— Ты что, отправила нашего сына в Сочи одного?! — мой муженек выпучивает глаза так, словно Максу не тринадцать, а три годика, словно это не он сбегал из аэропорта, наплевав на родителей, и словно сам Витя бережет нашего сына сильнее, чем я...

Вы только посмотрите: какой заботливый отец!

Вот только меня его попытка морализаторства только раздражает.

— Не одного, а с представителем авиакомпании, — отвечаю я жестко. — Марья уже его встретила, кстати. А ты решил свою профурсетку не встречать в аэропорту, да?! Не настолько она тебе дорога?!

Не могу удержаться от иронии... не могу — и все!

В этот момент та самая профурсетка нерешительно спрашивает:

— Мне уйти?!

— Нет, подожди... — буркает Витя, но я перебиваю:

— Да, будь добра.

— Ей некуда идти! — возмущается муж.

— А мне есть куда?!

— У тебя есть спальня! А мы будем в гостиной! Тебя никто не звал сюда! Но раз приперлась — терпи соседство!

— Терпеть соседство я готова только с тобой, и то лишь два дня, пока я не уеду в Листвянку. Поедешь ли туда ты — меня уже не волнует.

— Не тебе решать! Номер оплатил я!

— Из общего семейного бюджета, — киваю я. — И в списке гостей указаны трое: ты, я и наш сын. Боюсь, имени твоей студентки там нет.

— Какая разница?! Ее пустили, и никому нет дела, сын она, дочь, сестра или подруга!

Только сейчас до меня доходит, почему Оксане выдали третью ключ-карту. Очевидно, реально приняли за нашу дочь. По возрасту подходит: я вполне могла родить ее в двадцать три.

Вот только не родила. Она мне не дочь, она мне никто, она мне почти враг...

— Мне есть дело, — говорю я. — И либо она уйдет, либо я пойду к администратору и сообщу, что в нашем номере посторонний.

— Ты не посмеешь! — рычит муж.

О-о-о, я еще как посмею!

Не слушая больше его возмущенные возгласы, я поджимаю плечами и выхожу из нашего номера.

Витя орет что-то вслед — но я игнорирую.

Уже знакомой дорогой спускаюсь вниз, на первый этаж, и подхожу к стойке регистрации.

— Простите, — говорю вежливо. — Номер пятьсот одиннадцать. Вы случайно выдали ключ-карту человеку, который не проживает с нами... это совершенно посторонняя девушка...

— Что?! — администратор аж вскакивает. — Боже, простите, не представляю, как так вышло... Она уже ушла?!

— Нет, — качаю головой. — Она внутри. И я не чувствую себя в безопасности.

— Простите, пожалуйста! Мы сейчас же решим этот вопрос!

Администратор и два охранника отправляются выселять девицу, а я шагаю за ними.

Через десять минут Оксана оказывается не только за пределами номера, но и за пределами отеля.

Мы с Витей остаемся наедине.

— Ну ты и стерва, — говорит муж, торопливо собираясь, потому что оставить свою кралю в одиночестве он, видимо, не может.

— Надеюсь, ты понимаешь, что если сейчас снимешь другой номер, то он тоже будет оплачен из семейного бюджета, а значит, во время развода деньги придется вернуть. Я не намерена спонсировать твою любовницу.

— И почему я раньше с тобой не развелся?!

— Задаюсь тем же вопросом, — киваю я. — Но ничего: теперь скоро все кончится. Главное, чтобы ты вел себя хорошо во время развода. Иначе для тебя все только начнется...

— О чем ты вообще?! — морщится он.

— О том, что ректоров, которые имеют в своем кабинете студенток, обычно не очень приветствуют...