С утра пятницы я заперта в квартире, сейчас уже поздний вечер воскресенья, а ничегошеньки не происходило и не происходит.

За всё это время Марк позвонил мне лишь один раз, спросил о самочувствии. Ещё он прислал с курьером корзину с шоколадом и фруктами. Корзину, естественно, сразу Дёмин с Фроловым конфисковали и отправили на экспертизу. Но в лаборатории, кроме нитратов в фруктах и разрешённых добавок в шоколаде, ничего криминального не нашли.

Скука смертная. Развлекать себя сериалами и соцсетями нет никаких сил, столько всего пересмотрела и перечитала, что уже реально тошнит.

Набрала номер Дёмина, узнаю последние новости и хоть с кем-то поговорю. Оказывается, разговоров тоже может не хватать. Вчера я впервые в жизни завела диалог с умной колонкой. Задавала ей каверзные вопросы, например, что она думает о мужиках… Но мне не зашло. Показалось странным и будто я немного чокнутая. А ещё побоялась, что это прямой путь к разговорам с пылесосом или посудомойкой.

— Да?! — Влад ответил после первого же гудка, и его встревоженное «Да?» прозвучало как «Что случилось?»

— Тебе не кажется, что мы ошиблись насчёт Марка? Воскресенье, десять вечера. Если бы он что-то планировал, то был бы уже здесь.

— Впереди ещё вся ночь и утро понедельника, — спокойнее произнёс Дёмин, поняв, что у меня всё в порядке.

— Я бы сказала, осталась только ночь, а понедельник вообще в расчёт не беру. Марк не стал бы всё оставлять на последний момент. Он не знает, к какому нотариусу я записалась, каким маршрутом поеду, во сколько и на чём, может, на своей машине, а может, на такси. Где Марк сейчас? Чем занят?

— Он с девушкой в ресторане, — сообщил Влад.

— Ну хотя бы на одном грехе мы его точно поймали. Марк врал мне, когда признавался в любви, — усмехнулась я.

— Полина, не расслабляйся, — строго сказал Дёмин. — Девушка, возможно, нужна ему лишь для алиби. Он её подпоит, привезёт к себе домой, а когда она отрубится, поедет к тебе. Из расчёта, что утром ляжет с ней в постель, а после она подтвердит, что они всю ночь провели вместе. Мы, конечно, дальше порога твоей квартиры его не пропустим, но ты всё равно будь наготове.

— Ладно, — протянула я, сбросила вызов и побрела на кухню. Открыв морозилку, искренне удивилась, как это я умудрилась слопать столько мороженого?

После инцидента в магазине Дёмин прислал мне полный пакет мороженого, целый отсек морозилки был им забит. А сейчас осталось всего две штуки.

Ой-ёй, надо бы попробовать надеть свои специальные «измерительные» джинсы. Есть вероятность, что они налезут лишь до колен.

Решив, что если набрала вес, борьбу с ним начну со вторника, я переложила оставшееся ванильное и фисташковое мороженое в тарелку, взяла большую ложку, плюхнулась на диван перед телевизором и включила первую серию нового сериала. Судя по рейтингу, он просто обязан понравиться.

Мне уже второй раз показалось, что я слышу невнятный звук с балкона. Может, это не у меня, а у соседей? Наши балконы расположены рядом, возможно, кто-то просто открыл или закрыл окно.

Если когда-нибудь созрею на покупку собственного жилья, обязательным условием будет застеклённый балкон, так теплее, безопаснее и тише.

Только расслабилась и поднесла ко рту очередную ложку, как на балконе опять громыхнуло. Взяла пульт, убавила громкость на телевизоре и секунд десять прислушивалась. Тишина.

Либо я путаю звук из телевизора со звуками на балконе, либо мозг, запрограммированный на ожидание нападения, банально меня обманывает.

Вернула громкость на прежний уровень и продолжила смотреть. Сериал, кстати, оказался ничего — интересный. По сюжету мужчину средних лет вдруг осенило, что он хочет работать в полиции.

И вот опять — какое-то шуршание. На этот раз я не стала убавлять звук, а просто выключила телевизор и отчётливо услышала, как на моём балконе кто-то скребётся в дверь.

Соседский кот! Как потеплело, несколько раз видела, как он гуляет по парапету. Видимо, перепрыгнул с соседского балкона на мой.

Вскочила с дивана, чтобы выручить животинку, а то он ещё попытается вернуться домой и свалиться.

По дороге улыбалась, представляя, как угощу хвостатого курочкой и молоком, а если он не сильно царапучий, прежде чем вернуть его хозяевам, мы с ним поиграемся полчаса, или даже час. Соседи, конечно, могут потерять кота и забеспокоиться, но ничего, это пойдёт им только на пользу. Впредь будут лучше следить за пушистым и не пускать на балкон, с которого он может сорваться.

Подойдя к балкону, я одёрнула штору — и в ужасе замерла. По ту сторону двери стоял высокий, плечистый мужчина. Он был весь в чёрном, на голову натянута то ли шапка, то ли маска, в прорезях виднелись лишь глаза. Незнакомец ковырял дверную ручку.

За долю секунды сердце сначала рухнуло вниз, потом подпрыгнуло к горлу, а, вернувшись на место, забилось как сумасшедшее. Поборов оцепенение, я взвизгнула и со всех ног рванула к входной двери — она под камерой. Мне нужно только добежать до неё, открыть, дать понять, что я в беде и помощь придёт.

В панике, с гулом в ушах, я не слышала, как открылась балконная дверь или шаги позади. Но в коридоре, когда до спасения оставалось лишь протянуть руку, на мою шею накинули верёвку, и кто-то невероятно сильный начал душить. Я пыталась кричать, царапаться, пинать, но напавший с лёгкостью пресекал все мои потуги сопротивляться и приговаривал:

— Не шуми. Больно не будет и быстро закончится.

Сладковатая, терпкая жидкость обволокла язык и хлынула в горло. Я рефлекторно глотала, и после каждого глотка по груди и животу разливалось тепло.

Почему я ещё что-то чувствую? Разве я не умерла? Последнее, что запомнила, как на шее туго затянулась верёвка, тело, обмякшее как тряпка, тьма в глазах. И ровно за мгновение до того, как потерять сознание, я мысленно попрощалась с жизнью.

— Пей, — резко приказал грубый мужской голос. Пальцы в шершавых перчатках сдавили мне челюсть, заставляя шире открыть рот.

Спутанность сознания медленно отступала, позволяя осмыслить кошмар. Человек, забравшийся в квартиру через балкон, напал на меня, но не убил. Вместо этого он уложил меня на диван и насильно вливал в рот вино. Зачем?

Ответ пришёл быстро — и ужаснул.

После того как мужчина влил в меня как минимум четверть бутылки, он с пугающей методичностью и даже какой-то извращённой заботой вытер моё лицо и грудь — там, где, естественно, пролилось вино — и заставил меня прикоснуться к бутылке с бокалом.

Затем он оставил меня в покое. Взял в кухне стул, поставил его прямо под люстрой в центре комнаты и ловко забросил верёвку на крюк, на котором она крепилась.

Он не просто собирается меня убить. Он планирует создать видимость самоубийства. Сделать так, будто я напилась и повесилась.

Я попыталась сказать, что его план изначально провальный — никто не поверит в моё самоубийство, что ему нужно бежать, пока не поймали. Но вместо слов из горла вырывалось лишь бессвязное бормотание.

Он даже не обернулся.

Влад

— Ты же должен дежурить у ресторана, — усмехнулся Фролов, тяжело плюхаясь на пассажирское сиденье моей машины.

— Там и так хватает людей, — отозвался я, не отрывая взгляда от двери подъезда напротив. — Одна группа — у главного выхода, вторая — у чёрного, третья, под видом клиентов, наблюдает за Марком с соседнего столика.

— Им хоть есть за чем наблюдать, — устало выдохнул следователь. — А у нас здесь полный штиль. Из подъезда уже час никто не выходил и не входил. Завтра понедельник — народ, видимо, пораньше лёг спать. Кстати, мы тут недалеко нашли круглосуточный магазин с неплохим кофе навынос. Хочешь, отправлю кого-нибудь, чтобы тебе принесли стакан?

— Нет, — резко бросил я. — Все должны оставаться на местах!

— Влад, да ладно тебе. Если Марк и появится, то ближе к трём-четырём ночи. Чего такой напряжённый?

— Плохое предчувствие, — признался я.

— Это не предчувствие, это нервы, — отмахнулся Фролов. — Пошли последние сутки, вот ты и взвинчен.

В кармане завибрировал телефон. Новое сообщение из чата оперативной группы в ресторане. На первый взгляд — ничего интересного: Объект № 2 (девушка Марка) отошла в дамскую комнату. Объект № 1 (Марк) подозвал официанта, уточнил время подачи десерта — ровно в 22:30.

Часом ранее он уже так делал — напоминал официанту. В голове металась какая-то рваная несобранная мысль, которая никак не обретала чёткие формы и смысл, но грызла изнутри.

— Это отчёт из ресторана? — спросил Фролов, и я кивнул. — Что пишут?

Я зачитал сообщение вслух.

— Если бы Марк с этой девушкой только вчера не познакомился, я бы предположил, что в десерте помолвочное кольцо, — заметил Фролов. — Ну, знаешь, как в кино.

— Но кольца там нет. Так зачем ему дважды напоминать официанту о точном времени? — задался я вопросом, и вдруг меня осенило. — Ему плевать на десерт. Он создаёт железное алиби. Потому что сам к Полине не пойдёт — он нанял профессионала. А профессионал… — я уже хватал ручку двери, — в квартиру может проникнуть не только через дверь. Возможно, он уже там, — последние слова я выкрикнул, выскакивая на улицу и срываясь на бег к подъезду.

— Влад, ты что творишь?! — рявкнул следователь и помчался за мной. — На хера мы здесь двое суток ползали чуть ли не на пузе, чтобы ты сейчас спалил всю конспирацию?! Стой! Или хотя бы не беги. Если Марк нанял кого-нибудь следить за двором, считай, всё, мы зря суетились.

— На время-то посмотри: как раз половина одиннадцатого! — гаркнул я в ответ, уже у двери подъезда, прикладывая таблетку к замку домофона. — Марку подадут десерт в момент нападения на Полину — то есть сейчас! А ты предлагаешь мне идти прогулочным шагом?

Распахнув дверь, я, перескакивая сразу через несколько ступеней и минуя лифт, который наверняка пришлось бы ждать, полетел на этаж Полины. Олег, напротив, не проигнорировал лифт, и это было разумно: если кабина на первом этаже, есть шанс, что следователь поднимется хоть на секунду быстрее меня. А сейчас не то что секунда — каждое мгновение на счету.

У двери квартиры Полины мы с Фроловым оказались почти одновременно, я совсем немного его опередил.

— Может, хоть для приличия постучим? — предложил Олег. — Если всё в порядке, перепугаем её. Вдруг она в ванной или легла спать?

— Ещё чего! — прокручивая ключ в замке и толкая плечом дверь, рявкнул я, врываясь внутрь. — Полина?!

Из гостиной практически одновременно послышались звуки: упала какая-то мебель, также на пол свалилось что-то ещё, но уже более мягкое, раздался сдавленный стон Полины, быстрые тяжёлые шаги и звук открывающейся балконной двери.

Когда мы со следователем оказались в гостиной, Полина, поджав ноги и скрестив на груди руки, лежала на полу. Рядом валялся опрокинутый стул, с люстры свисала петля, а за распахнутой балконной дверью мелькнула мужская фигура.

— Стоять, падла! — выкрикнул Олег и помчался к балкону. Я же бросился к Полине.

Полина

Я ни черта не соображала от страха и не могла говорить, зато рыдать получалось отлично. Поток слёз и невнятное «бу-бу-бу» — вот и всё моё сопротивление, пока этот тип ставил меня на стул, чтобы надеть на шею петлю.

Удивительно, как много значит надежда и сколько сил она придаёт. Я дрожала, мычала, но когда услышала за дверью голоса и звук поворачивающегося ключа, сразу же чётко и ясно произнесла:

— Всё, капец тебе!

Мужик в маске насторожился, посмотрел на верёвку, на меня и, поняв, что уже не успеет, толкнул меня и кинулся к балкону.

Я рухнула со всего маха и крайне неудачно. Отбила локоть, колено, плечо, возможно, что-то сломала или вывихнула. И всё равно я улыбалась. Кости срастутся, синяки сойдут — главное, я жива!

Когда Влад поднял меня с пола и, раз за разом повторяя моё имя, крепко обнял, мне стало совсем хорошо. Пусть он сжимал меня так, что от боли из глаз сыпались искры — это ничего, ерунда. Я готова терпеть боль в десять раз сильнее, лишь бы ощущать это прекрасное чувство, когда ты в безопасности, тебе больше ничего не грозит.

Чтобы Дёмину даже в голову не пришло меня отпустить, я вцепилась в него мёртвой хваткой, даже прикусила зубами ткань его куртки, так что меня от него теперь фиг отдерёшь.

Спустя несколько мгновений я почувствовала, как Влад повернул голову в сторону балкона и напрягся. Я тоже посмотрела туда. Через распахнутую дверь, на фоне ночи, в ожесточённой схватке схлестнулись двое мужчин. Фролов хоть и сильно уступал напавшему на меня по комплекции, но, на мой взгляд, явно брал верх. По крайней мере, именно следователь атаковал, а тот, кто чуть не убил меня, оборонялся.

Дёмин, видимо, разделял мою оценку боя, потому что немного расслабился и уже не выглядел как человек, готовый в любой миг сорваться и броситься в драку.

Буквально через минуту уставший, с разбитой в кровь губой, но невероятно довольный Фролов втащил с балкона в гостиную мужчину в маске и усадил его на пол в пустой угол. Причём выглядел следователь так, будто он охотник, принёсший из леса домой добычу.

— Ну, давай знакомиться, — Олег Владимирович наклонился и сорвал с мужчины маску, открыв довольно молодое лицо: крупный нос, насупленный взгляд, массивный подбородок и короткие светлые волосы. — Что, блондинчик, готов назвать имя своего заказчика? Или сам в одиночку ответишь за попытку убийства по всей строгости и выйдешь на волю дряхлым, изломанным зоной стариком?

— Я готов сотрудничать, только если получу гарантию минимального срока, — пробормотал парень. От его голоса, который ещё недавно обещал мне быструю смерть, меня бросило в дрожь.

— Не охренел ли? — Фролов пнул парня по ботинку, не с целью причинить боль, а скорее показать его место. — Гарантии ему подавай! Да я перерою всю твою жизнь, перемещения, связи, и за пару часов выйду на нанимателя. У тебя один шанс получить снисхождение на суде — заговорить сейчас, чтобы я отметил в рапорте твоё активное содействие следствию. Единственное, что я могу тебе гарантировать, будешь молчать — получишь по полной. Имя заказчика? Быстро! — закричал Фролов не своим голосом.

— Сабитов, — глядя в пол, выдохнул парень. — Сабитов Марк.

— Переписку или звонки с ним фиксировал? Страховался на случай провала? Есть чем подтвердить слова?

— Да, — поморщившись, кивнул парень. — У меня есть запись нашей встречи.

Фролов от радости даже слегка подпрыгнул и довольно потёр ладони.

— Ну всё, можно вытаскивать этого Гаврика из ресторана и вести в отдел. Влад, ты как, с нами? В задержании участвовать не дам, но со стороны тоже интересно понаблюдать.

Поняв, что Дёмин может уехать, я крепче обвила его шею руками и прижалась теснее. Не пущу!

— Нет, Олег, дальше с Марком разбирайся сам, я останусь с Полиной, — отказал следователю Влад, погладил меня по волосам и, кажется, поцеловал в висок.