— Ну что я могу сказать. Он просто истощил свой ресурс. Я пока не поняла принцип работы. Он базируется на технологиях, которые я не понимаю. Ёрш собрал терминал в секторе с другим набором культур. Я пока что только саахаров узнала. И кое-что от морранди, хотя с их техникой я тоже мало общалась.

— Но его же можно починить и зарядить? — спросил я. Будет глупо, если весь этот поход был бессмысленным.

— Ну… здесь есть кое-какие детали, сделанные пока непонятно из чего, а без них я не рискну предположить, как поведёт себя аппарат во время принудительной модификации.

— Если там осталось что-то от сломанных деталей, я могу восстановить материализацией, — предложил Мерлин.

— Точно! Это если сработало с логосферой, то и тут должно.

— Ещё понадобится топливо. Какое именно, пока не знаю. Это не что-то знакомое и не солюр техноцита. Что-то другое. И его не осталось подчистую, даже следов. Я изучала, откуда оно берёт энергию. Терминал автономен, ему не нужно подключение к системе, так что кормится сам. Но, думаю, я найду способ заменить её на что-то другое. Тот же солюр, ману, или электричество.

— У нас есть дней пять. Хотя, если не успеешь — ничего страшного. Прервёшься, отнесём домой, и там продолжишь.

Сайна кивнула.

— Ну а вообще могу сказать, что идея терминала здоровская. Как раз под нужды таких, как мы. Система не продумала терминалов, которые могут интегрировать фрагменты сверхсильных тварей, но нашёлся гениальный проходчик, который сумел это сделать сам.

— Интересно, что в своих записях он почти не касался своих изобретений, да и вообще как будто ничего не делал как механист, — заметил я. — Скорее был танком.

— Совсем? — удивилась Сайна. — Может, иносказательно или между строк?

— Об этом ничего не могу сказать. Хочешь — тоже почитай, они сохранились, — я пожал плечами. — Но это скорее нечто среднее между дневником и мемуарами, а не руководство. Там о его жизни, а не работе.

— Существуют артефакты для повышения навыков, контракты с сущностями и особые зелья, — сказала Белая.

— Точно, — улыбнулась Сайна. — Может, и что-то такое. А может, просто был скрытным. В любом случае, понадобится поработать, и мне нужны способности Мерлина. И Софьи тоже, чтобы восстановить некоторые жидкости внутри.

Мы разбили лагерь неподалёку от терминала. Вернее, я просто призвал убежище как есть, в полной физической форме. Так что получилось крохотное поселение.

Настроение у всех было радужным — Орден настроился на долгий отдых. Была выкопана яма, которую маги воды заполнили доверху, а маги огня и света начали подогревать воду для искусственных горячих источников. По центру лагеря разгорелся костёр, у которого Эстель уже играла на металлических барабанах, а Нэсса начинала что-то тоненько напевать.

Я убедился, что Белая выставит на ночь стражу и снарядит патрули вокруг лагеря. На первый взгляд в локации не было ничего опасного, но я всё равно предпочитал осторожность.

Перед сном вдвоём с Тией вышли на прогулку. Она расспрашивала меня о том, как я проводил здесь время. Я отвёл её на место, где работал с лангольером, показал место, где мы плавили аделит наружу и привлекали тварей, чтоб те разрушали барьер.

— Это нечестно, что ты оказался заперт здесь без меня, — наконец сказала Тия. — И мне немного обидно. Не на тебя, а скорее на Систему, которая не позволяла мне войти вместе с тобой.

— Поверь, здесь не было ничего интересного. Самая серая часть моего спуска вниз.

— С тобой для меня это было бы самое счастливое время. Но… наверное, я понимаю твои чувства. Стена висит над нами, определяя будущее. А я, наверное, слишком устала и покупаюсь на временный рай вместо вечности.

— Если на что-то и стоит потратить свою жизнь, так это на то, чтобы понять правила этой игры и выбраться из неё, а не просто провести одну хорошую партию. Стена давно не работает так, как задумано её создателями. Уровень сложности превышен в десятки раз. Стена не выдерживает всего этого.

— И слишком часто играет с нами и нашими чувствами, — добавила Тия и уткнулась лбом мне в спину. — Как думаешь, на что похожа свобода?

— Наверное, на бескрайнюю землю без стен. Без пересборов и монстров.

— Это и так понятно, — произнесла она и прижалась ко мне покрепче. — Что мы будем чувствовать тогда? Без монстров, сражений?

Я обернулся к ней и обнял.

— Скоро проверим, — пообещал я.

— Арк, а давай представим, что ты заперт здесь со мной? Что бы ты делал тысячу сто дней со мной наедине?..

Ночь была хороша только вначале. Затем о себе напомнил заключённый по соседству Осколок. Я уже и позабыл этот липкий страх и ощущение своей ничтожности перед чем-то с запредельной мощью. Отвык чувствовать себя мелкой песчинкой.

Этой ночью о нашем месте в этом мире напомнили всему рейду.

Поутру все чувствовали себя паршиво, и у всех было скверное настроение. Теперь я со стороны наблюдал за тем, как это выглядит. Когда сам проходил через это, не замечал, насколько сильно наши эмоции были зависимы от соседства с Осколком.

Не удивительно, что Селена за столько лет заточения рядом с ними была на грани безумия, а Миса рискнула своей сущностью, чтобы выбраться.

Уже зная, с чем мы имеем дело, я провёл инструктаж относительно природы депрессивного настроения и обязал регулярно пить зелья снятия таких состояний. Альма уже накладывала на всех пламя Асгора.

Работы это, в любом случае, не отменяло. Лангольер погрузился в спячку. Ядра маны начали постепенно насыщаться силой — все сдавали ману в накопитель. Была разработана очерёдность, чтобы часть рейда всегда оставалась боеспособной.

На вторую ночь зов Осколка стал сильнее, и мозги он начал полоскать с удвоенной силой. Ещё и будто давление на плечи усилилось. Но, тем не менее, мы пытались продолжать своеобразный отдых.

— Ну вот, теперь ты понимаешь, каково это было, — улыбнулся я, прижимая к себе проснувшуюся от панической атаки Тию.

Но на самом деле, я немного кривил душой. Когда мы здесь были раньше, эффект был не настолько силён. Сделал вылазку на другой конец локации — возможно, нам стоит переместиться туда? И терминал при желании можно было перенести. Всё лучше, чем это давление.

Однако я с удивлением был вынужден констатировать, что там эффект наоборот — возрастал ещё больше. То есть источник нашей тревоги был, как ни странно, не из второго оазиса в двадцать третьем, а того, где раньше обитал некромант Павел с богиней Тишины.

Неужели тот чёрный осколок сейчас находится в Оазисе Тефнут?

Я медленно приближался к стене вместе с Тией, и в какой-то момент мне показалось, что я почти вижу присутствие чего-то тёмного и мрачного. Будто некий зловещий тёмный силуэт, пронзительно зрящий в самую душу.

У меня не было прямых фактов, но я был уверен, что на той стороне у самой стены стоит Оно. Чёрный осколок из чистой тьмы.

Утром это подтвердил эдельвейс Сайны. Каменный цветок по мере приближения к другому краю почернел, как было в присутствии ноктюрналов шестнадцатого. А затем вдруг с шумом треснул и потерял цвет. Артефакт был безнадёжно сломан. К счастью, такие важные для спуска вещи у нас давно уже есть в запасе.

— Я думаю, я смогу его починить, — сообщила Сайна, копаясь в нутре терминала. — Могу сказать, что он точно сделан руками проходчика. Местами я натыкалась на его пометки прямо в терминале. И насчёт дневника ты был не совсем прав.

— Да? И в чём?

— В нём много полезного для понимания структуры прибора. Читая книгу, я будто лучше начинаю его представлять и вижу задумку в целом. Теперь я уже примерно понимаю принцип его работы.

— И в чём он заключается?

— Смесь магии и квантовой физики, хотя по такой грубой оболочке этого не понять. Устройство на самом деле довольно простое. Терминал просто отсекает часть свойств разными способами. Дистилляция — удачный термин. На выходе получается очень ослабленная версия, в которой не осталось практически ничего, кроме тени той функции, которая встраивается. Получается действительно безопасно, но… довольно расточительно.

— Безопасность важнее, — я махнул рукой. — Запоротый билд — большая проблема.

— Я к тому, что обычные фрагменты для терминала будут бесполезны. Помнишь то устройство, что было у семнадцатых? Терминал, который давал моды на крохотные сопротивления, но по сути просто восстанавливал тело, чем усиливал его. Здесь обычные фрагменты будут давать такой же эффект. А вот моды запредельных монстров с кучей цепей как раз опускаются на уровень нормального мода в обычном терминале.

— То есть чего-то сверхъестественного от него можно не ждать?

— Ну, главное свойство сохраняется. Стихию созидания фрагмент левиафана даст, и сделает это без побочек. В этом ты был прав.

— Насколько это будет слабее, чем пустотный фрагмент, который взяла Альма?

— Мой фрагмент тоже работает не в полную силу, — послышался голос целительницы.

Мы обернулись к ней. Девушка была мрачной. Впрочем, она в последнее время всегда была такой.

— Если бы его не подавляла сущность Мисы, я была бы очередным безумным чудовищем. Так что в полную силу это работать и не должно.

Третий день в Оазисе стал днём тотального уныния. Все просто пили напитки и, не смотря на все красоты вокруг, думали исключительно о чём-то плохом. У Сайны работа тоже не клеилась. Ещё бы, в таком-то состоянии.

Но простая рутинная работа не требует вдохновения или особого настроения. Ману все сдавали как по расписанию, и ещё дня через четыре мы должны были покинуть Оазис.

На пятый ко мне подошёл Хантер, говоря о том, что у него очень нехорошее предчувствие насчёт дальнейшего пребывания здесь.

Я поблагодарил его за информацию, но внутренне недоумевал — Оазис простоял тысячу дней, и простоять ещё десять для него не должно быть сложно. Однако, тем не менее, Хантеру и его чутью я доверял.

В тот день мы потратили немного маны на то, чтобы вновь пробить путь наружу. Выслеживание монстров с подходящим типом урона тоже могло занять много времени. Точного срока Хантер не назвал, но я начал следить за периметром. Была выставлена стража, в том числе и на границах с двадцать вторым.

Для отслеживания влияния была придумана система с эдельвейсом — три раза в день проводились замеры, и выводы были неутешительны. Воздействие действительно росло.

— Это я и чувствовала, когда была заперта в Оазисе, — сообщила Альма. — День за днём на меня накатывала беспросветная тоска и безумие. Я хотела сбежать уже куда угодно и как угодно. Поэтому связалась с Алихаей и… дальше ты знаешь.

Тия эти дни от меня не отходила, и пусть и в тоске, но мы поддерживали друг друга.

Тем не менее, Оазис не спешил нас отпускать. Работа Сайны ни к чему не приводила. Мерлин тратил ману подчистую на восстановление сломанных элементов. На восьмой день, как и задумывалось, накопители были заряжены, а лангольер полностью готов вылетать на двадцатый.

Однако, как назло, существо нужного типа всё не появлялось.

Зелья Софьи и магия Альмы держали нас. Народ пытался веселиться через силу, понимая, что воздействие наведено.

Начались дни заключения, уже откровенно лишние. Начались разговоры о том, что нужная зверушка может вообще не прилететь. Я высадил раффлезии у отверстия и ждал. Хантер — нервничал. Воздействие — медленно ползло ближе, что отмечал второй эдельвейс.

На десятый день нам вежливо напомнили о том, что проблема у нас далеко не одна. Среди ночи нас разбудил скрежет металла и медленный, но очень громкий топот с другой стороны. Металлический гигант тоже решил прогуляться.

Мы ждали его появления со страхом. В голову лезли мысли, что я привёл нас всех в ловушку на смерть. Хотя прежде за тысячу дней Осколки и не думали шевелиться. Что сейчас изменилось? Может, их как-то сама Система подталкивает в нашу сторону?

Скрежет и стук продлились до самого утра, а затем замерли. Оазис снова погрузился в тишину. На всякий случай я затащил терминал в убежище, давно нужно было это сделать. Осталось только дождаться чёртового монстра с фрактальным или энтропийным уроном.

На одиннадцатый же день — Сайна Синица справилась с ремонтом терминала.

— Арк, всё готово! — сообщила она довольно, перемазанная маслом и пропахшая химией.

Мы сидели в тот момент у костра всей группой, слушая новую сказку Странника о своём мире.

— Терминал? — понял я.

— Да! — воскликнула девушка. — Только нам нужна энергия. Прорва энергии! Можно я подключу ядра?..

— Исключено, — сразу остановил я её. — Мы в любой момент можем отчалить, если придёт нужный монстр. А как насчёт солюра?

— Ну, я могу подключить такой тип питания. Для этого мне нужен кто-то с техноцитовым модулем Мракрии…

— Я подойду? — мрачно спросила Аси.

Сайна просияла:

— Конечно. Я просто буду пропускать через тебя поток, не против?

— У меня тоже серверный модуль после терминала, — предложил Наги.

— Прекрасно! Тогда завтра всё подключу и настрою. А где мы возьмём солюр? Нужно много.

— Вырастить траву не проблема, она растёт, как сорняк, — отмахнулся я. — Магией ускорю, будет готова очень быстро. Мерлин, поможешь со светом?

— Без проблем, — ответил маг.

Задача была совершенно не сложной, так что всё необходимое с моей стороны было готово достаточно быстро. За сутки я вырастил большую поляну, а затем соларис превратил растения в окаменелый солюр.

Всё это, конечно, требовало прорву маны, но на полёт мы уже собрали, а в бою с Осколками нам ничто не поможет.

— Ого. Мракрия бы тобой гордился, — похвалила меня Аселла, когда я принёс два ведра светящейся окаменелой травы.

— Скоро мы сами собой гордиться будем, — пообещал я.

Аселла запустила фиолетовые ленты в вёдра и принялась пить силу. Глаза её превратились в два мощных белых фонарика, а идущие из под её одежды провода понесли энергию к модифицированному терминалу Ежа.

Идёт сканирование…

[Ожидайте…]

Справка: система внедрения навыков 28824.

Тип вмешательства — квантово-дистиллирующий

Встройка методом квантового поиска вероятностной линии с дистилляцией негативных эффектов.

Внимание: терминал может существенно снижать силу исходного материала.

Удовлетворительное сопряжение: всё

Внимание: терминал повреждён.

Доступны 3 модификации.

Для продолжения работы дождитесь окончания процедуры сканирования.