В свой день рождения Жанна работала до вечера. Забрав дочку с продленки и зайдя домой, она увидела бардак и разбросанные по дому вещи.

– Опять приходил и рылся в вещах. Что он постоянно ищет? – подумала Жанна, устало раздевшись, и повела ребенка ужинать.

(Комментарий Евгеники: «Если мужчина роется в доме женщины без ее согласия, он не Шерлок Холмс. Он таракан в кризисе идентичности».)

После ужина уложила дочку спать, а сама села на кухне, включила телевизор и только сейчас вспомнила:

– У меня же сегодня день рождения… Где-то в холодильнике была открытая бутылочка вина, на бокал хватит, вот и отметила, – усмехнулась она и достала начатую бутылку из холодильника.

Но, сделав один глоток, почувствовала странный горький вкус. Решила больше не пить его, приготовила чай, достала печенье, как вдруг заложило уши и сильно закружилась голова. Она испугалась:

– Он что-то подмешал в вино…

Села на стул и стала набирать номер адвоката:

– Алло, он что-то подмешал в вино, мне стало плохо, очень резко!

Подруга-адвокат стала спрашивать:

– Называй мне симптомы. Как плохо? Что конкретно? Встать можешь?

И тут Жанна попыталась встать и подойти к зеркалу, но ноги не слушались ее. Ноги отказали:

– Ноги отказали… я не могу встать… во рту сушняк, все слиплось, челюсти свело, я не могу разжать челюсти… зрачки на полглаза… то горячо, то холодно… пот холодный и мурашки…

– КЛОФЕЛИН! Он подмешал тебе клофелин! Звони в скорую, пусть тебя везут промывать! СРОЧНО! – кричала в трубку адвокат.

(Комментарий Евгеники: «Клофелин – это когда мужчина настолько боится отказа, что решает отключить женщину, как старый WiFi-роутер. Это не любовь. Это покушение».)

Дальше все как в тумане.

– Если меня заберут, кто-то должен остаться с дочкой. Она одна, спит в детской… Надо звонить Сене, брату. Он живет рядом, приедет быстро. Главное – не отключиться сейчас. Держаться. Надо продержаться… – в спутанном сознании думала Жанна, лежа на полу кухни.

Она позвонила Сене:

– Приезжай, пожалуйста… посиди с дочкой… меня заберет скорая… выручай…

И Сеня приехал. Жанна лежала на полу бледная, с фиолетовыми губами, и ждала скорую у двери. Как могла рассказала ему, и ее увезли промывать в клинику.

Позже к ее уже огромной папке вещдоков добавилось заключение из клиники: «Острая интоксикация всего организма». А бутылка вина поехала на экспертизу и снятие отпечатков пальцев.

Жанна вернулась домой под утро и взяла неделю больничного, потому что ходила она с трудом, держась за стеночку. Попросила соседку отвести дочь в школу через дорогу, куда ходила и соседская девочка. Легла на диван, чтобы постараться уснуть, но тут услышала знакомый поворот ключа.

(Психолог Евгеники: «Преступник ВСЕГДА возвращается на место преступления. А абьюзер возвращается туда по пять раз – вдруг женщина все еще жива и не выполнила его сценарий».)

Преступник всегда возвращается на место преступления. Преступник-психопат – тем более. Василий зашел с включенной видеокамерой и явно не ожидал увидеть Жанну живой. Оторопев, он спросил: «А ты что тут делаешь?» – и, выключив камеру, спрятал телефон.

– Живу я тут. А ты хотел труп заснять? В 8:00 прилетел. Чего так рано? – ответила Жанна.

Василий явно был не готов к такому повороту сюжета и просто молча убежал, сел в машину и уехал…

Жанна вернулась на свой диван.

В обед он пришел снова. Снова под видеокамеру.

– Ты что-то забыл? – спросила Жанна.

Он снова молча развернулся и ушел.

И вечером случилось третье пришествие Василия в дом. Опять под видеокамеру.

– Ты кого-то ищешь? – спросила Жанна, но он опять убежал, не сказав ни слова.

Записать на видео мертвую Жанну не вышло. Он был раздосадован и опечален.

(Комментарий Евгеники: «Когда мужчина трижды приходит снять вашу смерть – это не любовь, не ревность и не забота. Это кастинг на роль главного злодея документалки о бытовом „терроризме”».)

Комментарий Евгеники

Вот она, классика жанра. Сначала мстим. Потом травим. Затем возвращаемся «проверить работу».

Если бы глупость светилась, Василий бы освещал МКАД.

Запомните, девочки: мужчина, который пытается вас отравить, – это не мужчина. Это набор органов, который почему-то ходит и дышит. И с таким надо не жить – а спасаться.

Психологический комментарий от Евгеники

Бусинки мои, запомните. Когда женщина начинает падать – это не слабость, это организм бьет тревогу громче сирены МЧС. А когда мужчина пытается довести женщину до состояния, в котором она не может встать, говорить или дышать, – это не конфликт и не «токсичные отношения».

Это покушение на жизнь.

И здесь включается главный закон психики:

• страха от него уже мало;

• включается инстинкт выживания.

Жанночка в эту ночь стала не жертвой – а свидетелем собственных границ. Ноги отказали – но воля не отказала. Сознание плывет – а она зовет брата. Тело лежит – а дух сопротивляется.

И вот что важно: женщина, которая выжила после чужой попытки ее «отключить», никогда больше не будет той наивной девочкой, что верила в «он изменится».

Она становится броней. А броня, как известно, назад не превращается.

Юридический комментарий

То, что произошло, – не романтика, не «подсыпал успокоительное», не «пошутил».

Это может быть квалифицировано как преступление.

• Ст. 111–115 УК РФ – причинение вреда здоровью.

• Ст. 30 УК РФ, ст. 105 УК РФ – покушение на убийство.

А вот эта часть – с видеокамерой пришел удостовериться, жива ли, – на юридическом языке называется «контроль результата преступления».

Так делают не мужья. Так делают фигуранты уголовных дел.