Глава 53

Змей

На противоположной стороне Бездны нас приветствовали изящные и узкие драккары, переполненные воинами Рэйфа. Едва только корпус Вечного корабля, синие паруса корабля Гэвина и пепельное полотно судна Нарзы прорвались сквозь моря земных фейри, как встречавшие разразились бурными восторгами и радостными криками.

Селин пока служила на борту Вечного корабля, поскольку ее собственное судно Дома Клинков еще не было построено.

Она вместе со Сьюэллом взяла на себя обязанность присматривать за Скади. Я по-прежнему не доверял этой девушке и не позволил остаться одной в Королевстве Вечности. Хоть в моих руках имелись подписанные соглашения о ненападении с Элдирардом и его внучка находилась в нашей власти, но мне не удалось до конца разобраться в ее силе, поэтому она все еще представляла для нас угрозу.

Скади отнеслась к путешествию через Бездну довольно равнодушно. Впрочем, она вообще почти ко всему происходящему проявляла безразличие. Скинув шерстяной капюшон плаща с серебристых волос, она окинула невозмутимым взглядом береговую линию, ни разу не вздрогнув.

Стоило багровым парусам Вечного корабля взметнуться над поверхностью воды, как раздались звуки горна, и народ торопливо бросился к причалам, берегам и на мелководье.

Никогда еще, с того момента, как он ступил на борт моего корабля, я не видел, чтобы повелитель земли пребывал в таком предвкушении. Если бы Вален Ферус прямо сейчас перемахнул через борт, чтобы вплавь добраться до берега, меня бы его поведение нисколько не поразило.

Усевшись в лодку, он именно так и поступил, как только в поле зрения появились светлые волосы.

Оставаясь на палубе, Ливия резко вдохнула, наблюдая за тем, как ее мать, подхватив подол голубого платья одной рукой, бросилась в объятия Валена, прежде чем тот вышел из прилива. Он повалился на спину, прижимая к себе королеву и целуя ее, не обращая никакого внимания на плещущиеся над их головами волны.

Ливия смахнула со щеки скатившуюся слезу.

– Певчая птичка? – Я коснулся ее спины.

– Когда-то я считала, что больше никогда их не увижу. – В груди кольнуло чувство вины, но оно быстро исчезло, когда Ливия обняла меня за талию. – Никаких сожалений, Бладсингер. Здесь моя родина, но мой дом лишь рядом с тобой.

Я поцеловал ее в макушку, но когда Тэйт призвал нас сесть в лодки и присоединиться к остальным на берегу, у меня заныло в животе.

Мы намеренно держались в стороне, не желая вторгаться в долгожданное воссоединение родителей Ливии. Пусть мы сражались бок о бок, но все равно чувствовалась скрытая напряженность, ощущавшаяся на вкус как прогнившие косточки.

– Ливия! – воскликнула Элиза Ферус на мелководье, когда мы были уже на полпути к берегу.

Вален перекинул принца Рорика через плечо, оставив жену продираться сквозь приливные волны. Ливия, как и ее отец, приготовилась уже прыгнуть через борт, но я вытянул ладонь, отгоняя течения и давая им более твердую почву для встречи.

Сквозь непрекращающиеся рыдания Ливия звала свою мать. Ростом Элиза была чуть ниже дочери, но она прижимала голову Ливии к себе и вздрагивала. Королева Ночного народа вновь и вновь отстранялась, вытирая слезы дочери и смеясь над своими, а потом снова душила ее в объятиях.

– Готов? – прошептал Тэйт.

– Ничуть.

Я опустился по щиколотку в воду. Тэйт стоял у моего плеча, а у другого находилась союзница Селин со Штормбрингером, ее отцом и эльфийской принцессой. Позади нас сирены и певцы, мерфолки и ведьмы, Нарза и даже Тэвиш ждали приглашения присоединиться к земным фейри на берегу.

Алексий оказался зажатым между двумя мужчинами. При виде воина, которого я когда-то спас во время войны, я отвел взгляд, поскольку вознамерился избегать общения с ним. Однако стало ненамного лучше, поскольку взору предстало воссоединение близнецов со своим народом.

Джонас и Сандер оказались похожими на своего широкоплечего и высокого отца, но я узнал среди них королеву с красными волосами. Женщину, которая в'ыходила измученного мальчика после пыток.

Ее тоже стоило избегать.

– Почему тот уставился на меня? – пробормотал Тэйт.

И правда, пока мать Миры держала свою дочь в объятиях, мужчина с татуировкой ворона на шее пристально всматривался в моего кузена. Трудно сказать, выражал ли этот взгляд недоумение или презрение.

– Бладсингер! – Стайка юных фейри во главе с принцем Рориком ринулась прямо на ряды морских фейри.

Боги. Сколько малышей.

Принц, решительно сузив темные глаза, толкнул в бок девочку. Ее длинные косы цвета корицы разметались по плечам, и она, споткнувшись, упала лицом в воду. Рорик злорадно хмыкнул, пока тоже не плюхнулся передо мной. Я подхватил его под руку.

– Принц.

– Бладсингер. – Он сплюнул, вытирая попавшую в глаза соленую воду. Можно мне… можно мне порулить кораблем? Только Альве не позволяй, но мне-то можно?

– Я первая спросила! – Худая девочка пришла в себя и бросилась к принцу, а за ней еще больше юных фейри.

– Заткнись! – огрызнулся Рорик. – Я буду рулить первым. Так сказал Бладсингер.

– Рорик. – Ливия схватила брата за тунику, оттаскивая его назад, и взяла меня за руку. – Оставь короля в покое.

– Я просто хочу порулить кораблем, – жалобно простонал мальчик.

Моя Певчая птичка подняла на меня глаза, ее ресницы блестели от недавних слез.

– Ты выглядишь обеспокоенным, Змей. Где же аура того самого мужчины в маске, похитившего меня?

– Боюсь, ему не повезло столкнуться с секирами твоего отца и угрозами твоей матери.

Ливия потянула меня за руку.

– Идем.

Тэйт разжал ладонь, посмотрел на свои карманные часы, а затем кивнул.

– Никакой угрозы.

– А ты кого думал встретить, Ходящий за сердцами? – Ливия покачала головой и повела нас к берегу. – Здесь нет опасностей. Больше нет.

Моя свободная рука потянулась назад, и Рорик с хитрым выражением на лице дернул ее так сильно, что пришлось нагнуться.

– Корабль? – прошептал он. – Ты ведь разрешишь мне, да?

– Мы отправимся в плаванье. Но когда будем отплывать, готовься встретить пронизывающие ветра.

На лице мальчика расплылась довольная ухмылка, а потом он бросился прочь к берегу, догоняя других малышей. Вот только там нас ждали суровые воины, короли и королевы, одарившие нас немногочисленными улыбками.

Поразительно, как все изменилось, стоило повелителю земли шагнуть вперед, и я с облегчением почувствовал, как с плеч свалился тяжкий груз. Вален посмотрел на меня, затем взмахнул рукой в сторону холмов, раскинувшихся перед фортом.

– Морские фейри, мне сказали, что для нас устроили праздник. Мы будем рады видеть вас за нашим столом.

Я, будучи воспитанным жестоким королем, а затем брошенным на произвол судьбы в столь юном возрасте, не удивился, что моим манерам не присуще достойное королевское поведение.

Впрочем, их не было и у Селин.

Девушка вышла вперед, на ходу подталкивая короля Ночного народа.

– Как раз вовремя. Мои сапоги промокли, и я очень проголодалась, повелитель земли.

Вцепившись в мою руку, Ливия повела нас за новой леди Дома Клинков.

В Большом зале собралось столько же народу, сколько и в день нашего нежданного прибытия, но на столах не лежали клинки, а в нас не впивались ядовитые взгляды.

При первом появлении Валена и Элизы раздались одобрительные возгласы, от которых зазвенела подвешенная к потолку железная люстра, и взревели горны. Король Ночного народа был немедленно окружен своими людьми, которые хлопали его по спине и плечам.

Почувствовав себя совершенным ничтожеством, я ухватился за руку Ливии, боясь отпустить ее, пока нам не предложили занять места за расставленными по залу столами. Когда Ливия усадила нас возле королевских особ ее королевств, а также рядом со Сьюэллом, Тэйтом и другими представителями знати из числа морских фейри, мне захотелось поцеловать ее, глубоко и неистово, на глазах у всего ее народа.

Я не желал, чтобы нас что-то разделяло, но все же был признателен за то, что мы были на равных.

В середине трапезы, изобилующей кореньями, приправленными специями, разнообразной дичью и маринованной сельдью, внезапно отец Миры, король с татуировкой ворона, хлопнул по краю стола и указал на Тэйта.

– Точно. Теперь вспомнил, почему я знаю этого фейри. Изгнанник.

Рядом с ним захихикала мать Миры.

– Ты только сейчас узнала его, Ари?

У королевы были такие же длинные и густые волосы, как у ее дочери, только темнее, и несколько шрамов, как у меня, проглядывали из выреза платья.

– Черт возьми. – Тэйт испустил долгий вздох и сжал пальцы, пока не хрустнули несколько костяшек.

Похоже, принцесса Мира осталась довольна тем, что лицо Тэйта внезапно утратило естественный цвет, и обратилась к сидевшему рядом королю:

– Даж, неужели ты знаком с кузеном Короля Вечности? Никогда не слышала, чтобы вы раньше пересекались.

– Мы встречались. – Король побарабанил пальцами. – Он тот самый мальчик, которого я лично изгнал обратно в море. Руки стали довольно мускулистыми. В последнюю нашу встречу от него оставались лишь кости и немного плоти.

– Подожди, король Ари изгнал тебя? – обратился к Тэйту Алексий с округленными глазами. – Ари, ты никогда этого не говорил, а ты обожаешь похвастаться.

– Верно, Алек. Но тогда было довольно суматошное время, и боюсь, воспоминания о моем величии напрочь вылетели из головы. – Ухмыльнувшись, король достал зазубренный кинжал из кости и золота. – Не так ли, сын Харальда?

– Меня зовут Ходящий за сердцами, – недовольно проворчал Тэйт.

– Ари, – со вздохом произнесла мать Миры. – Никаких угроз.

– А кто угрожает? Я лишь запугиваю и буду делать это впредь по своему усмотрению, особенно когда у нас чертовски красивая девочка, а вокруг одни похитители принцесс.

– Даж. – Голос Миры дрогнул, но не от беспокойства, а от приглушенного смеха. – Они возвратили нас обратно.

– Это Кровавый певец возвратил похищенную принцессу. Откуда мне знать, что сын Харальда не поступит потом так же?

Тэйт побледнел еще сильнее.

– Я здесь не для того, чтобы кого-то похищать.

– Почему? – Золотые глаза короля сузились, когда он наклонился ближе. – С моей девочкой что-то не так, сын Харальда?

– Что? Нет. – Лицо Тэйта окрасилось в красный цвет. – Я этого не говорил.

– Значит, ты бы похитил ее?

– Нет, – Тэйт заерзал на своем стуле, широко раскрыв глаза. – Боги!

Вовремя спохватившись, повелитель земли стукнул рогом о стол, обведя присутствующих строгим взглядом.

– Последние месяцы выдались очень тяжелыми. Мне сложно выразить свою безмерную благодарность всем вам за то, что вы поддерживали нас в поисках Лив. – Он нежно улыбнулся дочери, а затем принялся рассматривать свой рог с элем. – Если бы кто-нибудь сказал, что сегодня мы будем находиться здесь с морскими фейри и их Королем Вечности, не ввязываясь в кровопролитие, я бы счел его сумасшедшим. Но мне выпала великая честь сражаться бок о бок с воинами, которых я всегда считал своими заклятыми врагами, только для того, чтобы убедиться в их бесконечной преданности и привязанности к своему народу. Они связаны теми же узами, что и мы. И я горжусь возможностью сидеть рядом с вами.

По столам в разных уголках зала застучали наполненные элем рога настолько громко, что заглушали остальные звуки.

Позже, пока Ливию увели и окружили другие королевские особы, меня загнала в угол королева Ночного народа.

– Кровавый певец.

– Королева. – Я склонил голову.

Когда голова Элизы Ферус приблизилась к моему подбородку, мне захотелось сделать шаг назад. Однако ее лицо смягчилось, и нахлынувшая на меня волна тревоги отступила.

– Ты вернул их.

– Я ведь поклялся, что верну.

– Вален поведал мне обо всем. В битве его нелегко впечатлить, но он не раз признавался, что не понимает, как вы удерживаете клинки на раскачивающемся корабле.

Я старался сохранить невозмутимость, но невольная ухмылка проступила на губах.

– Он помог нанести решающий удар.

Похоже, Элизе доставляло удовольствие слушать, как неистово сражались ее родные. И не только Ливия, но и другие наследники. Для королевы Ночного народа они были такими же любимыми детьми, как Ливия и Рорик. Она расспрашивала о битве, но больше интересовалась произошедшими переменами в Королевстве Вечности.

Ее взгляд остекленел от охватившей тоски.

– Жаль, что мне не суждено увидеть его.

Бездна навеки останется для нее непреодолимым препятствием. Ливия называла Королевство Вечности своим родным домом, но ее матери никогда не доведется увидеть свою дочь восседающей на троне в качестве королевы морских фейри.

К моему удивлению, Элиза положила ладонь на мою руку и сжала ее.

– Я счастлива, что ты тоже вернулся к нам, Король Вечности. Здесь есть те, кому от этого стало намного лучше.

В голове зазвучали слова, сказанные Валеном в тот день, когда меня отправили обратно в море. Ушедшие годы, кровопролитные войны и закончившаяся ненависть – все случившееся привело нас к этому моменту, чтобы произнесенные слова воплотились в реальность. Я кивнул, молча наблюдая, как королева возвращается к толпе.

– Получается, эта Бездна разделяет ваши миры?

Раздавшийся внезапно голос заставил меня вздрогнуть. Из дверного проема возникла Скади, за которой как тень следовал Тэйт. Она облачилась в довольно скромное пепельно-серое платье, великоватое на два размера и ужасно не подходившее, а часть волос была стянута в хвост кожаной лентой. Ей полагалось быть принцессой, но она не играла эту роль.

– Так ты умеешь разговаривать, – язвительно ответил я и отвернулся, с удовольствием наблюдая, как моя королева улыбается и смеется, как ее голова откинулась назад, обнажив шею, которую я планировал облизать и искусать, едва мы останемся одни.

– Предпочитаю говорить, только когда находятся интересные темы. – Скади шагнула ко мне. – Я услышала, как смертная…

– Она королева, эльфийка.

– Тогда я буду называть ее смертной королевой. – На какое-то мгновение на лице девушки промелькнуло легкое раздражение.

О, она начала чувствовать.

– Там слишком сильное течение, верно? Поэтому оно не пускает мать твоей королевы в твой мир.

– Да. – Я недовольно хмыкнул, словно мои старые обиды на земных фейри потребовали новую жертву.

Заслужить доверие непросто, и пока что она не получила его от меня в полной мере. Скорее всего, ей придется еще долго слышать мой резкий тон.

– Я могу убрать ее.

Услышанное вынудило меня застыть на месте.

– Что ты сказала?

– Я могу забрать бушующие в ней течения и оставить спокойный барьер между вашими королевствами.

– Как ты сможешь забрать Бездну?

– Точно так же, как и твои узы.

– На твоем месте я бы не стал так легкомысленно говорить о похищенной тобой связи.

На что эльфийка лишь пожала плечами.

– Единственное, что мне хочется донести, – что процесс будет таким же, но без боли. Граница между королевствами останется, но жестокость, раскалывающая два ваших мира, питается чем-то из Иного мира. Это стало очевидно, как только мы проплыли сквозь нее.

Никто и никогда не рассказывал мне, что именно питает сокрушительные воды Бездны, только знали, что они существуют. Между морскими и земными фейри и раньше велась торговля, но случалась она крайне редко, и для ее осуществления использовались заклинания и призывы.

Лишь морские фейри могли пересекать границы, и, если мне не изменяет память, земные фейри никогда не плавали через Бездну с момента ее сотворения.

– Вероятно, барьер создала морская ведьма, – предположил я, скорее для себя, чем для Скади. Раз морской народ принес с собой насилие, то становится ясно, почему земные фейри никогда не приплывали к нам.

– Возможно, – согласилась она. – Это не имеет особого значения, но внутри бурлит сила, и именно ее я могу взять.

– Граница останется, – повторил я. – Но с жестокостью будет покончено.

Никакой Бездны? Стена между мирами, существовавшая веками, падет.

– Объясни свою магию, эльфийка.

– Аффинность, – поправила она. – Арион использует пламя или свет, чтобы дотянуться до предметов и взять их, и я делаю то же самое, но только с помощью темноты.

– Он прошел сквозь.

– Талант, которым я не обладаю. – Скади заправила прядь волос за ухо. – Арион способен проходить сквозь свет, но только в пределах дозволенного. Ему не по плечу преодолевать большие расстояния, и он не может отправиться туда, где никогда не был. Сперва он должен увидеть место в своей голове.

Боги, лучше бы этот ублюдок просто сдох.

– Ливия рассказывала, что ты колдуешь благодаря этим туманам.

– Не колдую, а забираю. – Тяжело вздохнув, Скади на мгновение подняла глаза к стропилам. – Призвав свою силу, я могу, например, затянуть в туман вон тот рог с элем, – она указала на дальний стол, – пока он не достигнет моей руки.

Именно так она лишила Сандера его клинка.

– Нельзя просто взять и переместить столь странное течение, подобное Бездне, в другое место.

– Нет, сила в ней растворится в тумане, умрет в каком-то смысле. Я могу притянуть материю к себе, а могу оставить ее в темноте. Это более мрачная сторона, а в твоем случае – полезная.

– Где оставить?

– Не знаю точно. Одни говорят, что она находится в сотворенной пустоте. Мне кажется, что притягиваемая мною материя просто превращается в пыль. Это все равно что закрыть дверь. Можно оставить ее открытой, пока то, что я призываю, не перейдет ко мне, а можно запереть ее, убрав с глаз долой. – Скади наклонила голову, на ее лице появилось жутковато-пустое выражение. – Вот почему моей аффинности лучше опасаться. Вот почему она никогда не должна принадлежать такому человеку, как Арион.

– Кажется, твое объяснение ничем не отличается от сказанного Элдирардом.

– Он просто не вдавался в подробности. – Скади одарила меня пустой улыбкой. – При желании я легко украду жизнь, биение сердца, дыхание в легких. Я забираю, а затем закрываю за темнотой, и все попавшее туда умирает. Именно так я поступлю с любой силой, живущей в этой Бездне.

Дерьмо.

– Ты убиваешь этим туманом?

– Могу. Как и ты, только иначе. – Скади прикрыла зевок тыльной стороной ладони. – Как же я устала от этого праздника. Не разрешишь ли ты своей команде отвести меня на корабль, где мне можно спокойно выспаться?

Не успел я кивнуть, как она отвернулась.

– Обдумай мое предложение, морской король. Я уничтожу эту Бездну, а ты позволишь земному народу встречаться с ней, сохранив ее себе.

Лишь после того, как Сандер, Нарза и альвер из родного королевства близнецов признали, что слова Скади не лишены оснований, было принято решение немедленно разрушить последние стены между нашими народами.