Он отошёл на шаг, и я выдохнула. В груди всё горело, и я не могла понять — от страха после разговора с Климом или от того, как близко Тимур стоял только что и разглядывал меня.
— Давай работать, — сказал Тимур, становясь в стойку. — Покажи мне защиту от захвата сзади. Помнишь, как это?
Мы начали тренировку. Он показывал приёмы, я повторяла. Сначала всё было чётко, профессионально. Он держал дистанцию, объяснял технику, поправлял, когда было нужно.
— Смотри. Если хватают за горло — не паникуй. Разворачиваешь корпус, — он встал сзади, положил руку мне на шею, не сжимая, только обозначая захват. — И бьёшь локтем назад, в солнечное сплетение.
Я развернулась, ударила локтем. Он перехватил, засмеялся.
— Слишком мягко. Ты с ним заигрываешь, а не бьёшь.
— Но я не хочу тебя ударить по-настоящему.
— А зря, — он снова встал сзади, и его голос прозвучал у самого уха. — Не бойся. Для практики можно.
Он обхватил меня сзади, прижимая к себе. Я почувствовала его грудь у своей спины, его руки на моих плечах. Сердце забилось быстрее.
— Приседаешь, — его дыхание коснулось моего уха. — И бьёшь головой назад. В воображаемое лицо.
Я присела, откинула голову. Затылок упёрся ему в плечо. Он замер, и я почувствовала, как его пальцы сжались чуть сильнее на моих плечах.
— Хорошо. А теперь добиваешь его.
Я развернулась, имитируя удар коленом в пах. Он перехватил мою ногу, удерживая её в воздухе, и на секунду мы застыли так — я на одной ноге, его рука на моём бедре, его лицо в считанных сантиметрах от моего.
— Молодец, — прошептал он.
Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Он не отпускал. Я не отстранялась.
— Тимур... — начала я.
Он отпустил меня, сделал шаг назад.
— Давай ещё раз, — сказал он, прочищая горло.
Мы тренировались ещё час. Он был терпелив, внимателен, но я чувствовала, как он сдерживается. Как его взгляд задерживается на моих губах, на шее, на груди. Как он старается не касаться меня лишний раз, а когда касается — замирает на долю секунды дольше, чем нужно.
Я думала о том, что он идеальный. Сильный, заботливый, красивый. Он не давит, не требует, не угрожает. Он просто рядом. Просто ждёт. Просто... любит? Нет, это слишком громко. Но симпатизирует — точно.
Может, это мой шанс. Может, с ним я смогу начать новую жизнь. Ту, в которой нет маски, нет угроз, нет страха. Ту, в которой я смогу просто… спокойно существовать.
— Отлично, — похвалил Тимур, когда я закончила комбинацию. — Ты быстро учишься.
— У меня хороший учитель.
Он улыбнулся, и от этой улыбки у меня потеплело внутри.
В этот момент зазвонил его телефон. Он глянул на экран, поморщился.
— Прости, это друзья. Я сейчас.
Он отошёл к окну, ответил. Я слышала лишь обрывки разговора:
— Да... Нет, не могу... Потому что занят... С кем? С девушкой... Да, серьёзно... Нет, на техно не поеду... Потому что не хочу... Что значит «не может быть»? Может... Нет, я сказал, не поеду... Слушай, я на громкой связи, ты меня позоришь... Что? — Тимур обернулся ко мне со странным замешательством, граничащим с любопытством. — Лана, ты хочешь поехать на техно-тусовку в ангаре?
Я замотала головой.
— Нет, — сказал он в трубку. — Она не хочет... Потому что у неё есть вкус... Нет, я не поеду... Да, именно. Что?.. Иди ты, — хмыкнул он в трубку. — Ладно, я ей передам. — Тимур посмотрел на меня. — Мой друг просит прощения. И умоляет, чтобы я приехал хотя бы на час. И чтобы я обязательно привёз тебя.
Я вздохнула. Усталость накатывала, но в его глазах было столько надежды, что я не смогла отказать. Хотелось подольше побыть с ним. Домой совсем как-то не тянуло.
— Ладно, — кивнула я. — На час можно. И только потому, что ты хорошо меня сегодня погонял.
Тимур ухмыльнулся, кивнул.
— Слышал, Ади? Она согласилась. Мы будем через час. Ждите.
Он сбросил звонок и посмотрел на меня. Уголки губ еле держались, чтобы не подняться.
— Ади? — повторила я, скрестив руки.
— Адилет. Он казах.
— Мм. И много будет народу на этой вечеринке?
— Достаточно. Чувствую, ты пожалеешь, что согласилась.
— Уже жалею, — вздохнула я.
Но внутри, где-то глубоко, разгоралось что-то тёплое. И это «что-то» не имело ничего общего с сожалением.