Глазами Сергея

Сканирую взглядом Катю от пяток до макушки: синяков нет, одежда в порядке, мордаха бледная, но это нормально. Наверное, можно бы выдохнуть: успел как раз вовремя, ведь этот урод, который подмял под себя её хрупкое тельце, сейчас отплёвывается кровью, а ширинка, к его счастью, застёгнута.

Но даже страшно представить, что с ней произошло по дороге сюда. Непременно узнаю у неё всё в подробностях, пусть они будут и болезненны для нас двоих, но я просто обязан быть в курсе того, что с ней произошло. Никогда раньше не брал на себя ответственность за других людей, не будучи уверен, что могу хоть что-то решать в своей собственной жизни. Но с Катей всё иначе. Она – моя нежная, беззащитная, хоть и весьма долбанутая девочка!

Выпирающие хрупкие лопатки подрагивают под моими ладонями, но заставляю себя повернуть малышку к выходу и даже ускорения ей придаю, хлопнув по попке. Сейчас она должна быть как можно дальше отсюда. Рамиль за ней присмотрит: у него в чемодане и аптечка, и коньяк, и даже сменная одежда. Да и мне проще будет договариваться, если голова будет холодной.

Я отлично понимаю, что с территории «замка» моя малышка не уйдёт, если Симягины не получат залог. Поэтому достаю из кармана блестящий камушек, играющей даже в тусклом свете всеми переливами и гранями, делая прокуренное пространство ярче и светлее. Кажется, на этих неандертальцев действует, что бусы на индейцев: глаза вспыхивают алчным светом, а черты лица становятся расплывчатыми, словно тёплый воск.

– Неужели эта сучка настолько хороша, что за неё не жаль отдать такую красоту? – придыхает Марат, заворожённо любуясь бриллиантом.

– Бля, брателло, давай грохнем этого козла, который мне нос сломал, отберём у него все стекляшки, а потом ещё и девку трахнем, да так, чтоб на его труп пялилась… – ебануто похихивает Мелкий.

Этот сумасшедший может учудить что угодно… Меня досмотрели на входе, но даже голыми руками успею скрутить шею уроду. Так бы и сделал, но хочу, чтобы кошмар для Кати закончился как можно быстрее.

– Вы можете меня грохнуть, если есть желание… – изрекаю, позёвывая. – Даже потом перестреляете моих ребят у ворот. Но ради чего? Ради того, чтобы трахнуть бабу? Рано или поздно за меня прилетит ответка, вы сами это знаете. Нужны ли вам лишние проблемы?

Мелкий пытается что-то колкое ответить, – вижу, как ехидно кривится его распухшее лицо – но кулак старшего брата точным ударом прилетает непонятливому прямо в ухо. Нескладное огромное тело оседает на пол бесформенным мешком.

– Мой младший брат – долбоёб, к сожалению, ничего не могу с этим сделать… – произносит Марат, глядя не меня не особо добро. – Хочу предупредить, я не забуду того, из-за тебя, – мне пришлось поднять на него руку. А теперь давай камушки, – я же знаю, сколько штук тебе упало на реализацию. Только скажи, эта мелкая девка действительно стоит того, чтобы отдать за неё драгоценности?

– Она стоит всех сокровищ этого мира… – отвечаю спокойно и бросаю прямо в лицо гориллы мешочек с камнями. – Рекомендую присматривать за братом, иначе можешь получить много проблем.

Марат кривится, будто съел кислого лимона. Кажется, этот дебил не ценит советов.

– Ты, Серый, мужик, конечно, авторитетный, и с нами порешал всё ровно. Но девке своей скажи, чтобы оглядывалась, когда пойдёт по улице в следующий раз. Мой брат её так и не трахнул, а его хуй чем остановить, если бабу присмотрел. Так что, дядя, поглядывай за молодой невестой, да и у меня на неё тоже до сих пор стоит.

Я ждал этих слов. Даже не ждал, а желал их услышать. Все мои нравственные колебания тут же растворяются под наплывом едкой кислотной злости.

– Я отдал вам бриллианты за девушку, хотя мог бы сровнять ваш убогий дом с землёй. Вам этого мало? – абсолютно спокойно интересуюсь у старшего Симягина, подходя к нему вплотную.

Здоровяк тут же уменьшается в размерах и даже чуть приседает, не в силах вынести моего взгляда. Резко разворачиваюсь и отправляюсь в сторону выхода, желая забыть об этих недоносках.

– Мы ещё трахнем твою блядь! – летит в спину голос Мелкого.

– И ей понравится! – заикающимся тенором вторит Марат.

Эти двое сами выбрали свою судьбу.