План мести созревал в нашей спальне, пахнущей старым деревом, воском и… нами. Тем самым неповторимым ароматом, который годами впитывали стены нашего дома, нашего настоящего дома, а не той стерильной квартирки-убежища, где я пыталась склеить себя, но всё больше превращалась в жалкий, дрожащий комок.

Андрей разложил на кровати бумаги – распечатки, фотографии, выписки. Он выглядел как тот самый хищник, «царь городских джунглей», каким я всегда его знала. Только теперь в его глазах, помимо привычной решимости, горел холодный, беспощадный огонь. Огонь человека, которого не просто предали, а втоптали в грязь .

– Смотри, – его палец, сильный, с коротко остриженным ногтем, ткнул в снимок, где Рустам и Оля обнимались у входа в какой-то ночной клуб. – Они даже не скрывались. Думали, что я уже в полной их власти. Или просто настолько обнаглели.

Я смотрела на этих двоих, и внутри снова зашевелилась  холодная безжалостная змея, но теперь не от страха или сомнений, а от яростного, сладкого предвкушения расплаты. «Сладкая парочка» решила поиграть с огнём, думая, что имеют дело с безвольной жертвой. Они не учли, что у жертвы есть когти. И зубы.

– И что мы делаем? – спросила я, и мой голос прозвучал тихо, но твёрдо, в унисон с  настроением мужа.

Андрей повернулся ко мне, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на гордость.

– Мы бьём по их уязвимым местам. У Руслана – это его новый, «секретный» контракт с теми же китайцами. Тот самый, который он выторговал себе, пока я был… выведен из строя. Он нарушил все наши устные договорённости, попытался провести меня. Но он всегда был жадным и самоуверенным. Документы подготовлены небрежно, есть масса лазеек, косяков и пробелов. Одного звонка нашим партнёрам в Пекин будет достаточно, чтобы его проект лопнул, как мыльный пузырь. А заодно и репутация.

Я представила, как толстый, потный Руслан будет метаться в панике, и уголки губ сами собой дёрнулись в недоброй улыбке.

– А наша милая Оленька? Та, что «беременна»? – произнесла я с притворной нежностью.

– Оля… – Андрей усмехнулся, и в этом звуке не было ни капли тепла. – Оля любит роскошь. Деньги. Внимание. Её аккаунты в соцсетях – это готовое пособие по нарциссизму. Она уже привыкла тратить деньги Руслана, пыталась выкачать и из меня. Она не знает как жить, не будучи содержанкой успешного бизнесмена. Лишим её финансов Руса – и она сама его уничтожит. Они перегрызут глотки друг другу, как пауки в банке. Нам останется лишь наблюдать.

Андрей взял мой подбородок в свои пальцы, заставил посмотреть на себя.

– Но мне нужно твоё слово, Инга. Ты будешь действовать строго по плану. Никакой самодеятельности. Эти люди – опасны. Они, как загнанные звери, могут пойти на всё.

– Я ведь не из робкого десятка, – парировала я, хотя внутри всё же ёкнуло. – Просто раньше вся моя сила уходила на то, чтобы строить, а не разрушать.

– Теперь придётся немного разрушить, – муж нежно поцеловал меня в лоб, и его губы были тёплыми и живыми. – Чтобы построить что-то новое. Для нас.

На следующий день  надела свой самый стильный деловой костюм – тёмно-синий, строгий, подчёркивающий каждую линию фигуры. Макияж – идеальный и  сдержанный. Я смотрела на своё отражение и видела не сломленную жертву измены, а директора успешного креативного агентства. Холодную, красивую, опасную.

Моей первой точкой стал банк, где у Рустама был основной расчётный счёт. Встреча с управляющим была назначена под предлогом обсуждения совместного рекламного проекта. Я говорила спокойно, уверенно, вставляя профессиональные термины, а сама между делом роняла фразы о «шатком финансовом положении» фирмы Давыдова, о «сомнительных сделках» и «возможных проверках». Я видела, как взгляд управляющего стал настороженным, как он занервничал. Зёрна сомнения были посеяны. Этого пока было достаточно.

Выйдя из банка, я почувствовала лёгкое головокружение от собственной смелости. Но останавливаться было рано.

Следующей жертвой моего визита стал бутик, где Оля была постоянной и самой желанной клиенткой. Я вошла, окинула взглядом роскошный зал и с лёгкой  улыбкой обратилась к администратору, с которой мы когда-то прорабатывали имидж бренда при открытии салона.

– Марина, здравствуйте! Кажется, ваша звезда-клиентка, Ольга Северова, немного переоценила финансовые возможности своего… покровителя. Будьте осторожны с кредитами для неё. Не хотелось бы, чтобы у такого шикарного места испортилась репутация из-за одного недобросовестного покупателя. Тем более, многие знают, что я работала с вашим бутиком, так что берегу и своё имя.

Глаза Марины округлились. Сплетня – самый быстрый вирус в мире. Я была уверена, что к вечеру все бутики города будут предупреждены о скором финансовом крахе «шикарной блондинки Ольги».

Я вышла на улицу, и меня вдруг пронзила дикая, истерическая радость. Я чувствовала себя актрисой, которая наконец-то получила свою главную роль. Роль мстительной фурии в дорогом костюме от-кутюр.

В кармане завибрировал телефон. Сообщение от Андрея: «Китайцы в панике. Руслан уже звонил, орал матом. Всё идёт по плану. Я тобой горжусь. Возвращайся домой. Жду».

С силой сжала телефон в руке и закрыла глаза, вдыхая прохладный городской воздух. Он пах не грязью и бензином, а свободой. И местью.

Оставался последний штрих. Самое сладкое. Пусть это было форменным ребячеством, недостойным взрослой женщины, но  просто не могла отказать себе в удовольствии.

– Зоя? Это Инга. Извини за прошлый разговор. Ты была права. Я нашла в себе силы бороться. Спасибо. И… мне снова нужна твоя помощь. Не бесплатная, конечно. Мне нужны твои медицинские познания… – произнесла, когда бывшая одноклассница взяла трубку.

– Сразу говорю, скальпель и яд не дам!

Я улыбнулась. Эта циничная, грубая женщина сейчас казалась мне ближе, чем все мои «приличные» подруги, разбежавшиеся при первых признаках скандала, поднявшегося вокруг нас с Андреем.

– Нет, мне необходимо кое-что менее смертоносное.

Уже через тридцать минут я забрала у подруги небольшой пузырёк с жидкостью без цвета и запаха, а через час была в элитном салоне красоты, где Оля делала комплексный уход за телом и лицом. Узнать об этом было несложно. Пожалуй, мне тоже не повредит СПА после произошедшего в последние недели.

Я знала внутреннюю планировку салона, ведь тоже порой его посещала, когда находила время и силы в плотном рабочем графике. Только вот торчать здесь весь день напролёт, как юная блондинка, у меня не никогда не получалось. Специально взяв кабинет, рядом с Олей, получила возможность послушать, о чём будет говорить девчонка с массажисткой.

Как и следовало ожидать, пигалица хвасталась своей очередной победой, рассказывая, как охомутала богатого «папика», который пока артачится, но скоро будет есть с её руки и ножки целовать. Естественно, вспомнила Оля и про меня, назвав старой калошей и бабкой с климаксом. Если до этих слов я ещё сомневалась, стоит ли воплощать мой план, но теперь поняла,  – нахалка заслужила то, что для неё придумала.

Воспользовавшись моментом, когда массажистка вышла из соседнего кабинета, а моя мастер ещё не явиласьа, я тихонько, словно мышка, прокралась в помещение, где релаксировала «угонщица", и незаметно подмешала в уходовое средство для лица и тела несколько капель жидкости из пузырька, подаренного мне Зоей. Подруга даже не взяла с меня ни копейки, лишь просила рассказать потом в подробностях, как всё пройдёт.

Ну что же, ничего страшного с красавицей Олей не произойдёт, ну разве что зуд, сыпь, краснота и шелушение по всему телу, которые через неделю-две пройдут. Опасаться, что баночка с моим "дополнением" сможет навредить ещё кому-то из клиенток, не стоило, ведь после того, что сейчас начнётся, средство точно выкинут.

Я вернулась в свой кабинет и легла вниз лицом на массажный стол, радуясь тому, что никто не увидит моей мстительной улыбки. Минут через двадцать салон потряс такой визг Оли, сопровождавшийся отборным матом, что было слышно даже на улице. Кажется, волшебное средство уже подействовало.

Вечером мы с Андреем молча сидели в гостиной, прислушиваясь к тишине. План был запущен. Маховик раскручивался. Оставалось только ждать. Ну, а мне – посмеиваться, вспоминая свою маленькую чисто женскую месть.

Муж взял мою руку, переплёл пальцы со своими.

– Страшно? – тихо спросил он.

– Нет, – ответила я искренне. – Теперь, когда мы вместе, – не страшно вообще ничего.

Телефон Андрея разрывался от звонков. Руслан, его партнёры, юристы… Он отключил звук и отложил аппарат в сторону.

– Пусть помучается. Пусть почувствует, каково это – когда рушится всё, что ты строил.

Он потянулся ко мне, и его поцелуй был горьким от кофе и сладким от обещанной мести. И где-то там, за стенами  дома, уже начинала рушиться жизнь двух людей, которые посмели покуситься на наше счастье.

Андрей улыбнулся, и в его глазах я увидела ту самую любовь, ради которой стоило бороться. Ради которой стоило становиться сильной, жёсткой, безжалостной.

И я ни капли не сожалела об этом.

Эпилог

Через месяц газеты пестрят заголовками: "Крах империи Давыдова: мошенничество и шантаж", "Веб-модель Ольга Северова задержана за вымогательство". Рустам потерял всё – бизнес, репутацию, свободу. Ольга попробовала сбежать за границу, но её ждал неприятный сюрприз – на счету у неё не оказалось ни копейки.

А мы с Андреем сидим у камина в нашем  доме – маленьком, уютном, наполненным любовью. На столе стоят две фарфоровые чашки – те самые, с гравировкой, из которых любой напиток вкуснее в разы.

– Знаешь, – говорит Андрей, обнимая меня за плечи, – может, всё это было к лучшему. Теперь я точно знаю, что готов на всё, лишь бы не потерять тебя.

Я прижимаюсь к его груди и вдыхаю такой родной запах. Где-то в детском доме нас ждёт мальчик с карими глазами – наш будущий сын. Завтра мы поедем забирать его домой. Но это ещё не всё… Кладу перед Андреем тест на беременность с двумя полосками, замирая от волнения.

Муж смотрит на меня сперва непонимающе, затем – с недоверием. Но вдруг подскакивает с места и подхватывает меня на руки, кружа по комнате, счастливо смеясь и плача одновременно.

И когда его губы касаются моих, я знаю – никакие угонщицы нам не страшны. Мы прошли через шторм и выстояли. А значит, нам по плечу любое будущее.