Анфиса

Какой-то пищащий интервальный звук впивается мне в висок. Боже, как же болит голова! С трудом поднимаю веки, и пытаюсь понять, где я вообще нахожусь.

Хочется закричать, но во рту и горле пустыня Сахара, а язык отказывается повиноваться, словно став чужим. Издаю лишь жалобный то ли хрип, то ли стон.

– Ой, Анфиса, вы проснулись! Ой как хорошо! Не переживайте, я сейчас медсестру позову. – раздаётся где-то рядом незнакомый женский голос, полный заботы и участия, и надо мной склоняется женщина в годах в округлым добрым лицом.

– Стойте… – шепчу с трудом. – Что случилось? Где я?

– Вы в больнице, не волнуйтесь только, всё уже хорошо. Вам вообще волноваться нельзя! Вы потеряли сознание, а затем врезались в столб. А меня Люда зовут. Ваш муж меня нанял в качестве сиделки, а сам куда-то по делам убежал. Уж так он за вас волновался, уходить не хотел, пока не проснётесь? – с улыбкой тараторит незнакомка.

– Олег вас нанял?

Мысли сбиваются в кучу, мечутся в голове так, что не могу поймать ни одну.

– Почему Олег? Лев… Ваш муж Лев. Импозантный такой мужчина!

Зажмуриваю глаза так, что под ними бегают цветные пятна. Кажется, у меня бред или провалы в памяти!

– Ой, вам опять плохо? Я сейчас позову врача!

Слышится шорох торопливых шагов, а я стараюсь дышать и не терять самообладания. Из-за боли, голова кажется тяжёлой и наполненной сотнями острых кристаллов или каких-то осколков, переваливающихся внутри черепной коробки.

– Ну здравствуйте, уважаемая пациентка. Так, глазик откроем! – слышу мужской голос, а потом чьи-то уверенные прохладные пальцы приподнимают моё веко. – Так, рефлексы в норме. Это хорошо. Как чувствуете себя?

Сквозь засвеченное пятно с трудом разбираю силуэт седого мужчины в белом халате.

– Всё нормально. Только голова болит. Что случилась? Вы мой врач?

– Врач, врач, душенька! Вы живы здоровы, радуйтесь! А вот нервничать после микроинсульта вам точно нельзя. Так что лежите и отдыхайте. Ваш муж организовал вам отдельную палату и сиделку нанял, хотя собирался сам за вами ухаживать. Супруг у вас тот ещё… Я боялся, что больницу штурмом возьмёт.

– А как он выглядел? – интересуюсь оторопело, а затем понимаю, как глупо прозвучал мой вопрос.

– Интересная вы семейка… – доктор осуждающе хмыкает. – Или у вас провалы в памяти? Вы всё помните, милочка? Какое сегодня число? Как вас зовут?

– Со мной всё нормально!

– Хм… Ну ладно. Нормально ваш муж выглядел. Высоченный, плечистый, седой, хотя выглядит молодо. И напористый, как танк. Ну что, ваш муж? Или у вас их несколько?

В голосе мужчины слышится осуждение, да я и сама понимаю, как это странно выглядит со стороны.

– Лев не мой муж… – признаюсь, не желая обманывать, но при этом не могу сдержать улыбку. – Наверное, он так сказал, чтобы пройти ко мне.

– Не ваш? – доктор ухмыляется. – Ну и хорошо, а то я уже решил, что у вас шведская семья. Он при мне разговаривал по телефону со своей женой, вот я и напрягся, уже чёрт знает что подумал. Ладно, пациентка, поправляйтесь, к вам скоро зайдёт медсестра поставит капельницу и даст таблетки. Я загляну к вам ещё раз вечером. А пока старайтесь не нервничать и больше спать.

Улыбка держится на моём лице. Словно приклеенная. А может, у меня просто парализовало мышцы лица. Доктор же сказал, что у меня был инсульт. Но как ни силюсь, не могу перестать улыбаться. Хорошо, что мужчина уже вышел из палаты и не видит, как по моему лицу катятся слёзы – обжигающе горячие, едкие, точно кислота.

Мистер Икс разговаривал по телефону со своей женой… У меня нет оснований не верить врачу, – зачем ему врать. И сейчас Льва нет рядом. Наверное, он сейчас со своей законной супругой.

Какая же я дура! Боялась, что мой спаситель будет переживать из-за того, что мой брак с Олежкой ещё не расторгнут, а на самом деле он и сам женат.

Мне становится настолько больно и обидно, что грудь словно сдавливает металлическим обручем – не могу сделать вдох, лёгкие горят от недостатка кислорода.

«Дыши, Анфиса, только дыши! Не хватало ещё загнуться из-за очередного козла, которого ты подпустила слишком близко!» – наконец-то просыпается голос разума. Ну что же, лучше поздно, чем никогда!