Я пришла в себя от монотонного гула двигателя и покачивания на ухабах. Голова раскалывалась, в висках стучала тупая боль. Шея горела огнём там, где здоровенная рука похитителя сдавила её. Это было последнее что я помнила.
Я лежала на заднем сиденье. Сознание возвращалось обрывками.
Когда всё вспомнила, ужас, холодный и липкий, подступил к горлу.
Я осторожно приподнялась, опираясь на локоть.
Передо мной, на двух передних сиденьях сидели они. Они смотрели вперёд, на дорогу, петляющую через лес. Я решила пока не предпринимать никаких резких движений, а выждать время. Послушать их. Может, станет понятно кто они и что им надо от меня.
— Ну и что теперь? — спросил лысый, глядя в планшет. — В лес повезём её или подальше.
У меня, кажется, даже ноги отнялись. Неужели убить хотят и в лесу закопать?
— Всё равно. Этот дебил всё равно нас искать не будет, — отозвался волосатый, он за рулём сидел. Я заметила его взгляд в зеркале заднего вида. Я тут же закрыла глаза, но было уже поздно, он успел поймать мой взгляд. — О, проснулась.
Я попыталась сесть, но тело не слушалось.
— Кто вы? — прошептала я. Горло болело. — Что вам нужно?
Тот, что за рулем фыркнул. Лысый отложил планшет и повернулся ко мне, облокотившись на подголовник. Его лицо было спокойным, почти скучающим.
— Меня зовут Артём, а это мой брат Кирилл. А твой Коля, Наташ, должен нам очень много денег. Очень неприличную сумму. И так как он предпочёл не явиться на собственную свадьбу, мы забрали тебя. Хотя ты вряд ли покроешь весь его долг, но у тебя есть шанс стать свободной, если он явится с повинной.
— Я… Я не понимаю. Какие деньги?
— Обычные. Ты вроде выглядишь вполне умненькой, неужели ошибаюсь, — усмехнулся он.
— Я понимаю, что обычные. Просто я не понимаю, как он вам задолжал. Я думала, у него в бизнесе дела хорошо пошли.
— Ну да пошло, с помощью наших денег, которые он у нас занял.
— И очень феерически их просрал, — добавил Кирилл, бросив на меня взгляд в зеркало дальнего вида.
— И что же вы хотите от меня? Я ведь обычная студентка из обычной семьи.
— Всё зависит от тебя, малышка. И от того, чем ты сможешь нас заинтересовать., — ответил Артём.
Я смотрела на него и не верила своим ушам. Это был полный бред. Настоящий кошмар.
— Вы не можете… Это незаконно! Я человек, а не вещь!
Кирилл резко свернул с трассы на грунтовку. Машину затрясло.
— На данный момент даже закон на нашей стороне, — сказал он, не отрывая глаз от дороги. — У нас есть документы, подписанный договор твоим Колей. И по закону его могут наказать даже больше, чем мы. Так что для твоего жениха это последний шанс проявить храбрость. Чтобы для тебя всё обошлось малой кровью. Вот так, Наташ. И ты пока наша.
Мне хотелось кричать. Доказывать, что я вообще никаким боком не касаюсь Колиных долгов. Я даже замуж не вышла, чтобы иметь ответственность за это. Но похоже, этим громилам было всё равно.
Я отвернулась, прижалась лбом к холодному стеклу, пытаясь сообразить, собрать мысли в кучу. Но в голове был настоящий хаос.
Сложнее всего было принять, что Коля простосбежал. Бросил меня. Иначе эти двое не забрали бы меня вместо него. По какому-то своему, извращённому закону, который они считают выше человеческого.
Я мне ведь в голову не приходило, что он мог получить деньги нечестным путём. Я действительно думала, что у него всё под контролем. А он… он в это время вёл себя как мальчишка, занял «очень неприличную сумму». Деньги, которых у нас отродясь не водилось. Не знаю, о чём он думал в тот момент. Чем планировал отдавать?
Страх постепенно вытеснился злостью, которая от мыслей становилась всё сильнее.
Он предал меня. Предал самым низким, самым подлым способом. И из-за его трусости я сейчас тут, в этой машине, с этими людьми, которые смотрят на меня как на… на вещь? «На месяц хватит».
От этой фразы по спине побежали мурашки.
Что они хотят?
Работу по дому? Вряд ли.
Сексуальные услуги? Вот это больше похоже на правду.
«Всё зависит от тебя», — сказал Артём. Что это значит? Что я должнаубедить их отпустить меня? Или, наоборот — угодить, чтобы со мной обращались лучше?
В платье и на каблуках, в глухом лесу, с двумя здоровенными мужиками, с которыми лучше не шутить.
Но однозначно надо бежать. Обязательно. Как только представится малейшая возможность. Меня ведь будут искать. Родители, полиция. Надо лишь продержаться.
Машина замедлила ход и свернула с грунтовки на ещё более узкую, почти незаметную дорожку, петляющую между соснами. Спустя минут пять возник забор. Высокий, глухой, из толстых брёвен. Он сливался с лесом, будто вырастая из него. Ворота открылись сами собой, на какую-то дистанционную команду, и мы въехали внутрь.
Посреди лесной поляны стоял дом. Настоящий охотничий дом, рубленный из толстых брёвен, двухэтажный, с массивной коричневой крышей. Он был под стать своих хозяев, такой же мощный и грубый. Спрятанный так ловко, что, и правда, не найдёшь, если не знаешь, где искать. Крепость.
Машина остановилась на площадке перед крыльцом. Кирилл заглушил двигатель.
Братья вышли. Я сидела, не двигаясь, цепенея от ужаса перед тем, что ждёт меня за этой дверью.
Дверца с моей стороны распахнулась. Артём протянул мне руку.
— Выходи, Наташ, — сказал он спокойно.
Я заставила ноги двигаться. Выбралась, споткнувшись о подол. На улице без верхней одежды было холодно, и я непроизвольно обхватила себя руками. Платье совсем не грело.
— Сюда, — Кирилл уже поднимался по широким ступеням крыльца, доставая ключи.
Я шла за ними, чувствуя, как гравитация тянет меня вниз, к сырой земле, к корням сосен. Как будто лес сам хотел меня поглотить, чтобы не видеть этого безобразия.
Артём шёл сзади, его шаги были тихими, но я чувствовала его присутствие спиной.
Кирилл открыл дверь, щёлкнул выключателем. Мы вошли в просторную прихожую, а затем в большую комнату-гостиную с каменным камином, где тлели угли, и массивной деревянной мебелью.
— Это твой дом теперь, — произнёс Артём.
Я обернулась к ним. В свете ламп они казались ещё больше, ещё монументальнее. Хозяева этого места. И мои хозяева тоже.
— Где… где я буду спать? — спросила я, и голос снова предательски задрожал.
— Наверху. Комната налево. Там всё есть, — сказал Кирилл, кивая в сторону тёмного проёма лестницы.
— А вы? — вырвалось у меня. Артём усмехнулся. Коротко, беззвучно.
— Мы здесь. Тоже наверху. Не волнуйся, нас не потеряешь.
Я кивнула и сделала шаг к лестнице.
— И ещё, Наташ, — окликнул меня Артём. Я замерла. — Про окошки на втором этаже. Они все на сигнализации. И с очень громкой сиреной. Забор тоже под током. Несмертельным, конечно. Но очень, очень болезненным. Так что… насчёт побега. — Он сделал паузу, и его ледяной, пронизывающий взгляд заставил меня похолодеть изнутри. — О побеге лучше даже не думай. Если не хочешь узнать, какими мы можем быть, когда злые. Всё понятно?