— Ой, ой, прости, я не хотел пугать, — передо мной стоял Рома Громов и улыбался, — просто увидел тебя и решил поздороваться. А ещё узнать, как ты справляешься с учебой и новым местом?

Я безрезультатно пыталась успокоить пульс. Меня всё ещё слегка потряхивало от неожиданного появления Громова. И почему-то даже проскользнула мысль, что именно его взгляд я ощущала на себе, когда шла рядом с Андреем. Тут же мысленно посмеялась над собой. С чего бы Роману Громову нужно было следить за мной?

Он меня даже не вспомнил, когда мы впервые пересеклись на площади перед корпусами университета.

Я продолжала молчать, всеми силами показывая, что очень занята своими делами. Только изредка бросала быстрые взгляды в сторону молчаливого Ромы. Он будто давал мне время успокоиться и выдохнуть.

Или даже привыкнуть к его присутствию.

Рома несколько покосился в сторону коридора, будто боялся, что нас тут могли увидеть вместе. Эта догадка неприятно кольнула, но я быстро взяла себя в руки. Мне все равно о чем там мог сейчас размышлять Роман Громов и моя старая влюбленность. У меня были проблемы намного важнее наших с ним взаимоотношений и его мнения.

Но Громов почему-то нахмурился, а я тут же передумала и пожалела, что не могу читать мысли других людей.

Рома вел себя странно. И мне это не нравилось.

— Ну так как тебе в новом коллективе? — он будто вспомнил, что он тут не один.

Я покосилась на тетрадь, которая была исчеркана, потому что мне никак не удавалось понять, где же верный ход в решении задачи, которую мне выдал преподаватель.

Все, чего мне сейчас хотелось — остаться один на один с учебными заданиями и спокойно закончить начатое. Но, видимо, сегодня все решили во что бы то ни стало помешать мне.

— Отлично, вливаюсь, — я выдавила из себя улыбку.

Интересно, если отвечать Громову максимально безразлично, он отвалит побыстрее?

Мне бы этого очень хотелось.

Рядом с Ромой я ощущала себя как маленькая влюбленная дурочка. Хотя была уверена, что все чувства к нему у меня прошли. Но стоило его увидеть и я снова поплыла.

Усугублялось все тем, что я помнила наше общение в школе. Помнила то, как он меня оттолкнул и не объяснив причины перестал даже со мной здороваться. Единственной причиной, до которой я додумалась, могла стать моя влюбленность в Громова. А Роме тогда это было не нужно. У него и без меня была куча девчонок, готовых на все ради одного его взгляда и улыбки.

Так какого черта меня сейчас в его присутствии так размазывало?

Громов подвинул стул, который стоял у соседнего стола и с грохотом уселся на него. Я непроизвольно затаила дыхание, как это было каждый раз, стоило Роме оказаться где-то недалеко от меня. Но я пока ничего не могла поделать со своей реакцией. Хоть и отдавала себе отчет в том, что нужно сдерживать себя.

Могла только изображать равнодушие, которого не испытывала. И радоваться, что Громов так же, как и я, не мог читать мысли других.

Тем временем, Рома выхватил из моих рук тетрадь и пробежался глазами по написанному.

— Эй, — я попыталась вернуть своё, но Громов отодвинул руку, и мне удалось ухватить только воздух, — это наглость!

В ответ послышался низкий смешок.

— А я и не претендую на роль примерного парня, Даша, — Рома склонился ко мне и мы оказались почти вплотную друг к другу, — нужна моя помощь?

Он подмигнул мне, и сердце провалилось в пропасть.

— Сама справлюсь, — гордо задрала подбородок и протянула раскрытую ладонь.

Ждала, когда Громов прекратит дурачиться и дразнить меня. Но, видимо, Рома никуда не торопился и упивался моими реакциями. Я видела блеск в его карих глазах и всеми силами пыталась не поддаваться на его провокации, но в груди бурлило возмущение и недовольство. Было бы проще, если бы Роман Громов меня не замечал.

— Роман, — попыталась сказать это максимально строго, — будьте добры, верните мне тетрадь.

Глаза Ромы опасно прищурились. В них появился коварный блеск. И я моментально пожалела, что обратилась к нему именно так.

— А что взамен, Дарья? — он произнёс это низким голосом от которого по коже рассыпались мурашки.

Я удивленно моргнула.

— Ничего, это же моё.

Вот же… и когда Рома стал таким наглецом?

Нет, он и в школе был уверенным в себе — внимание девчонок способствовало этому, но со мной он вёл себя более нейтрально.

Я бы даже сказала отстраненно.

— Давай так, — Рома выхватил у меня из пальцев ручку, — я объясняю тебе решение, а ты…

Он замолк, будто что-то обдумывал. Сидел и постукивал моей ручкой по подбородку. А я следила за каждым этим движением. И закипала от нетерпения.

— Что, я? — всё же не выдержала и спросила чуть громче, чем хотела.

Громов довольно улыбнулся, на его щеке появилась милая ямочка.

— А ты придёшь ко мне на игру. Поболеть за нас.

Я удивлённо моргнула и попыталась понять: серьёзно ли он сейчас это сказал или это очередная издёвка с его стороны?

— Зачем? — выгнула бровь, — у тебя мало болельщиц?

Ничего не смогла поделать с сарказмом в голосе.

Рому же мои слова никак не задели. Наоборот, он запрокинул голову и начал громко хохотать. Его смех отскакивал от стен и разносился по всему коридору.

Я воспользовалась тем, что Громов отвлёкся и легко вернула себе тетрадь.

— Я бы с удовольствием тебя ещё повеселила, но у меня много дел, а ты мне мешаешь.

Я всеми силами делала вид, что решить задачи мне намного важнее, чем поговорить с Громовым. Хотя это так и было. После школы и опыта с Ромой

учёба встала на первое место.

Потому что Громов очень хорошо в своё время донёс до меня, что парням лучше не верить. Они сегодня могут тебе улыбаться и спрашивать как твои дела, а через несколько дней они могут плюнуть тебе в самую душу.

— Куда улетела? — раздался голос Ромы над моим ухом.

Я моргнула и только сейчас поняла, что стул на котором сидел Рома пустовал, а сам он опирался о стол и нависал надо мной.

— Если бы я хотела, чтобы мои мысли кто-то знал, я бы озвучивала их, — я старалась говорить спокойно, но в моей груди всё стискивало от волнения.

Я никак не могла заставить себя включить иммунитет в адрес Громова. Специально не сворачивала этот разговор. Мне было жутко интересно, что он скажет мне дальше.

— Ой, какие мы грозные, — проговорил Рома рядом с моим ухом, — скажи мне, Даша, я тебя чем-то обидел?

Я резко развернула голову и чуть ли не столкнулась с Ромой. Не ожидала, что он окажется так близко ко мне.

В нос ударил его аромат. Зрачки Ромы то расширялись, то сужались, а я не могла отвести взгляд от его глаз. Они всегда меня завораживали.

Меня не отпускало чувство, что Громов затеял со мной очередную игру. И я не могла избавиться от волнения, которое стискивало грудь. Сердце нервно трепыхалось в груди.

— Смотри, — голос Громова почему-то стал ниже, — у тебя вот тут ошибка.

Он снова пододвинул к себе тетрадь, и что-то быстро исправил в моих расчётах.

— Теперь всё должно получиться, — он склонил голову над столом от чего его чёлка прикрыла часть лица.

Я с трудом сдерживалась, чтобы не поправить волосы Ромы. До боли закусила губу и быстро отвела взгляд от лица Громова.

— С-спасибо, — выдавила с неохотой благодарность и уткнулась тетрадку.

— Обращайся, Даша.

— На игру все равно не приду, — упрямо заявила я.

Хоть мне и жутко хотелось посмотреть на Рому, как он играет. Я ведь помню ещё со школы, что он профи и всего себя отдавал игре.

Громов в ответ только усмехнулся. Я попыталась вернуть ручку, но Рома потянул тетрадь к себе и открыл её на последней странице.

Я с удивлением смотрела на то, как он выводил какие-то цифры аккуратным почерком.

— Мой номер, — проговорил Рома, — вдруг что-то понадобится, Даша.

Громов оттолкнулся от стола, пока я пыталась придумать остроумный ответ. Сказать, что мне его номер ни к чему.

Я ни за что ему не позвонила бы. Не-а.

— И зачем он мне? — выдала я в спину Громова.

Он замер. Медленно повернулся ко мне и подмигнул.

— Мало ли, станет скучно и захочется поболтать.

— Это вряд ли, — пробормотала я, но Громов этого уже не услышал.

Я осталась одна и таращилась на номер, который со временем школы не изменился.

И, да, я знала этот номер наизусть.

А ещё я поймала себя на мысли, что не хочу, чтобы Громов сближался со мной. Я боюсь, что это очередная игра, а я снова стала игрушкой этого наглеца.