посмотрим.

– От меня ожидать можно только хорошего, – важно ответила Сова. – Неужели ты, Отрывкин, этого еще не понял? Я самая надежная птица в твоем Доме! Так что давай не будем тратить время зря, займемся делом.

– Сова, – хитро улыбнулся Отрывкин, – если бы ты не была женщиной, я бы тебе сказал: «Слова не мальчика, но мужа». Но ты женщина, поэтому к тебе это не совсем подходит.

– Считай, уже сказал, – проворчала Сова. – Ты же все равно когда-то считал меня прапором. Так что уж теперь… – И она махнула крылом.

Через минуту они оказались в соседнем городке, который почему-то срочно решил посетить Отрывкин. Стояли они на главной улице.

Сам городок был небольшой, скорее поселок городского типа. Достопримечательностей было раз-два и обчелся: средневековая колоколенка на горке; рядом церковь того же века; старинное большое здание, несколько столетий назад принадлежавшее каким-то купцам, – красивое, резное, с когда-то позолоченной, а теперь закрашенной лепниной, с колоннами и статуями между ними (теперь это здание отдали под городскую многопрофильную больницу); да огромный пруд перед этим зданием, который не замерзал даже в самые лютые морозы. По краям пруда росли ивы, березы и сосны; на берегу, в укромных местах, стояли удобные и уютные лавочки, над которым возвышались сделанные под старину фонари. У лавочек вдоль пруда вилась замощенная плиткой дорожка, а внизу, у самой воды, прикрытые от глаз буйной зеленью, кое-где были специальные мостки для ловли рыбы (в пруду почему-то водились осетры). Пруд, конечно, где-то соединялся с соседней речкой, но какая именно это река – никто не знал: их было несколько в округе.

Отрывкин с Совой шел по главной улице городка, название которого он так и не мог вспомнить, и вдруг остановился. Это случилось так резко, что Сова пролетела еще несколько метров, прежде чем увидела, что Отрывкина нет рядом: отстал.

– Отрывкин, что случилось? – спросила Сова. – Ты что, на небо, что ли, засмотрелся? И вообще, здесь, по-моему, все нормально, уровень негатива в норме, не зашкаливает ни разу. Можно в Дом возвращаться.

Тут Сова обратила внимание, что Отрывкин стоит столбом, неотрывно глядя на высокую, стройную рыжеволосую девушку с топазовыми глазами, которая стояла на противоположной стороне пруда, внимательно смотрела на Отрывкина и улыбалась.

Это совсем не понравилось Сове. Как личность практичная, Сова не могла позволить Отрывкину увлекаться неизвестно кем или чем.

«И вообще, призывно смотреть здесь имею право только я, как бывший прапор!»

С этими мыслями она стала летать перед лицом Отрывкина, активно размахивая крыльями и громко клацая клювом. Так она пыталась привлечь его внимание. В общем, вела себя, как невменько.

Наконец Отрывкин обратил внимание на все усилия Совы и удивленно спросил:

– Сова, ты что, с ума сошла? Что ты у меня перед глазами мельтешишь? Только смотреть мешаешь. – Отрывкин перевел взгляд на Сову.

– А мне интересно, куда это ты так уставился? – ехидно спросила Сова. – Уж не на рыжеволосую ли мадам? И, кстати, ты заметил, во что она одета?

– Какая разница, во что она одета? – заторможенно ответил Отрывкин. – Она прекрасна! Такой красивой девушки я еще не встречал никогда в жизни! Надо срочно познакомиться, и, возможно, мы даже поженимся, – мечтательно закончил Отрывкин.

– Да что с тобой происходит? – встревоженно спросила Сова. – Хочу тебе указать на то, что твоя пассия одета в больничный халат! Как думаешь, она из больницы убежала или это врач вышла проветриться? – уже ехидно продолжила Сова. – Вообще-то, не по погоде одежка, не находишь?

Отрывкин очнулся. Возможно, потому, что Сова все-таки вовремя клацнула клювом. Очень громко. И над ухом.

Он завертел головой во все стороны, и наконец его взгляд сфокусировался на рыжеволосой красавице. Действительно, на ней был надет белый больничный халат. Это его насторожило. Но, как человек, привыкший докапываться до истины, если больше докапываться не до чего (то есть как ученый), Отрывкин решил подойти и познакомиться.

Подойдя к девушке, которая продолжала неотрывно на него смотреть, Отрывкин сказал:

– Здравствуйте, меня зовут Олег. А как вас зовут? Вы, наверное, врач из соседней больницы? Может быть, вам нужна помощь? – Отрывкин спросил с надеждой.

– Меня зовут Евгения. Но я не врач, – ответила девушка тихим, мелодичным голосом, не отрывая глаз от Отрывкина.

Услышав ее голос, Отрывкин засмущался: он не был избалован женским вниманием. Поэтому даже не смог поддержать разговор.

За него это сделала Сова:

– Милочка, а не подскажете ли вы мне, почему вы в белом медицинском халате расхаживаете по городу средь бела дня?

Сове ну очень не понравилось такое внимание к Отрывкину. Не то что он не может кому-то понравиться – все мы люди. Но именно этот нездоровый немигающий взгляд насторожил Сову. Да и белый халат, если честно, совсем не вписывался даже в сельскую романтику этого городка. Поэтому Сова решила быть начеку.

– У меня здесь была практика, – улыбнулась девушка.

– Так вы медик? – настороженно спросила Сова.

– Нет. Практика входит в программу обучения эмпатии, – ответила девушка.

– Ага. А не в Школе ли магических искусств этот предмет изучают? – ехидно спросила Сова.

– Да, ты угадала. – Девушка отвела взгляд от Отрывкина и продолжила: – Я давно наслышана об Олеге Отрывкине. Все в один голос твердят, что маг такой силы появляется раз в тысячелетие. И я решила познакомиться с вами.

Сова внимательно слушала, а вот Отрывкин стоял и просто любовался девушкой.

«И что он в ней нашел? – ворчала про себя Сова. – Ну рыжая, ну симпатичная, стройненькая. Глаза умные. И что, из-за такого голову терять? Эх, молодежь. Да и встреча эта явно не случайная. Родимая Школа магических искусств опять же…»

Сова решила держать ухо востро – за себя и за Отрывкина, который, похоже, впал в прострацию.

– Что-то совсем не так, – пробормотала себе под клюв Сова. – Надо бы посмотреть, что это за девушка. А то знала я одну в свое время, так потом ни одна больница ее удержать не могла.

Сова обратилась к Отрывкину:

– Слышь, Отрывкин… – Сова шипела. – Ты давай, приходи в себя. Девушку надо проверить: странная она какая-то. А все поведение ее говорит, что ей точно что-то от тебя надо.

– Ну что ей может быть от меня надо? – прошипел в ответ Отрывкин. – Ты не допускаешь, что я просто могу понравиться красивой женщине?

– Угу. И мы сюда случайно пришли и ее встретили, – в ответ скрежетнула Сова.

Отрывкин спросил девушку:

– Евгения, так вы учитесь в Школе магических искусств?

– На пятом курсе, – кивнула она.

– Опаньки, – произнесла Сова с ухмылкой. – Вот и начинает проясняться, что у нас здесь происходит. Так зачем вам нужен «Великий» Отрывкин? – ехидно, но настойчиво продолжила допрос Сова.

Отрывкин прислушался к разговору. Он абсолютно не понимал, что происходит. Но это точно не было похоже на обычное знакомство.

В это время Евгения ответила Сове:

– Все просто: я хочу вызвать Отрывкина на магическую дуэль и победить.

Женя, как мысленно ее уже называл Отрывкин, ответила твердо.

– Ничего себе, – охнула Сова. – А зачем тебе это надо? И, стесняюсь спросить, каким образом ты заманила нас именно сегодня в этот город? – продолжила настойчиво Сова.

– Магией, конечно. А надо мне это, чтобы забрать магию Отрывкина и самой стать великим магом, – просто и буднично сказала Евгения и смущенно продолжила, тихонько взглянув на Отрывкина: – Только я не думала, что… ты мне так понравишься.

Отрывкин стоял и глупо улыбался. Он не понял, что это за магическая дуэль такая, да и не слышал о них, но он видел глаза Жени и слышал ее слова о том, что он ей нравится. Если, конечно, ему не послышалось.

– Да что ж это происходит?! – влезла в их гляделки Сова. – Ты что, с ума сошла? Какие дуэли, какая сила?! Чему тебя в Школе пять лет учили, двоечница? – разорялась Сова.

– Я не двоечница, а отличница, – с обидой сказала Сове Евгения.

– Из тебя отличница, как из меня папа римский! Ты что, прогуляла уроки, когда была тема развития магического потенциала? О том, что магию нельзя присвоить, ничью! Только развивать в себе, только усиливать свой энергетический конус! Только увеличение позитивных сил поможет увеличить свой магический потенциал!.. – Сова вдруг успокоилась. – Так. Я что, нанялась тут всяким неучам бесплатно лекции читать?

– Ой, я действительно это пропустила: болела. А потом забыла конспекты взять… – пролепетала Женя.

Тому, что девушка оказалась магом, Сова не удивилась: мало ли что на свете происходит. Ну то, что девушка явно охотилась за Отрывкиным (ее любимым Отрывкиным), – это Сову очень и очень насторожило. А уж та глупость, которую сморозила горе-студентка, и вовсе привела нервы Совы в совершенную негодность.

– Нет, ты видел? – возмущенно заклацала клювом Сова. – С кем приходится дело иметь! Откуда взялась-то такая!..

Отрывкин грустно посмотрел на Сову, опять взглянул на Женю, просканировал ее магический потенциал – и вдруг охнул. Сова забыла возмутиться в очередной раз и с тревогой посмотрела на Отрывкина, а уж Женя и подавно не могла от него глаз отвести.

– Да не томи уже! Случилось-то что? – не выдержала Сова.

– Твой магический потенциал почти на нуле! – воскликнул Отрывкин, обращаясь к Жене. – Только что был очень мощным, а сейчас, как вода в песок, куда-то делся!

Женя с ужасом слушала Отрывкина и вдруг, закрыв лицо руками, разрыдалась. Сова с неодобрением на нее посмотрела и вдруг обняла своим крылом.

– Ну не надо… Ну ты чего… Все поправимо. И без магии люди-то живут… – утешительно заскрипела Сова.

После этих слов начался потоп. Женя зарыдала в голос. Отрывкин неумело пытался ее успокоить и шипел на Сову.

– А как же я дальше-то? – всхлипывала Женя. – Я ведь без магии – ноль без палочки. Ничего не умею-у-у…

– Я тебя научу. Щи варить, полы мыть… – неуверенно пробормотала Сова, удивившись, почему это не успокоило Женю.

Отрывкин начал уже подумывать, не закрутить ли в штопор клюв Сове, чтобы замолчала. Он обнял Женю, и она уткнулась мокрым лицом ему в плечо.

– А еще я тебя научу… – начала Сова, но, увидев кулак Отрывкина, благоразумно замолчала.

Раздался хлопок, и появились Ворон, Соловей и Лева. С первого взгляда они поняли, что дело нешуточное. А Ворон сказал:

– Слишком мощный был выброс магической энергии, давненько такого не видел. Будто кого-то магии лишили.

– Может, сделаете уже что-нибудь? – поинтересовалась Сова.

– Может, и сделаю, – спокойно продолжил Ворон, – если подробности расскажешь.

– Ха, а у нас тут, видимо, новости! – радостно произнес Лева, с некоторым удивлением поглядывая на Отрывкина, обнимающего Женю.

Женя, почти уже успокоившись, высвободилась из рук Отрывкина и понуро стояла, разглядывая землю.

– Ну, Ворон, что скажешь? – нетерпеливо спросила Сова.

Ворон продиагностировал Женю, безошибочно угадав причину выброса магии, и сказал:

– Магия ушла…

– Да что ты говоришь! – восхитилась Сова. – А мы тут все тебя ждем, чтобы это услышать.

– Но не вся! Сова, не перебивай, – спокойно откликнулся Ворон, привычный к выходкам Совы. – Магия ушла, потому что было очень сильное негативное желание. Я такое видел только накануне магических дуэлей, когда целью было не достижение справедливости, а желание самоутвердиться или зависть.

– Тут ты в точку попал, – прокомментировала Сова.

– Сова… – Это Лева уже начал сердиться.

– Молчу-молчу, как призрак отца Гамлета, – бормотнула Сова.

– Но поскольку негатив быстро ушел, то и магия вытекла не вся, – продолжил Ворон.

– А сколько ее осталось? – робко спросила молчавшая до сих пор Женя.

– На третий курс Школы магических искусств хватит. Но если усиленно учиться и повышать свой позитивный настрой, то и уровень магии вырастет быстро. Не с нуля ведь начнешь, – закончил Ворон.

Женя улыбнулась, и словно лучик солнца вышел из-за туч. И все заулыбались вместе с ней, даже Сова.

– Ну, значит, не буду тебя учить щи варить, – задумчиво сказала Сова.

– Да ты щи сроду не варила! – засмеялся Соловей.

– Много ты знаешь, – проворчала Сова. – Вообще, я мастерица варить кашу. – И она лукаво подмигнула Жене.

Отрывкин взял Женю за руки и сказал остальным:

– Друзья мои! Это Женя, а что случилось, вы уже знаете. Но вы еще не знаете, что она мне очень нравится!

Женя стояла пунцовая и не сводила счастливого взгляда с Отрывкина.

– А это значит… – начала Сова.

Закончить ей не дал Лева.

– …что мы все будем дружить, – грозно посматривая на Сову, закончил он.

– И Женя будет усиленно учиться магии, – добавил Ворон.

– Да, мне надо еще многому научиться. И восстановиться, – уточнила Женя и радостно посмотрела на Отрывкина.

Отрывкин обнял ее и сказал, что они будут ее навещать, пока она не окончит Школу, а если надо – то и помогать: друзья-то все сплошь профессора да доценты.

Все дружно попрощались с сияющей от счастья девушкой и телепортировали: ее в Школу, а себя домой.

Дом соскучился и приготовил вкуснейший ужин.

Друзья собрались за большим столом. Все обсудили приключения сегодняшнего дня – и хорошие, и плохие. И пришли к выводу, что все, что ни делается, – все к лучшему. Особенно старалась Сова на правах старшего учителя Отрывкина, которым она себя считала с недавних пор.

– Какой трудный сегодня был день! Отрывкин чуть в дуэль не вляпался, а ведь его могли убить. Хорошо, что так все закончилось, да, Отрывкин? – лукаво посмотрела она на него.

Отрывкин лишь улыбнулся в ответ.

– Думаю, Отрывкину надо отдохнуть, – сказал Соловей. – Если захочешь, мы не будем тебя беспокоить целый месяц, чтобы ты смог наконец написать диссертацию. Какая бы она ни была.

– Вот именно! – поддержал Лева Соловья. – А то все «спасай да выручай». Ни минуты покоя нет. А тебе, Отрывкин, нужно немного отдохнуть.

– Поддерживаю, – присоединился Ворон. – И никто тебе мешать не будет. Только если что-то экстремальное начнет происходить.

– Ага, – пробурчала Сова, – «что-то экстремальное» у нас каждый день происходит. И без Отрывкина обойтись не можем. Хотя, в общем-то, можем, конечно. Но все будет не так.

– Короче, – вставила свое слово Вася, – я беру над Олегом шефство. Никто без моего ведома его дергать, тем более втягивать в непонятные ситуации, не будет. Я этого не позволю. – И Вася мило улыбнулась, показав все свои клыки.

Все были несколько шокированы. Потому что Вася была всегда ласковой, спокойной и тихой со всеми. Если дело не касалось Отрывкина и детей.

Компания посидела за столом, поговорила еще, снимая напряжение последних часов. И наконец друзья собрались спать.

– Ворон, с тебя байка, – сказал Лева, большой любитель баек на ночь. – Какой сон без ха-арошей сказки?

– Точно! – подхватил Отрывкин. – Ворон, ты же нам расскажешь что-нибудь на ночь интересненькое?

– Конечно, – важно ответил Ворон. Ему очень нравилось, что друзья ценят его литературный труд. – Я ни в чем не могу вам отказать. Ведь вы у меня самые любимые слушатели, – добавил Ворон, а про себя подумал: «…любимые и единственные».

Через минуту все уже были в библиотеке. Камин уютно горел, диван и кресла ждали своих постояльцев, и все было готово к тому, чтобы Ворон начал рассказывать. И Ворон начал…