Всю ночь Жанна с мамой и адвокатом думали, как быть и что теперь делать.
Организованный Василием поджог дома и гибель собаки в пожаре, инсульт отца, уничтожение всего имущества – и все безнаказанно!
Как далеко может зайти этот балалаечник со своим аферистом… простите, юристом, конечно же… оставалось тревожной неизвестностью.
«Когда мужчина начинает мстить женщине за то, что она ушла, это уже не мужчина. Это ресурсный демон, у которого отняли источник питания. Он будет кидать молнии, пока не найдет новую розетку или пока его не закроют в шкафу с кодовым замком „УК РФ”».
От привычной, когда-то спокойной жизни родителей не осталось и следа – все сгорело синим пламенем, вместе с любимой собакой… Два пенсионера остались на улице без копейки денег и сил начинать все сначала, с пустого пепелища. Страх за собственную жизнь и жизнь детей не давал ни есть, ни спать.
«Когда женщина живет с абьюзером, она каждый день просыпается с мыслью: „Ну хоть сегодня без криминала?”
А потом происходит пожар. И ты понимаешь – криминал живет прямо у тебя в контактах под именем „Вася. Не брать трубку”.»
Ну что, бусинки мои, вот оно – классическое «я тебе жизнь испорчу, если ты посмела меня бросить». Синдром обиженного бога местного разлива. Такой субъект не уходит красиво. Он уходит в криминал.
Посовещавшись еще с тремя адвокатами по уголовным делам (теперь уже лучшими друзьями), Жанна приняла решение идти на телеканалы и придавать все огласке. Иначе Василий реально мог вывести Жанну в лес в разных пакетах и никто бы так и не узнал о его талантах. И речь уже не об игре на балалайке. Один Бог знает, сколько людей он уже вывез в лес… Один Бог.
«Когда женщина начинает дружить с уголовными адвокатами, а они – с ней, знайте: это не бытовой конфликт. Это сериал. И возможно, не художественный. А документальный».
На утро Жанна с мамой поехали в отделение полиции, чтобы написать заявление о пожаре (пока даже не о поджоге). В чем им было отказано в грубой форме:
– Нас уже предупредили. Никаких заявлений у вас мы не возьмем, пошли вон отсюда!
Шок. И тут уже все свои.
«Вот тут женщина впервые сталкивается не только с абьюзером, но и с его „бонус-пакетом”: участковым-дружбаном, который за пузырь и сам бы подпалил, если попросить.
В такие моменты хочется лечь на снег, укрыться корочкой льда и превратиться в сосульку, лишь бы не взаимодействовать больше с этим цирком».
Жанна расплакалась и села на снег. Но, поплакав минут пять, собралась и вспомнила, что если сдаться – лучше не станет.
(Психология Евгеники: «Женщина, которая плачет на снегу, – это не слабая женщина. Это женщина, которая делает перезагрузку нервной системы. После этого обычно начинается ВОЙНА. Причем с хорошим таким спецэффектом».)
Она позвонила своему адвокату – та быстро позвонила своим друзьям, те – еще кому-то, и вот у дверей полиции уже две машины с телевидения, со включенными камерами новостного канала, машина прокуратуры и…
Теперь шок наступил у сотрудников местного ОМВД. Двери пришлось открыть и заявление – принять.
«Помните: абьюзер боится огласки. Полиция боится прокуратуры. Прокуратура боится телевидения. А телевидение боится только одного – отключить камеры. Так что если вас пытаются заткнуть – включайте свет. И камеры. И адвоката. И желательно сразу всех».
Психологический итог
«Когда женщина впервые произносит фразу: „Меня могут убить” – это уже не паранойя. Это констатация факта. И самый сильный инструмент защиты – ПУБЛИЧНОСТЬ. Абьюзеры боятся света, как тараканы фонарика. Подсвети – и побежит».
Комментарий юриста
Разбираем по пунктам
1. Поджог (дом родителей).
Это преступление, предусмотренное ст. 167 УК РФ – умышленное уничтожение чужого имущества.
При отягчающих обстоятельствах (а отец в больнице) может быть назначено наказание до пяти лет лишения свободы.
2. Инсульт отца и угроза жизни.
Если установлена причинно-следственная связь между умышленными действиями Василия и существенным вредом здоровью родителей – это может повлечь ответственность, установленную ст. 111 или 112 УК РФ (вред здоровью).
3. Отказ полиции принять заявление.
Это нарушение положений ст. 144–145 УПК РФ (обязанность правоохранительных органов принять заявление о преступлении и принять по результатам его рассмотрения решение) – дисциплинарная ответственность сотрудников.
Появление СМИ – это классическая схема «включаем закон, потому что камеры приехали».
4. Ложное алиби.
То, что Василий снимал ролик с датой и временем, – это не умный ход. Это подготовка заведомо ложных доказательств, что может повлечь ответственность, предусмотренную ст. 303 УК РФ – за фальсификацию доказательств.
5. Преследование и угрозы.
Могут быть квалифицированы:
• ст. 119 УК РФ – угроза убийством;
• ст. 137 УК РФ – нарушение неприкосновенности частной жизни (слежка);
• ст. 330 УК РФ – самоуправство;
• ст. 128.1 УК РФ – клевета.
И да, если мужчина угрожает расправой и уже совершил реальное преступление (поджог), это юридически называется: угроза, осуществления которой были реальные основания опасаться.
6. Выход в СМИ.
Многие женщины думают, что «позорить семью нельзя». Юридически это называется: «Защита своей жизни и фиксация фактов давления».
Адвокаты очень часто сами рекомендуют публичность, когда полиция «не видит состава преступления». Потому что как только появляются камеры:
• и состав появляется;
• и совесть появляется;
• и двери открываются.
Комментарий психолога
Бусинки мои, вот здесь начинается самая страшная, но честная часть любой истории абьюза – точка, в которой женщина наконец понимает: это не бытовой конфликт, не кризис в семье, не временная трудность, не «нервы сдали».
Это война. Причем война на уничтожение.
Когда абьюзер уничтожает дом твоих родителей, когда умирает животное, когда твой отец лежит с инсультом, а полиция говорит вам в лицо: «Мы вас предупреждали, идите отсюда», это больше не про отношения. Это про психологический «терроризм». И вот здесь происходит важнейший перелом: женщина, которая вчера плакала в подушку от бессилия, сегодня поднимает голову – и включает режим «я буду жить, и я тебя переживу».
Поймите одну вещь: абьюзеры не боятся закона. Не боятся людей. Не боятся тюрьмы. Они боятся только двух явлений.
1️. Женской стойкости.
Когда жертва перестает быть жертвой – их вселенная рушится, как балалайка в щепки после неудачного удара.
2️. Публичности.
Абьюзер питается тишиной. Он существует только там, где женщина молчит, стыдится и «не выносит сор из избы». Но стоит включить камеры, выставить его в свет – и он начинает сдуваться, как воздушный шарик с дырой в мозге.
То, что Жанна сделала, – это важнейший психологический шаг: она выбрала жизнь, а не страх. Она выбрала голос, а не молчание. Она выбрала бороться, а не терпеть.
И посмотрите, что произошло: пять минут назад ее вышвырнули из отдела полиции. Но стоило ей поднять в руки свет – телевидение, прокуратура, независимая экспертиза, – как двери сами открылись. Вот она, сила психологии в действии: когда внутренний стержень женщины становится крепче, чем стены отдела полиции.
Запомните, бусинки: абьюзер всегда надеется, что вы сломаетесь. И каждый раз, когда вы поднимаетесь, – он рушится еще на метр.
И последнее, самое важное: страх, который переживает женщина в такие моменты, – НЕ СТЫД. НЕ СЛАБОСТЬ. НЕ ИСТЕРИКА. Это – нормальная реакция психики на реальную угрозу жизни. В этом страхе нет вашей вины. Но есть ваше величие – потому что, несмотря на него, вы идете дальше.
И именно поэтому вы выживете. А он – нет.
Комментарий Евгеники
Если мужчина объявляет войну женщине – он проиграет:
• исторически;
• интеллектуально;
• эмоционально;
• юридически.
А Жанна только входит в раж. И это, бусинки мои, только середина сезона.