Полгода спустя… Полгода спустя… Полгода спустя…

– Солнышко, – такой мягкий, родной, ласковый голос звучит сквозь пелену сна.

Тонкий аромат роз проникает в ноздри, и прежде, чем открыть глаза, я неожиданно чихаю от лёгкой щекотки.

– Рома? – лепечу сонно, приподнимаюсь в постели и смотрю в светящееся лицо любимого парня.

В его руках – букет роз, как и всегда, у него традиция будить меня с помощью цветов. Я рассказала ему о том, что когда-то мачеха закатила мне скандал из-за тех роз, что купил для меня Рома. И теперь словно в доказательство того, что он может дарить мне цветы, когда только сам пожелает, Градский делает это каждый день.

– Доброе утро, любимая, – тянется за поцелуем, но я на этом не могу остановиться. Убираю цветы на прикроватную тумбочку и утягиваю парня в свои объятия.

Да, мы живём вместе во всех смыслах этого слова. И да, я ни о чём не жалею и даже думать не хочу о том, как это выглядит со стороны. Устала быть для всех хорошей и правильной, хватит.

– Хочу кофе, – шепчу в сладкие губы любимого.

– Да, моя властная госпожа, – отвечает парень наигранно покорно.

Мы так дурачимся, но на деле, конечно, я по-прежнему остаюсь собой. С удовольствием занимаюсь учёбой и в глубине души мечтаю о том, чтобы открыть частный детский сад.

Я очень люблю детей, не зря ведь выбрала педагогический факультет. Но ни Градский, ни его родители о моих планах не в курсе, я специально им ни о чём не рассказываю, потому что уверена: как только узнают, кинутся мне помогать, а я всего хочу добиться сама.

– У меня есть небольшой сюрприз для тебя, – говорит Рома, протягивая мне чашку с горячим кофе.

Мы переместились в кухню, но обстановка вокруг едва ли свидетельствует о том, что сейчас время завтрака. Я сижу на столешнице, в одной футболке, и то не своей, а Ромкиной, а парень стоит рядом и обнимает меня за бёдра.

– Давай, завтрак приготовлю, а потом про сюрприз расскажешь, – настаиваю в который по счёту раз.

Обожаю готовить для любимого, да и привыкла заниматься домашним хозяйством, а в квартире ведь дел толком и нет никаких.

– Чуть позже, – мурлычет Градский и крадёт у меня очередной поцелуй.

Вещи летят в стороны, а кофе так и остаётся недопитым.

Мы не умеем по-другому…

– Может, всё-таки расскажешь, что за сюрприз? – спустя время шепчу, нежась на тёплой груди парня.

– Может, и расскажу, – отвечает, загадочно улыбаясь, – а может, и покажу, – целует меня в нос и поднимается с кровати, в которую мы ранее вернулись из кухни. – Собирайся!

– А куда? – приподнимаюсь на локтях, совершенно не смущаясь того, что одеяло съезжает вниз.

– Это лишнее, – неодобрительно покачивает головой мой ненасытный мажор. – Иначе мы так и не выберемся сегодня никуда.

Его взгляд загорается желанием, как и всякий раз, когда Рома смотрит на меня.

Я всё никак не могу свыкнуться с мыслью, что такой парень, как Градский, влюбился в меня без памяти. Дерзкий, самоуверенный авантюрист превратился в ручного домашнего котёнка, которого я, конечно же, люблю в ответ.

За те полгода, что прошли с момента моего побега из дома, я в посёлок больше не возвращалась. Иногда созваниваюсь с отцом, и на этом всё.

Агата, конечно, не сидела сложа руки, и как только вернулась в город, пыталась подкараулить сначала меня, а потом и Градского. Но у неё ничего не вышло: Ромка провёл воспитательную беседу и с ней, и с Антоном, поэтому теперь сводные обходят меня десятой дорогой.

– Ладно, тогда брысь, пока я одеваюсь, если так меня боишься, – лукаво подмигиваю любимому парню.

Сейчас только начало весны, на улице ещё прохладно, поэтому я выбираю тёплое платье чуть выше колена. Ромка настоял на том, чтобы купить мне такую одежду, которая нравится ему, но я долго сопротивлялась. И не потому что не хотела со своими скромными нарядами расставаться, просто всё боялась впасть от Градского в зависимость.

Но когда поняла, что в ответ кроме взаимной любви парню ничего не нужно, выдохнула с облегчением.

– Я готова, – сообщаю, выходя из спальни.

Градский тоже уже одет, и теперь ждёт меня в прихожей с ключами от машины в руках.

Мы спускаемся вниз, садимся в тачку и едем… в сторону универа?

– Ром, у нас же сегодня выходной, – непонимающе смотрю на парня.

– Так надо, – отвечает мне невозмутимо.

Паркует авто, помогает мне выйти и ведёт в университетский буфет, который почему-то сегодня работает.

Что за странности?

– Выбирай, что хочешь, – говорит парень, когда мы проходим внутрь.

Сердце невольно сжимается в груди: неужели у нас так всё плохо с финансами, что денег только на буфет хватает?

Тогда можно было бы и вовсе пообедать дома. К тому же, я пыталась найти себе подработку, чтобы по вечерам в свободное от учёбы время зарабатывать хоть что-то. Я ведь вернулась на очное отделение, и днём сижу на парах.

Но у нас чуть до скандала с Ромой не дошло, и мне пришлось подчиниться и мечты о работе оставить до выпуска из университета.

Выбираю картофельное пюре и отбивную, но Градский к этому ещё добавляет сок и салат, не слушая моих возражений совершенно.

После обеда мы вновь загружаемся в тачку парня.

– Ром, мы что, на квартиру к сводным едем? – меня пугает выбранный парнем маршрут.

– Так надо, – отвечает точно так же, как час назад.

Не понимаю ничего, но терпеливо ожидаю продолжения.

Сердце сжимается ещё сильнее, когда Градский берёт меня за руку и ведёт в подъезд. Мы поднимаемся и останавливаемся возле квартиры, в которой возможно всё ещё живут сводные.

– Люблю тебя, – шепчет парень и целует меня.

Жадно, страстно, с полной самоотдачей и любовью.

Как тогда, в первый раз…

– Ром, ты меня пугаешь, – произношу, чуть отстранившись. – Зачем мы здесь?

– Наш первый поцелуй произошёл именно тут, – пожимает широкими плечами и уводит меня вниз.

Когда Градский снова заводит машину и берёт курс в направлении моего родного посёлка, я уже не знаю, как реагировать. Надеюсь, эти странности закончатся когда-нибудь, иначе я так с ума сойду с этим авантюристом.

На подъезде к посёлку совершенно неожиданно замечаю, что на обочине сидит бабушка и продаёт цветы. Снова ловлю себя на том, что это уже было с нами.

Рома покупает букет и вручает его мне.

Спустя минут пятнадцать мы останавливается возле Дома Культуры.

– Цирка в этом месяце не будет, но зато сегодня показывают какой-то фильм, – парень словно оправдывается.

Я уже не задаю вопросов, потому что окончательно перестаю что-либо понимать. Надеюсь, что потом Рома мне всё-таки объяснит, что за дичь творится у него в голове.

В город мы возвращаемся затемно, и по дороге я засыпаю.

Вздрагиваю, просыпаясь от резкого шума. Распахиваю глаза и оглядываюсь по сторонам, пытаясь понять, что происходит.

Фейерверки…

Много разноцветных фейерверков украшают ночное небо.

Я выхожу из машины, ища глазами Градского.

– Есь, – родной голос раздаётся позади, и я оборачиваюсь.

Ромка стоит весь такой при параде: белая рубашка, костюм, туфли. Когда он успел переодеться?

– Пойдёшь со мной? – парень протягивает мне руку и приглашает в беседку, которую я и не заметила сразу.

Это ресторан на открытом воздухе, который тоже в марте ещё не должен работать. Но сегодня, кажется, по желанию волшебника Градского и буфет заработал, и цветочница, и уличный ресторан.

Мы присаживаемся за красиво сервированный стол.

– Если холодно, я принесу из машины пледы, – произносит парень, нежно поглаживая мою руку.

– Ром, меня сейчас не пледы интересуют даже близко. Ты объяснишься? – пытаюсь казаться строгой, но уголки моих губ против воли дёргаются вверх.

– Всё, что было сегодня – это «телепорт».

– «Телепорт»?

– Да. «Телепорт» наших отношений, он был нужен для того, чтобы подобраться к финальной точке, – парень вынимает из кармана бархатную коробочку, встаёт из-за стола и падает на одно колено. – Ты выйдешь за меня?

– Ром? – выдыхаю возмущённо.

Мы обсуждали этот вопрос не раз. Но я хотела подождать до окончания универа, однако кое-кто решил применить запрещённый способ.

– Да или нет? – парень настаивает на своём.

– Конечно «да», как я тебе откажу после такого?

– Я знал, что сработает, – растягивает губы в улыбке победителя и надевает на мой безымянный палец кольцо.

Да уж, это предложение как раз в духе Градского. Устроить квест мог только такой авантюрист, как мой Ромка.

Но я ведь и люблю его за то, что он такой, какой есть.

А он меня любит, и большего нам не нужно.