– Как ты? – нежно шепчет Демьян, вычерчивая пальцем на моём животе какие-то сложные узоры. Это одновременно так приятно и щекотно, что тут же покрываюсь колкими мурашками.

– Хорошо… Даже отлично! – шепчу счастливо. – Я не думала, что во время первого раза можно… Ну испытать такое…

Чувствую, как краснеют щёки и загораются уши. Наверное, я испорченная и порочная, ведь все, кто рассказывал о своём первом сексе, говорили лишь о боли и дискомфорте.

– Моя страстная девочка! – жарко шепчет на ухо парень, касаясь губами шеи.

Бедром чувствуя, что его член начинает увеличиваться и крепнуть… Что, прям почти сразу опять? Нет! Я пока не готова, даже дыхание не восстановилось.

– Пить хочу! – заявляю капризно и надуваю губки, изображая этакую фифочку.

Первых смеётся, глядя на моё представление, и чмокает в кончик носа.

– Чего изволит принцесса? Шампанское, виски? Свежевыжатые сок?

– Пожалуй, остановлюсь на соке!

Парень легко вскакивает с кровати и потягивается всем соблазнительным мускулистым телом, на котором сейчас прорисовывается каждая мышца. Просто демон-искуситель какой-то. Ласкаю глазами каждый сантиметр… Какой же он сексуальный, – до дрожи в коленях, до желания укусить.

Пока на кухне жужжит соковыжималка, нашариваю рукой пульт и включаю огромную плазму на полстены. Надо чем-то занять мысли, иначе вновь и вновь думаю о том, что ещё хочу попробовать в постели. А фантазия у меня богатая…

К счастью натыкаюсь на интересный журналистский репортаж, и когда Демьян возвращается в комнату, я уже увлечённо смотрю ТВ, сидя на кровати и накинув покрывало.

– Подожди минутку…– шепчу я, когда он устраивается рядом и начинает целовать мои плечи. – Хочу досмотреть.

– И что там такого интересного? – недовольно кивает на экран, но всё же прекращает приставать.

– Классное журналистское расследование! Представляешь, сколько сил и времени ушло, чтобы собрать всю эту информацию, проанализировать её, а затем изложить так, чтобы зрителям было интересно.

– Нет! И даже представлять не хочу! – зло бросает Демьян. – Журналисты ещё хуже проституток. Продажные девки гораздо честнее, они не пытаются тебя обмануть! А вот акулы пера стараются впарить тебе свою правду, которой зачастую нет и в помине!

Поворачиваю голову и вижу, что парень чуть ли не в бешенстве. Что его так задело?

– Я знаю, о чём говорю! – продолжает он. – Был у меня период в жизни, когда пресса очень интересовалась мной. Точнее – не мной, а тем, что знаю про одного важного человека. Мне обещали золотые горы и славу, но я вовремя отморозился и послал всех нахер. А вот некоторые из моих друзей дали интервью, которое потом исказили и нарезали так, как хотелось журналюгам, чтобы сделать сенсацию. Им удалось…не спорю. Только вот пацанам пришлось свалить из города, подальше от такой славы. Вот тебе и вся правда!

Я понимаю, что сейчас он говорит о задержании Удава и его криминальном бизнесе. Да, тогда только ленивый не пытался докопаться до правды.

– Но не все же такие! – произношу убеждённо.

– Все, Сонь! Просто ты с ними не сталкивалась. Это крысы, у которых нет ничего святого! Ради своего репортажа они пойдут на всё: солгут, подкупят, надавят на жалость и чувство справедливости. Я ненавижу журналистов.

Его слова обжигают меня, словно удар кнута. А ведь он прав. Я и сама использовала того, кого полюбила, в своих целях…

– Что с тобой? Ты побледнела! Извини, что я тут на тебя это всё вывалил!

Парень нежно обнимает меня за плечи, но я отстраняюсь, чувствуя себя последней сукой.

– Кстати, я хотел показать тебе одну из частей моей жизни, Сонь! Хочу, чтобы ты всё обо мне знала. Я участвую в подпольных боях. И завтра будет один из них. Приходи за меня болеть. Для меня это важно!